ГлавнаяМир

Референдум для Макрона?

Неожиданно быстро оправившись от первого шока, Эмманюэль Макрон принял правила игры и перехватил инициативу. Благодаря национальным дебатам он не только канализировал протестное движение на диалог, но и дестабилизировал оппонентов.

Макрон обдумывает разные варианты их завершения, включая референдум. Референдум, который может его спасти, а может поставить точку в его президентской карьере. Ставки высоки, как никогда. 

 Эммануэль Макрон во время встречи с мэрами, молодежью и студентами департамента Сона и Луары в рамках «Великих национальных дебатов», Бургундия, Франция, 07 февраля 2019.
Фото: EPA/UPG
Эммануэль Макрон во время встречи с мэрами, молодежью и студентами департамента Сона и Луары в рамках «Великих национальных дебатов», Бургундия, Франция, 07 февраля 2019.

С 15 января во Франции проходят большие национальные дебаты, организованные для поиска путей выхода из социально-экономического кризиса, охватившего страну. За этот месяц президент Эмманюэль Макрон провел шесть публичных встреч, в ходе которых принимал жалобы и предложения участников, убеждал их в правильности избранного курса реформ и разъяснял хитросплетения правительственной политики. 

С учетом последней встречи с молодежью, которая состоялась 7 февраля в гимназии городка Етан-сюр-Арру департамента Сона и Луара, Президент посвятил более двадцати часов своего рабочего времени непосредственному общению с населением. Неслыханно для Франции, где вес этой ключевой государственной должности традиционно требует поддержания уважительной дистанции. Эффект открытости и присутствия был многократно усилен онлайн трансляцией этих политических марафонов. Первые две встречи – с мэрами Нормандии и Аквитании, каждая из которых длилась более шести часов, – побили рекорды зрительского интереса и собрали многомиллионную аудиторию.

Ноу-хау президента

Однако в современном мире новая политическая технология живет недолго. Персональное участие Президента в больших национальных дебатах, которые радикально сместили акценты в жизни французского политикума, постепенно утрачивает свежесть, а вместе с ней – свою эффективность. Картинка с Эмманюэлем Макроном в окружении мэров сельскохозяйственных регионов, заморских территорий и предместий мегаполисов больше не является гарантией концентрации общественного внимания. 

Трансляция встречи с учениками профтехучилищ, лицеев и студентами Бургундии только подтвердила эту тенденцию. Четырех с половиной часовой телеэфир посмотрело 270 000 зрителей, что значительно ниже предыдущих показателей. А в соответствии с программой тур президента по регионам Франции и его участие в дебатах распланированы вплоть до 15 марта, с частотой одно-два мероприятия в неделю. Утрата интереса к дебатам задолго до их номинального окончания может быть не менее критичной для Президента, чем падение рейтинга его личной популярности.

Макрон во время встречи с мэрами, молодежью и студентами департамента Сона и Луары.
Фото: EPA/UPG
Макрон во время встречи с мэрами, молодежью и студентами департамента Сона и Луары.

Необходимость срочных шагов и нестандартных решений осознают как в Елисейском дворце, так и в правительственных кабинетах. Чтобы сохранить свою эффективность, ноу-хау Президента должно постоянно совершенствоваться и трансформироваться. Над тем, как именно, сушит голову не один политический советник. Выбор целевой аудитории и формата проведения мероприятий с участием президента, формирование его команды на дебаты, диалог с лидерами мнений, поиск ситуационного союза с представителями политсил, которые не слишком радикально настроены против «макронизма» – эти задания стоят на повестке дня передвижного кабинета Эмманюэля Макрона, чем дальше, тем больше напоминающего предвыборный штаб, а не офис главы государства. 

Отдельные изменения уже произошли: сократилась длительность встреч, викторины в гимназиях разбавились зваными обедами, на помощь Президенту пришло все Правительство во главе з Премьер-министром. И тем не менее, ясно, что этого недостаточно. Французское общество, критикуя Макрона за превращение дебатов в шоу одного актера, замерло в ожидании новых зрелищ и впечатлений. Потребность удивляться требует новых художественных форм.

Референдум для Макрона

Чем глубже Президент и Правительство погружаются в большие национальные дебаты, чем больше встреч и дискуссий они проводят, чем толще становится Книга жалоб и предложений, которые подаются гражданами в надежде на изменения, тем острее встает вопрос о том, чем эти дебаты должны закончиться. Атмосфера неопределенности усиливает народный скепсис по поводу целесообразности и пользы от этого упражнения, создает плодоносный грунт для спекуляций со стороны право- и леворадикальных партий. Впрочем, события последней недели все-таки пролили немного света на планы Эмманюэля Макрона.

