ГлавнаяБлогиБлог Елены Боришполец

Увидеть Донбасс и не умереть. Дорога на «Ворошиловград» Жадана и обратно

«Весна, лето, осень, зима… и снова весна» Ким Ки Дук

Чтобы покинуть юг в августе, нужно иметь билет на север. Но мало какой текст начинается с «в безмятежном горном краю…», и мой не начнется. Мой путь лежит на восток. Из Одессы, через Киев на Старобельск через Сватово, и обратно в таком же порядке. Можно конечно короче, но правильно именно так.

Елена Боришполец Елена Боришполец , Поэтесса, Одесса

Фото: tochka.net

Съемочная группа фильма «Ворошиловград» по одноименному роману Сергея Жадана выбрала все основные локации для фильма в Старобельске. Хороший ход? Хороший ход. Но и роман хороший, и писал Жадан историю про Донбасс. Точнее про любовь, или нет, про жизнь, или лучше так: про жизнь, Донбасс и любовь.

Старобельск – крохотный городок районного значения Луганской области. Это даже не провинция. Это так далеко, что не из Одессы, не из Киева не видно и не слышно. Это 70 километров от линии войны. Когда журналисты приехали на съемочную площадку, продюсер фильма первым делом рассказал, как они зачищали холм, на котором выстроили бензоколонку для съемок. От чего зачищали? От гильз. И правда, гильз под ногами мы не находили.

Кино – это такой вечный праздник для постороннего взгляда. Но это только если ты романтик с большой дороги, а у нас и дорог то нет, особенно на Старобельск. В августе городок сгорает и плавится, равно как любой южный районный центр страны. И кажется, что ты никуда не выезжал. Но это только кажется. Ехать на Старобельск можно по-разному, мы ехали в обход блокпостов. Ехали, мчались в удушливом, липком поезде Киев-Лисичанск, как цыгане, каким-то общим табором, одним голосом, одним потом весь вагон. Чтобы не доехать до Старобельска трупом, окно в купе пришлось открывать до самого конца.

От этого образовывалась дыра размером метр на метр, ночью в этом поезде из кошмарных снов, было чувство, что дыра эта тебе засасывает, и ты непременно поддашься, отлипнешь от кривой абсолютно полки, и улетишь в окно, не ты, так подушка Укрзалізниці. И пиши пропало кино и юг, и Николай Чудотворец покровитель путешественников. Но поезд мы пережили, и помчались дальше. Потому, что в дороге все иначе, потому, что ты знаешь, что это один раз, а потом ты вернешься на юг, в скоростные поезда с кондиционером, Wi-Fi и малиновым чаем от WOG cafe. Старобельск нынешний живет внешне спокойно, хранит свои несветлые воспоминания о батальоне «Айдар», сдает свои постоялые дворы под процветающий «пенсионный туризм», исправно подкрашивает золотой краской памятник Остапу Бендеру. К памятнику иду в плюс 37, как не пойти, Одесса не простит, не забудет. Стою и буквально плачу, какой некрасивый, какой старый мальчик в композиции. Хорошо, хотя бы стула нет.

«В половине двенадцатого с северо-запада, со стороны деревни Чмаровки, в Старгород вошел молодой человек лет двадцати восьми. За ним бежал беспризорный...»

Причастные утверждают, что Великий комбинатор входил именно в Старобельск. Ильф и Петров были в 1923 году командированы сюда, как корреспонденты газеты «Гудок», на то есть исторические факты. Говорили, что создание памятника – представлял собой «долгий процесс поиска». И смотрит на меня с укором укороченный Арчил Гомиашвили, ох и напекло же ему золотую голову, хороший был актер.

Фото: tochka.net

Но и наши не хуже растут. Руслана Хазипова (Dakh Daughters) играет в «Ворошиловграде», который, конечно, назовут в прокате иначе, главную женскую роль. Она только приехала на площадку, а на ней уже хочет жениться половина съемочной группы. Вообще, кино – это строго, это поминутное расписание. Это свет по секундам, закат и восход по распоряжению режиссера. Вся магия в виде тяжелого труда огромного количества людей, как на ладони. И главное, что в городе тихо, и течет неспешно речка «Айдар», та, которая – «лунная река» в переводе с крымско-татарского. И щемит в груди до слез от этих «Айдаров». И люди вокруг вглядываются в тебя, как в диковинку, и норовят подробно рассказать, как надо воспитывать детей и любить, и ценить свой Старобельск. И звучит речь:

- А вы откуда сами?

 - Из Одессы.

- Аа…а у нас памятник вашему Остапу стоит, и речка красивая, и мы наш город любим. А бежать, так каждый дурак умеет, ты попробуй не убежать.

Старобельские газеты пишут. Но нет такого столба, который уже не знает, что в городе снимается кино. Продюсер «Ворошиловграда» показывает фото первой полосы местного издания. Это правда похоже на «Гудок» времен Ильфа и Петрова.

- Дочка, погляди есть ли квасок, - кричит мне в спину старушка в ситцевом платочке с палочкой в руке. – Кваску хочу, не могу.

- Есть квас, бабушка. – отвечаю я, и недоумеваю, что она и еще вагон ее сестриц делает в гостинице Старобельска?

Туризм пенсионный, обыкновенный. Жители "ЛНР" имеют по два паспорта, российский и украинский. Живут на оккупированной территории, получают социальные выплаты и там, и тут. Квасок, на то оно и лето.

Отовсюду слышна разная речь, такая разная, что в пору записывать, но жара, жара всю спишет. И суржик здесь – не суржик, и украинский – не украинский, и русский такой от «кваска» до говора с таким наклоном, что это со мной впервые, за этим я и ехала. Есть в Старобельске и парк и сквер, и выглядят улицы чисто, и ничего не выдает вчерашнего дня. Все гильзы на холме собрали киношники. И пока героиня романа Жадана, Ольга влюбляет в себя героя Германа, с нами многое происходи в этом месте. Мы вглядываемся в эту часть страны, внюхиваемся в нее, и все же мы гастролеры здесь, и нам пора ехать домой. Той же дорогой без моста, по кочкам, а после сесть в поезд, в котором в моем купе уже гнездится женщина с пятью баулами, алюминиевым тазом и пучком искусственных цветов в голове.

 - Всю ночь не буду спать. Сторожить буду, мало ли чего случится может. Наступит кто случайно, и все. – скажет она мне, как только я зайду в купе.

- А что у вас такого ценного в мешках? – на голубом глазу поинтересуюсь я, думая, что путешествие мое уже подходит к концу. И скоро море смоет с меня дорожную пыль моего востока и оставит лишь необходимые воспоминания.

 - Гранаты, боеприпасы. Надо же как-то все это возить. У меня разрешение есть. – ответит она мне и понесет эту благую весть по всему вагону.

И я не сразу пойму, что она не в себе. И вызову проводницу, и поезд тронется, и будет страшно. И это не как в кино. И проводница скажет, что досматривать личные вещи не имеет право. И я предложу проводнице взять женщину и гранаты к себе в купе, и только после этих моих слов, мы досмотрим багаж. Из сумок полезет грязная военная форма, белье, крупа, ржавые консервные банки… И предстоит целая ночь без сна, в купе пропитанном жизнью вблизи войны.

 - Женщина, зачем, зачем вы сказали, что у вас там гранаты? – не понимая спросит уставшая от дорог проводница.

 - Подумаешь, нашли чего бояться. – ответит уставшая с цветами в голове.

Елена Боришполец Елена Боришполец , Поэтесса, Одесса