Конкурентная зарплата музейных работников как инвестиция в общество

В инаугурационной речи новый президент упомянул, что его беспокоят «унизительные зарплаты», которые делают украинцев несчастными. Чтобы это заявление не осталось просто словами, есть хороший повод на практике доказать, что доходы граждан действительно беспокоят гаранта.

Фото: dv-gazeta.info

Меряться «унижением» не очень приятно, но с точки зрения размера зарплаты одним из самых «унизительных» видов деятельности является работа в музее. Особенно – в музее или заповеднике, не имеющем статуса национального.

Немного статистики.

По данным Укрстата за 2017 г., в Украине насчитывалось 576 музеев, 48 имели статус национальных. Т.е., целевая группа – порядка 520 учреждений областного, городского и районного уровня.

Согласно той же статистике, в музеях работало более 12 тыс. человек, из которых 4,5 тыс. – это научные сотрудники. Причем 1000 научных сотрудников сконцентрированы в Киеве.

Если навскидку вычесть работников национальных музеев, то получится порядка 9 тыс. человек, о которых должна идти речь в первую очередь. В масштабах страны – это мизер.

Размер средней зарплаты по стране в марте 2019 г. составлял 10 237 грн. При этом работники библиотек, музеев, архивов и других учреждений культуры получали в среднем 7046 грн., или 68,8% от средней зарплаты по отраслям (т.е., почти на треть меньше).

Мы попросили коллег из музеев разных регионов поделиться сокровенным – данными о зарплатах и премиях. Вывод: реальный диапазон средней зарплаты в регионах «на руки» - от 4 до 5,5 тыс., если нет каких-то особых заслуг (большого стажа, научной степени или почетного звания…).

Пример Одесского художественного музея, где научных сотрудников, дворников и сторожей вынуждены нанимать на одинаковую – минимальную – зарплату, уже неоднократно упоминался. Подобная ситуация – чуть лучше-чуть хуже – повсеместно. За исключением национальных музеев и заповедников, где зарплаты могут быть в 2-4 раза выше.

Итого. Музейные работники в регионах получают очень мало. Но и их самих очень мало. Значительно меньше, чем учителей, врачей или военных. Поэтому адресное повышение зарплат сотрудникам музеев и заповедников – не выглядит как нечто невыполнимое.

Если власть нашла средства, чтобы в течение 3 лет в 2 раза (!) повысить зарплаты для 440 тыс. учителей, то с музеями и подавно должна разобраться.

Потому что собирать, хранить, изучать и популяризировать культурное наследие нации должен квалифицированный и мотивированный персонал. Иначе быть беде.

Нищенскими зарплатами государство программирует отрицательный отбор кадров. Даже самый инициативный и внутренне мотивированный сотрудник, столкнувшись с откровенной нищетой, будет вынужден направлять свою энергию на поиск пропитания, а не на профессиональный рост или качественно взаимодействие с громадой. Или в какой-то момент просто уйдёт туда, где его труд оценят по достоинству.

Если мы говорим о региональных музеях, то решить проблему музейных зарплат вполне возможно за счет ресурсов, которые уже появились на местах в результате децентрализации. Осталось самое сложное – расставить приоритеты, убедить местное начальство потратить эти деньги именно на музеи.

Для того, чтобы оценить потенциал этой идеи, давайте снова посмотрим на цифры.

К примеру, бюджет города Харькова в 2019 г. – 12,8 млрд. грн. В подчинении города находятся Харьковский литературный музей и Музей выдающихся харьковчан им.К.Шульженко. На музейные цели и выставки город собирается потратить 6,5 млн. грн. В структуре расходов оплата труда составляет 2,9 млн. грн.

Областной бюджет – 13,4 млрд. грн. В управлении области находятся 4 музея: Национальный музей Г.Сковороды, Харьковский исторический музей, Харьковский художественный музей и Художественно-мемориальный музей И.Репина. На музеи область предусмотрела 40,1 млн. грн., в т.ч., оплата труда – 17,76 млн. грн.

Смотрим на другой важный регион – Одессу.

Бюджет города Одессы – 11,05 млрд. грн. Областной бюджет такого же порядка - 11,7 млрд. грн.

В областном подчинении находится 5 музеев: историко-краеведческий, литературный, художественный, западного и восточного искусства, а также Измаильский историко-краеведческий музей Придунавья. На обеспечение деятельности музеев и выставок область собирается потратить 46,7 млн. грн. Оплата труда составляет 30,9 млн. грн.

