ГлавнаяОбществоОбразование

Шведская школа: все свободны

Киевлянка Марина Михацкая по первому образованию инженер-механизатор теплотехнических процессов, по второму — режиссер, а по третьему — школьный учитель. Последнее образование она получила в Швеции, и уже три года работает преподавателем биологии, химии, физики и математики в старших классах. Два года в муниципальной школе и год в частной школе города Мальмё. Марина поделилась своим опытом преподавания в шведской школе и рассказала о том, почему шведы ориентируются на финнов, и что бы она привнесла в шведскую школу из украинской.

Марина Михацкая во время урока
Фото: предоставлено автором
Марина Михацкая во время урока

Как вы оказались в шведской школе?

Мой муж работает в компании, которая делает компьютерные игры. Несколько лет назад ему предложили поучаствовать в проекте в Швеции. Мы поехали. А через год, когда решили остаться, то столкнулись со стоимостью шведской квартиры. На нее уходила сразу половина зарплаты. Вся шведская система рассчитана на то, что два человека в семье работают. Мы прикинули, хочу ли я работать уборщицей или все-таки вкладываю силы в образование. Выбрала второе (смеется). На тот момент я работала в детском театре, который организовала при русскоязычном детском центре. Но это волонтерство. А для работы нужно было выучить шведский язык.

Собственно с этого все и началось. Мне повезло, я нашла программу, дававшую возможность учить язык и работать одновременно. После ее окончания можно было поступать в университет. Мысль об учительстве возникла не сразу. Я прошла тестирование для иностранцев с высшим образованием, определившее, что мне с моим опытом подойдет преподавание в школе. Идея понравилась. Так я попала в проект TeachforSweden. По его условиям нужно было два года работать в школе и параллельно получать педагогическое образование. Я была единственной иностранкой в программе.

Каким было первое впечатление от шведской школы?

Удивляло буквально все. Я привыкла руководить командой. Ты ее зажигаешь, мотивируешь, и в какой-то момент команда начинает работать сама. Но то, что команда будет всеми силами мне противостоять, я не ожидала. Ты приходишь в класс, а весь класс не хочет ничего делать. И нужно быть очень изобретательным, чтобы увлечь. Потому что принуждение здесь не работает, да и в целом не принято. После года в шведской школе я даже провела семинар для местных учителей. Он назывался «Вдохновение через визуализацию».

В первый год сама для себя открывала заново предметы. Это был очень интересный период. Мои первые ученики меня никогда не забудут. Я старалась быть яркой, ведь в преподавательство влетела из режиссуры. Выкладывалась на все сто, чтобы заинтересовать в учебе. Каждый урок — отдельное представление. Я не сразу поняла, что это не совсем правильный подход, вкладывать столько энергии, что дети ее даже пережить не могут. Сейчас стала спокойнее, но первый мой класс пострадал. Хотя им я горжусь, наверное, больше всего.

Фото: предоставлено автором

Ваша дочка тоже учится в шведской школе. Она — ученица второго класса. Как ей школа?

Моей дочке очень нравится. Но шведская школа сильно отличается от украинской. По украинским меркам там практически ничему не учат — все происходит в полуигровой форме. Иногда ей не нравится еда, иногда отношения с одноклассниками, иногда — как ведут себя учителя по отношению к ней (замечания никому не нравятся).

Как у нее организован процесс обучения?

В младшей школе очень благодарные ученики. Это, кстати, интересный вопрос, почему дети, приходя с таким голодом к знаниям, в 5-6 классе теряют интерес к учебе. У нас очень часто именно так и происходит.

Одна преподавательница объясняла мне, что к 5-6 классу дети уже понимают, что им интересно, а что нет.

Наверное, так и есть. Если говорить о том, как организован учебный процесс, то в нем много свободы. Все начинается с простого, например, с парт. В классе они расположены по-всякому. Есть ученики, которые сидят группами по четыре человека, есть те, кто сидит отдельно. Значит, им так нужно, иначе они не работают на уроке. В классе есть «ухо звука». Если шум превышает определенный уровень, то оно начинает краснеть.

Детей окружают книги. Например, когда класс дочки проходил тему «Космос», то тематические книги из библиотеки стояли на полках. За половину учебного года (семестр) у них есть задача прочитать 4000 страниц на всех. И каждый день дети отслеживают, на каком уровне находятся. Кроме учебы ученики вовлечены в решение множества организационных вопросов.