Первым сигналом стал ряд встреч с лидерами политических партий и руководителями фракций в парламенте, которые состоялись 4 февраля в Елисейском дворце. С самого начала со всей очевидностью можно было утверждать, что в центре обсуждения будут кризис «желтых жилетов», большие дебаты и поиск оптимальных решений. Однако, из тех крох информации, которые попали в прессу, стало понятно, что одна тема затмила все остальные – тема потенциального референдума. Слухи и догадки подтвердились после неформального общения Макрона с журналистами на следующий день. 

Фото: EPA/UPG

Собрав представителей ведущих французских изданий «у камина» для того, чтобы подвести итоги и поделиться планами, Президент четко дал понять, что такие опции, как отставка Правительства или роспуск парламента, он не рассматривает. Дня него они выглядят как слишком простой шаг, который не решит проблемы, возникшие сегодня перед обществом. Вместе с тем, в ходе разговора глава государства не отверг идею референдума, который мог бы состояться одновременно с выборами в Европейский парламент, назначенными на 26 мая. «Все опции на столе, все «за» и «против». «Против», поскольку европейская избирательная кампания может захлебнуться в референдуме. «За», поскольку в голосовании примет участие больше людей».

Намерение отклонить очевидные и комфортные решения и прибегнуть к референдуму привело в удивление как сторонников, так и соперников Президента. Во-первых, потому что за время существования Пятой республики референдум приобрел дурную славу «русской рулетки». Референдум спровоцировал падение генерала де Голля в 1969 году и чуть не саботировал Конституцию Европейского Союза, когда в 2005 году французский избиратель отказался ратифицировать Римский договор. Его как огня боялись и всячески избегали Николя Саркози и Франсуа Олланд. 

Не лучшие примеры референдумов подают в последнее время и соседи по Европе: чего только стоит история с Брекситом и политическое самоубийство итальянского Премьер-министра Ренци после неудачного референдума о реформе Сената. Во-вторых, еще несколько недель назад никто не считал Эмманюэля Макрона, ослабленного скандалами и откровенно непопулярного, увязшего в жестком противостоянии с «желтыми жилетами», способным сыграть в рискованную игру с референдумом и сделать ставку ценой в президентский срок.

В то же время, если хорошо поразмыслить, то такой шаг выглядит очень логичным, если не единственно возможным. Наперекор мнению членов своей команды Макрон единолично запустил машину больших дебатов, беспрецедентным образом обновив стиль и инструментарий президентской должности. Его инновация не только сработала, но и приобрела статус общенационального, судьбоносного события. 

Такие события должны иметь достойное завершение. Они должны увенчаться чем-то не менее значимым, чем событие само по себе. В политическом арсенале Пятой республики подобный вес имеет только референдум – непосредственная форма демократии, прямое взаимодействие с народом. С этой точки зрения выглядит абсолютно естественным, если Президент, которому народ на протяжении трех последних месяцев бросает вызов за вызовом, спросит мнение народа и тем самым легимизирует свой ответ на кризисную ситуацию.

Стычки протестующих «Желтых жилетов» с полицией на Елисейских полях во время 13-го подряд национального протеста в Париже, Франция, 9 февраля 2019.
Фото: EPA/UPG
Стычки протестующих «Желтых жилетов» с полицией на Елисейских полях во время 13-го подряд национального протеста в Париже, Франция, 9 февраля 2019.

Что в имени тебе моем?

Не успело слово «референдум» вернуться на телеэкраны и страницы газет, как французский политикум развернул новую дискуссию: каким он должен быть, чтобы не только достойно завершить большие национальные дебаты, но и положить конец социально-экономическому кризису. Ведь окончательная цель и дебатов, и референдума состоит именно в этом.

Как правило, референдум назначается для того, чтобы дать ответ на один важный, но достаточно простой вопрос. Простой в том понимании, что на него можно дать только один ответ: «да» или «нет». Все референдумы, которые до сих пор проводились в соответствии с Конституцией Пятой республики, были именно такими. Но в этот раз вряд ли можно представить себе один простой вопрос, ответ на который удовлетворит все те социально активные группы, которые объединились в движение «желтых жилетов», не говоря уже о многомилионной Франции, которая, сидя перед телевизором, молча, но страстно сочувствует манифестантам.