В подчинении города Одессы обозначены Муниципальный музей личных коллекций им. В.Блещунова и Музей-квартира Л.Утёсова. На музеи и выставки Одесса собирается потратить 3,75 млн. грн. В т.ч., оплата труда составит 2,6 млн. грн.

Посмотрим на сравнительно небогатый регион – Житомирскую область.

Областной бюджет – 7,8 млрд. грн. На балансе области – краеведческий музей, литературный музей, Музей космонавтики им.С.П.Королёва и Кмитовский музей изобразительного искусства им. И.Буханчука. Затраты на музеи и выставки в областном музее – 22,9 млн., в том числе 12,3 млн. на зарплаты.

Сейчас мы не углубляемся: большие это музеи – или маленькие, много их – или мало. Просто соотнесём порядки цифр.

Невооруженным глазом видно, что затраты на музеи – это крохи.

Так, город Харьков потратит на музеи 0,05% своих доходов, а на зарплату музейщикам – 0,022%. Харьковская область – всего 0,3%, а на зарплаты – 0,13%.

Город Одесса раскошелится на 0,034%, потратив на зарплаты музейщикам 0,023% доходов. Одесская область заплатит музеям 0,4% доходов, а на зарплаты уйдёт 0,26%.

Житомирская область потратит на зарплаты музейщикам 0,16% доходов.

Т.е., музейные зарплаты находятся в рамках технической погрешности. Я не удивлюсь, если на моющие средства или на почтовые расходы местные власти тратят больше, чем на музейный персонал.

Можно ли при таких масштабах цифр найти деньги для увеличения музейных бюджетов? Технически – легко. Главная проблема – преодолеть ментальный барьер. Потому что, например, городская власть Харькова с гораздо большим удовольствием потратит деньги на какую-нибудь клумбу или эксклюзивную лавочку.

Ещё один «резерв» - контроль над расходованием бюджетных средств. В Харькове уже стал хрестоматийным пример, когда в начале 2019 года Харьковский зоопарк собирался купить фрукты и овощи для животных на 11 млн. грн., причем закупочные цены были завышены в 3-4 раза. Т.е., честно купив бананы для обезьян, можно сходу удвоить бюджеты музеям города.

Очевидно, что доходы регионов и городов отличаются, цифры будут другими, но порядок примерно такой же. О чем это говорит? О том, что как минимум городские и областные музеи могут претендовать на более высокие зарплаты уже сейчас!

По районным музеям ситуация отличается, ибо идёт процесс создания ОТГ, с которыми возникает масса нюансов. Но принцип неизменен: денег и там стало больше, однако на музеи их не тратят.

Как изменить эту ситуацию?

Я не будут повторять банальности о том, насколько музеи важны для общества и государства. Безусловно, многое зависит от качества их работы. Но если финансировать музеи в рамках технической погрешности, то и результат будет такой же.

Сейчас музейные зарплаты привязаны к тарифной сетке. Внести изменения в тарифную сетку – непростое и небыстрое занятие. Поэтому оптимальный путь такой.

Органы местной власти и самоуправления должны иметь простую и понятную формальную возможность платить музейным сотрудникам любую зарплату в рамках ФОТ, свободно устанавливая местные надбавки. Теоретически они и сейчас могут что-то такое сами придумать. Но желательно для единообразия спустить им четкие рекомендации – с помощью принятия закона или постановления КМУ. И вербально мотивировать местное начальство позаботиться о людях.

В качестве дополнительной мотивации Кабмин через ДФРР мог бы адресно выделить какой-то ресурс на модернизацию музеев, чтобы финансировать капитальные расходы в тех регионах, где местное начальство платит нормальные зарплаты. Потому что под какие-то разовые акции музеи могут найти донора или получить грант в Украинском культурном фонде (уже получают). А вот институциональные расходы – это вопрос государственного и коммунального бюджета. Более того – так во всех уважающих себя странах.

Я убеждён, что эти затраты (которые даже после увеличения в разы останутся копеечными) окупятся очень быстро и сторицей. Потому что активный музей способен преобразовать пространство вокруг себя.

По сути – это не расходы, это инвестиции, которые повышают качество жизни громады. Вот и посмотрим, захотят ли решить эту проблему, потому что разумных отговорок – почему этого сделать нельзя – не существует.

Алексей Копытько Алексей Копытько , Заместитель главы правления Украинского центра развития музейного дела
Читайте главные новости LB.ua в социальных сетях Facebook и Twitter