Фото: предоставлено автором

Например?

Утром они самостоятельно проверяют, кто пришел, а кого нет, и записывают фамилии отсутствующих на доске. Работают с календарем — отмечают число, месяц, день недели. Сами же пишут план-расписание на неделю — какие темы изучают, какие проекты в работе. Самостоятельно убирают за собой.

На доске же дети записывают свои предложения о том, чем заняться, если закончил выполнять задание. Например, можно читать книгу (такая всегда лежит в парте) или шить. Если из этого ничего не подходит, то можно рисовать, клеить, что-то конструировать.

Еще они придумали, что хотели бы в класс стрессболл или встроенный в стол велосипед. Засиделся и нужна какая-то физическая активность — идешь и крутишь педали.

Кроме того, в школе есть совет учеников. Каждый класс выбирает в него своих представителей в разные, условно говоря, подкомитеты — совет по библиотеке и книгам, по школьному питанию, по здоровью, по проведению перемен, по общему состоянию школы.

Раз в неделю советы собираются и обсуждают текущие вопросы. Недавно совет по перемене решил, что школьникам нужны мячи. Еще они сделают футбольную схему, чтобы не драться за футбольную площадку. Настольные игры им нужны, чтобы меньше отвлекаться на смартфоны. Это они тоже придумали сами. Точно так же они обсуждают, какие книги хорошо бы закупить в библиотеку. Что касается питания, то школьники сейчас отслеживают, что им нравится из меню в столовой, а что нет. Повара потом скорректируют меню. Очень интересно наблюдать за дискуссиями между советом по здоровью и советом по питанию. Одни говорят, что хотят видеть в меню чипсы, другие настаивают, что это вредно.

Это как раз та шведская демократия, которая воспитывается с первого класса. При этом на парте у каждого ученика есть правила, которые они вместе же и придумали.

Фото: предоставлено автором

Какие это правила?

У Саши в классе они звучат так:

Я верю в тебя. Ты все сможешь. Я сижу на своем месте. Я не выкрикиваю ответы. Я не мешаю одноклассникам. Я жду взрослого, который даст мне новое задание. Я говорю мягким голосом. У меня все получится.

У меня, кстати, тоже есть неписанный контракт с моими классами о том, как мы работаем.

И что в нем за пункты?

Например, правило слушать отвечающего, приходить вовремя на урок, не забывать нужные вещи, не выкрикивать, спрашивать, если нужно выйти. С ними можно договориться.

А какие санкции, если ученик не придерживается правил?

Термин санкции здесь не совсем корректен. Мы обсудим в классе, что правила не соблюдаются, и вместе решим, что с этим делать. Но это будет не наказание, а последствие, с которым столкнется ученик. У дочери в классе, к примеру, есть «мотиватор». Это такая картинка, на которой приклеена вырезанная из бумаги тарелка.

Если дети соблюдают правила, о которых договорились или выполняют те задачи, которые были поставлены, то в конце недели учитель приклеивает на тарелку шарик мороженого. Когда весь листок заполнится такими кружочками, они все вместе пойдут в кафе.

Кто в итоге главный в школе — ученики или все же взрослые — учителя, директор, родители?

Для этого нужно знать шведскую систему. Нет у нас главного. Мы все детали одной системы. Но если у меня, например, из-за поведения учеников начнет разваливаться урок, то я должна решить эту проблему. Вопрос в том, как ее решать, буду ли я авторитарной или авторитетной. Если буду авторитарной, то меня никто не услышит.

Марина Михацкая
Фото: предоставлено автором
Марина Михацкая

Часто приходится прибегать к авторитету взрослого?

Постоянно (смеется). Школа есть школа. Ты сталкиваешься каждый день, с чем угодно. У меня была история, когда мальчики заклеили дверь в туалет. Или взяли мусорный пакет, набрали в него воды, завязали веревкой и очень аккуратно засунули в нишу под потолком, а веревочку оставили висеть снаружи. Я теперь точно знаю, что кому-то эта веревочка обязательно не даст покоя. И, скорее всего, это будет учитель. Мои хулиганы получили за «изобретение» высший бал по технике.

А за поведение?

С ними был долгий разговор.

В чем вы видите ключевое отличие шведской школы от украинской?