Времена диктуют решения: уже сейчас ясно, что на референдум будет выноситься целый ряд вопросов. Такая опция является наиболее вероятной и по иным причинам: если будет только один вопрос, то политические оппоненты Президента объединятся, чтобы его провалить. Соблазн нанести обидное поражение Макрону будет слишком велик: он точно перевесит то общественное благо, о котором оппоненты так пекутся. При данном раскладе решение рассредоточить результаты в виде нескольких вопросов позволит минимизировать риски. Такой себе экспресс-тест на гражданское сознание.

Расшифровывая осторожные сигналы из Елисейского дворца, аналитики сходятся во мнении, что президент предложит французам референдум по институционным вопросам, то есть вопросам функционирования органов государственной власти и общественных институтов. Среди наиболее вероятных тем называют сокращение количества парламентариев, введение в избирательное законодательство опции «голосование против всех» и принципа пропорциональности на парламентских выборах, установление запрета на совмещение мандатов во времени.

Безусловно все перечисленные инициативы по-своему важны, однако, выглядят они несколько «подержанными» и уж точно неоригинальными. В той или иной мере они уже анонсировались Президентом и Правительством в форме проекта конституционной реформы еще до кризиса «желтых жилетов». Анонсировались, но не смогли его предотвратить, поскольку движущей силой кризиса являются не институционные, а социально-экономические вопросы, проще говоря «кошелек». Попробуй объяснить рядовому французу, каким образом уменьшение количества парламентариев или голосование «против всех» улучшит его финансовое положение и повысит покупательную способность. Связь, возможно, и есть, но далеко неочевидная. При этом абсолютно очевидно то, что, ограничившись референдумом только по институционным вопросам, Эмманюэль Макрон не оправдает ожиданий и не достигнет цели.

«Желтые жилеты» на площади Республики во время протеста в Париже, 02 февраля 2019.
Фото: EPA/UPG
«Желтые жилеты» на площади Республики во время протеста в Париже, 02 февраля 2019.

Конституционная ловушка

Если Президент хочет представить референдум как заключительный акт высшего порядка, призванный подвести итоги больших дебатов и приблизить общество к выходу из кризиса, он просто не может обойтись институционной «косметикой». В число вопросов, предназначенных для референдума, обязательно должен войти и социально-экономический блок. На это, в частности, указывает один из основных политических оппонентов Макрона, лидер партии «Республиканцы» Лоран Вокье. По его мнению, если на референдуме не будут рассматриваться вопросы оплаты труда, потребностей среднего класса, пенсионной реформы, то большие дебаты и референдум – это путь в никуда.

Аргументы в пользу включения социально-экономической составляющей в список вопросов на референдум содержат рациональное зерно. Кризис «желтых жилетов» необходимо урегулировать и урегулировать так, чтобы не оставить у населения чувства обманутости. Переделать непроходную конституционную реформу и выдать ее за референдум – гарантированные обвинения в мошенничестве. Но как совместить то, что по своей природе несовместимо?!

По французской конституционной традиции одновременно на референдум могут выноситься только те вопросы, которые являются предметом регулирования одного законодательного акта. Если институционные вопросы еще можно сгруппировать в один закон, то как совместить, скажем, сокращение количества депутатов парламента и налоговую или пенсионную реформу? В таком случае, вероятно, следует провести два референдума в один день: первый по институционным, второй по социально-экономическим вопросам… За все время существования Пятой республики еще никогда не проводился референдум со множеством вопросов, а два референдума за один день рискуют стать настоящим шоком для размеренной демократической машины Франции. Если так произойдет, это будет большой премьерой для французской государственности.

Под давлением времени

Остается надеяться на то, что конституционалисты найдут выход из этой ситуации и предложат оптимальное решение: вместо одного бюллетеня на все вопросы они могут предусмотреть по бюллетеню на каждый, или сделать два бюллетеня: один для институционной, другой для социально-экономической части референдума. В конце концов ведь именно для этого существуют обязательные консультации с Конституционным советом и парламентом, которые должен провести Президент перед объявлением референдума. Но даже лучшие юристы не в состоянии решить проблему нехватки времени. А она может оказаться определяющей.

Дело в том, что в соответствии с календарем больших дебатов их окончание запланировано на 15 марта. По самым скромным подсчетам подготовка к референдуму – печать бюллетеней, организационно-подготовительная работа – продлится месяц-полтора. В результате реальные даты проведения референдума по итогам дебатов попадают на конец мая. При этом на 26 мая уже назначены выборы в Европейский парламент. Дата фиксированная и изменению не подлежит, поскольку эти выборы должны пройти одновременно во всех государствах-членах Европейского Союза. 