Нет особого смысла проводить параллели. Они разные, потому что общество разное. Задача шведской школы заключается в том, чтобы воспитать человека, который будет функционировать в шведском обществе. А это значит, воспитать человека, способного следовать принятым здесь морально-этическим нормам, делать выбор, сотрудничать с другими людьми, ценить окружающую среду. Где среди всего этого оценка по математике — второстепенный вопрос. 

Шведы считают, что каждый человек сам по себе важен и ценен. Станет ли он академиком после школы, это уже его решение. Главное, что он заканчивает школу психологически готовым к самостоятельной жизни и к выбору. Это то, чем шведская система мне нравится.

Что это означает на практике?

Школа должна обеспечить человека инструментами, которые дадут ему хороший базис в обществе и в профессиональной жизни. В шведской школе 9 классов. И обучение в этот период не ставит за цель углубить теоретическое знание. Задача — построить картину мира, в которой человек будет жить, и дать ему возможность попробовать каждую ее грань, чтобы в конце 9 класса он понимал, по какой траектории двигаться дальше.

Дальше три года в гимназии.

Да, и поступление в гимназию предполагает выбор специализации. Ученик понимает, что ему, например, интересна физика, биология и химия. Или наоборот, он хочет работать в индустрии красоты. В зависимости от выбранной линии, он углубляется в нужную ему сторону. В гимназии все очень серьезно. После обучение можно продолжить в университете.

Учитель в классе для того, чтобы отвечать на вопросы. Но никто не будет заставлять учиться, потому что это твой выбор и ответственность. Школа в данном контексте воспринимается как место, в котором должны воспитать функционирующего человека, но задачи запихнуть в него как можно больше знаний нет.

И сколько нужно знаний, по мнению шведов?

Есть обозначенный законом и учебным планом минимальный багаж знаний. А дальше все зависит от самого ученика, его способностей и желаний копать глубже. Программы есть, но учитель весьма свободен в их интерпретации и в том, как подавать материал.

Фото: EPA/UPG

Скажем, нам нужно пройти тему «Генетика». Я могу взять статью из научного журнала и на ней построить целый комплекс уроков, направленных на анализ данных, поиск похожей информации, написание похожей статьи. Совершенно не обязательно при этом штудировать учебник. Я от него вообще могу отказаться. При этом я учитываю еще и индивидуальный уровень учеников. И та свобода, которая есть у преподавателя, работает в плюс, если преподаватель профессионален и вовлечен.

Сколько человек в классе?

24-28, иногда 30 человек.

Насколько реально обеспечить индивидуальный подход при таком количестве?

Есть определенные методики. Ведь это не просто большие классы, они еще и, как я их называю, смешанные. Это классы, где есть дети со специальными потребностями, гиперодаренные дети и отстающие, кроме того, часто классы многонациональные. Есть ученики, которые находятся в процессе адаптации в Швеции и еще толком не знают язык. И подход в целом к ученикам действительно очень индивидуальный. Того объективно требуют обстоятельства. Для особых случаев составляется индивидуальный учебный план, учитывающий все особенности конкретного ученика.

В шведской системе нет деления на сильных и слабых. Главное, чтобы каждый развивался в своем темпе, и получал все необходимое для своего развития. Это в идеале. На практике, уровень ученика сильно зависит от класса, самого преподавателя и общего уровня по школе.

Как проходят занятия?

Поскольку преподаватель очень свободен в том, как и в какой последовательности он будет подавать материал, то и зависит все очень сильно от личности учителя. Так что мой ответ: по-разному.

Например, сейчас мой 8 класс проходит темы о белках, жирах, углеводах, витаминах и минералах. У меня есть теоретический блок из четырех лекций. Потом ученики будут работать над проектом. Я сделала видео о человеке, которые ест нездоровую пищу, и моя дочка обращается в этом видео к экспертам с вопросами. 

Я поделила класс на группы по четыре человека. Задача каждой группы записать ей видео-ответ. Таким образом, класс прорабатывает весь материал. Ведь для того, чтобы сделать фильм, им сначала нужно будет прописать сценарий. Когда сценарий готов, они начинают снимать фильм, обрастают реквизитом. Это их творческая работа, в которую я не вмешиваюсь. Но они в курсе, что я хочу в ней увидеть, и по каким критериям буду оценивать. В какой-то день у нас будет веселая лекция, посвященная просмотру фильмов.

Очень непросто быть креативным преподавателем. Учителя годами нарабатывают материал. Но, по моим наблюдениям, если ты не завел рутину, не наладил процесс, бесполезно делать все эти веселые штуки. Дом можно построить только на фундаменте. И плясать с бубном тоже лучше там, где есть фундамент.

А фундамент — это как раз все то невеселое. Хотя и его тоже можно сделать интересным. Методики для этого есть. Интересным быть приходится, потому что это один из главных способов мотивировать учиться.

Марина Михацкая
Фото: предоставлено автором
Марина Михацкая

Насколько оценка может быть таким мотиватором? Что об этом думают шведы?

Начнем с того, что в шведской школе оценки не ставят до шестого класса.

Слышала, что система оценивания — болезненная тема для шведов и предмет бесконечных споров. Они стремятся сделать ее как можно более справедливой, и менее стрессовой для учеников, но не всегда получается.

В 2011 году систему оценивания действительно пришлось поменять — из трехбуквенной ее расширили до шестибуквенной от F до A. При старой системе получалось так, что высший бал можно было получить, просто зазубрив материал. Новая же система оценивает степень развития различных способностей у ученика, где знание фактического материала — это одна способность, а умение его анализировать и применять на практике — другая. Есть определенные критерии для получения каждой из оценок. И если не формально подходить к этому, а действительно пользоваться матрицей, то ученику гораздо проще понять, в чем конкретно он проседает. Но шведские школы столкнулись с той же проблемой, что и украинские, когда у нас шкала оценивания расширилась с 5 до 12. Нередко учителя просто технически переводят, условно говоря, пятерку в 12.

А как ученики воспринимают то, что каждый преподаватель работает в своем стиле?

Когда я проходила обучение по программе TeachforSweden, у нас был день, который мы провели с одним из классов. Это делается специально, чтобы преподаватель мог побыть на месте ученика. В конце того дня я была как оглушенная. У ребят пять предметов. Каждый преподаватель проводил урок по-своему. Было, конечно, весело и интересно. Но по ощущениям, как после посещения парка развлечений. И на американских горках покатался, и накричался, и мороженое съел, а теперь бы просто посидеть в тишине и одиночестве.

В планировании уроков мы должны этот момент учитывать. 

Не поверите, какой тип лекций очень любят мои ученики, — когда они сидят тихонько, читают учебник, а потом отвечают на вопросы (смеется). Если не варьировать захватывающее со спокойным, то дети будут уходить с урока выжатые, как лимон, и не способные воспринимать следующий предмет. Я не сразу это поняла.

Сейчас у меня в учебном плане есть несколько лекций, которые запомнятся, как очень классные. Все остальное — ровно, структурировано, качественно. Таким образом, я берегу их и свои силы. Веселые и интересные штуки? Да, они должны быть, но нужно понимать, что есть другие преподаватели со своими «фейерверками». И после второго или третьего такого фейерверка сил радоваться просто не остается.

Учителя и хотели бы как-то согласовывать между собой этот момент и то, как мы работаем в школе, но времени на это часто не остается из-за загруженности. В итоге школа больше напоминает университетский формат. Временами хаос еще тот.

 Кабинет первоклашек в школе Фонтин 
Фото: Medium
Кабинет первоклашек в школе Фонтин 

Когда все демократично, есть индивидуальный подход и такая свобода в методиках преподавания, то влияет ли это позитивно на желание учиться?

Знаете, какой самый популярный вопрос у учеников, начиная с шестого класса? Зачем я должен это знать? Особенно часто такой вопрос возникает в связи с математикой. Мы даже создали с учителями специальную базу с разными вариантами ответов.

В целом ученики мотивированы по-разному, как и в Украине. Есть те, кого сложно оторвать от телефона, есть те, кто нацелен на учебу. Да, детям действительно интересно учиться на интересном материале. Если их не увлекает материал или ученики понимают, что учитель не разбирается (а подростки, например, понимают это в два счета), то интерес испаряется.

Что касается самой свободы, которой в шведской школе и правда много как для учителей, так и для учеников, то ситуация двоякая. Свобода работает не со всеми классами. У меня есть 8 класс, и мы с ними постоянно делаем творческие проекты. А есть седьмой класс. С ними нужно работать структурировано, регламентировано, в какой-то степени скучно, для того чтобы урок функционировал. Конечно, мы и в этом случае не работаем только по учебнику, но атмосфера в целом более строгая. 9 класс — вообще отдельная история. Они выпускники и гораздо самостоятельнее, много читают сами. Они уже мотивированы, потому что будут поступать в гимназию. А зачисление происходит по оценкам.