Фото: EPA/UPG

Таким образом, в случае принятия решения о проведении референдума, Эмманюэль Макрон окажется перед дилеммой: совместить его с выборами в Европарламент или дважды созывать французов к урнам для голосования. Вторая опция выглядит малопривлекательно как с точки зрения нагрузки на государственные финансы, так и с точки зрения прогнозированной явки избирателей. На референдум французы придут, а придут ли они на европейские выборы? Перенести референдум на осень – тоже туманная перспектива. Большой разрыв во времени с дебатами лишит референдум того сакрального значения, которое вкладывает в него глава государства. Кроме того, кто знает, что еще может случиться за несколько летних месяцев? Ситуация развивается слишком быстро и непредсказуемо, чтобы утратить над ней контроль.

Под временным прессингом Президент может решиться совместить и без того потенциально перегруженный референдум с выборами в Европарламент. При этом, решив техническую проблему, он неизбежно создаст проблему политическую. Против совмещения референдума с европейскими выборами выступили не только право- и леворадикальные партии, но и отдельные, приближенные к Макрону политические фигуры. Публично против такой инициативы высказался тяжеловес Правительства Эдуара Филиппа – Жан-Ив Ле Дриан, занимающий должность Министра иностранных и европейских дел. С ним солидарна Натали Луазо, Министр европейских дел. Оба считают такое сочетание нежелательным и убеждены, что национальный контекст может просто «раздавить» европейскую повестку дня. 

Схожего мнения придерживается и лидер парламентского большинства Жиль Ле Жандр и, хотя он не акцентирует на этом внимание, сдержанный негатив руководителя пропрезидентской силы «Вперед, Республика!» в парламенте является не менее красноречивым, чем публичные заявления министров. Можно предвидеть, что идея Макрона не вызвала энтузиазма и в Брюсселе, чьи титанические усилия сделать проблематику ЕС более рельефной могут стать тщетными, внезапно и безоговорочно растворившись в кризисе «желтых жилетов».

Двуликая оппозиция

Планы Президента провести референдум одновременно с выборами в Европарламент резко осудила радикальная оппозиция. Первый номер списка партии «Непокоренная Франция» на европейские выборы Манон Обри обвинила главу государства в манипуляциях. По ее оценке, это ничто иное, как «политический лифтинг», который создает видимость деятельности, оставляя переживания и надежды людей без ответа. 

В свою очередь глава «Национального фронта» Марин Ле Пен назвала инициативу Президента абсолютной фальшивкой, целью которой является продать французской нации провальную конституционную реформу под видом референдума. Парадоксальность ситуации состоит в том, что до недавних пор именно крайне правые и крайне левые были самыми страстными сторонниками референдума и требовали его проведения по любому поводу и без него. В ходе президентской избирательной кампании в запале популизма Марин Ле Пен неоднократно заявляла о своем намерении провести референдум, чтобы внести изменения в Конституцию. Но когда в ее игру решил сыграть Макрон, отношение изменилось коренным образом.

Марин Ле Пен
Фото: EPA/UPG
Марин Ле Пен

По правде говоря, дело не в референдуме, и не в том, что Марин Ле Пен имеет на него исключительное право. Дело в конъюнктуре. Сегодня Франция переживает чрезвычайно популистический момент: тот, кто принимает правила игры - выживает. Того, кто отказывается - ждет гибель. Мысленно похоронив Макрона под развалинами неудачных реформ, «Национальный фронт» и «Непокоренная Франция» направили все свои усилия на подготовку к выборам в Европарламент. Основная цель – поражение пропрезидентского движения «Вперед, Республика!». Поражение должно было быть громким. Поражение должно было прозвучать на всю Европу. Поражение должно было добить Президента и поставить крест на его втором сроке.

Неожиданно быстро оправившись от первого шока, Эмманюэль Макрон принял правила игры и перехватил инициативу. Благодаря национальным дебатам он не только канализировал протестное движение на диалог, но и дестабилизировал оппонентов. Внутренняя повестка дня подмяла международный контекст, и стройная, выверенная европейская кампания оппозиции затрещала по швам. 

Осталось сделать последний ход: совместить выборы и референдум и тогда, сколько бы голосов радикалы не получили на выборах в Европарламент, поддержка главы государства на референдуме перекроет весь негатив. Главное – поставить правильные вопросы. Отчаянные протесты оппозиции вызваны не тем, что она разлюбила референдум, а тем, что Президент в чем-то оказался большим популистом, чем она сама.

Большие дебаты продолжаются. Эмманюэль Макрон обдумывает разные варианты их завершения, включая референдум. Референдум, который может его спасти, а может поставить точку в его президентской карьере. Ставки высоки, как никогда. Но бывает ли в политике иначе?

Читайте главные новости LB.ua в социальных сетях Facebook и Twitter