Вы говорили, что главная цель школы подготовить к дальнейшей жизни. Но как можно подготовить к чему-то, что мы не можем спрогнозировать, что быстро меняется?

Эти вопросы в Швеции не так давно обсуждались. Сошлись на том, что учить нужно принятию самостоятельных решений, самоозадачиваемости, определенной гибкости. Мы нацеливаем на то, что обучение — это непрерывный процесс. Не может быть такого, что ты окончил университет и на этом все. Знание меняется. И мы должны научить их учиться.

Каким образом?

Многого можно достичь за счет структуры заданий. Скажем, в блоке «Биология, химия, физика» девятикассники делали работу, которая предполагала анализ жизненного цикла какого-нибудь продукта. Кто-то в качестве объекта выбрал пластиковый пакет, кто-то автомобильные шины. Цель проекта в том, чтобы ученик исследовал влияние объекта на окружающую среду. В конце работы они анализировали источники, использованные в исследовании. По сути, это их критическое осмысление, фактчек. Учителя разрабатывают такие проекты на тему, но ими потом могут пользоваться и другие преподаватели. Это такая общая база.

Как оцениваются подобные проекты?

Обычно это целая матрица. Например, этот проект я оценивала по нескольким критериям: обработка научной информации, глубина погружения в тему, надежность источников, корректное использование понятий, простота изложения. В самой работе я по каждому из этих пунктов писала ученику комментарии. Могла, например, предупредить: «У тебя оценка между С и D. Если поднапряжешься, то будет лучшая».

Фото: предоставлено автором

Они пользуются этой возможностью?

Зависит от ребенка. Но тянуть за уши не буду и требовать тоже. Это его ответственность. Вообще ответственность ученика за свое обучение красной ниткой прошита во всем учебном процессе. Я конструирую так свои задания, что не я стою над учеником и требую, а ученик сам ищет материал, делает работу. Очень многое отдается на откуп учеников. Они могут дискутировать, обсуждать учебный план и его структуру. Мы говорим о том, что им было бы интересно узнать в контексте какой-то темы. Например, мои ученики просили рассказать, что такое вера в себя и как это связано с депрессивными состояниями. Или как вода влияет на организм человека. Мы провели отдельные лекции по этим темам, хотя их нет в учебном плане. Но запрос пришел, и я на него отреагировала.

Звучит здорово, но подозреваю, что есть и минусы.

Скажем так, мы в Швеции ориентируемся на финскую систему образования. Он хороша тем, что не так зависима от политиков, как шведская. Сама профессия учителя в Финляндии имеет высокий статус в обществе, а преподаватели получают хорошие зарплаты. В Швеции же наоборот ощущается дефицит преподавателей, школы оснащены по-разному и зависит это от муниципальных властей. Зарплаты здесь ниже, чем у финнов, при этом учителя часто перегружены. Ведь помимо преподавания есть тьюторство. За каждым преподавателем закрепляют учеников, для которых он становится куратором. Ученики могут обратиться ко мне со своими проблемами. И если кто-то начинает проседать в учебе, то моя обязанность выяснить, что происходит и все вернуть на круги своя. Добавьте к этому довольно сложную систему оценивания (если ее не формально использовать, а так, как она задумывалась).

Все это накладывается на низкий контроль над качеством преподавания со стороны государства. С одной стороны, свобода — это, безусловно, классно, но с другой стороны, хотелось бы на базовом уровне иметь больше структуры, дисциплины и контроля. Сейчас в Швеции стараются эти моменты подтянуть. Например, детальнее прописали учебные программы и тот объем знаний, который должен получить школьник на выходе.

В целом мне кажется, нужна середина между тем, как устроено обучение у нас и тем подходом, который используют в Швеции. Из шведской системы я бы взяла гибкий подход к выбору инструментов преподавания, которые есть у учителя. Из украинской системы — ту самую структуру, дисциплину, более высокие требования к знаниям.

Елена Струк, журналист
Читайте главные новости LB.ua в социальных сетях Facebook и Twitter