ГлавнаяКультура

Как торнадо северному ветру помогало

Наконец и украинский зритель может ознакомиться с фильмами-номинантами на всяческие престижные премии этого года: начиная с этой недели в кинотеатрах потихоньку стартуют самые важные фигуранты «оскаровских» шорт-листов.

Как торнадо северному ветру помогало

Первый из них – новый фильм братьев Коэнов, «Настоящее мужество», который появится в украинском прокате с 17 февраля.

Сразу важная оговорка: это «Настоящее мужество» (в российском прокате идет как «Железная хватка») не является римейком аналогичного фильма с Джоном Уэйном, выпущенного в 1969 году, за роль в котором Уэйн получил свой единственный «Оскар». По заверению самих Коэнов, их фильм – экранизация одноименного романа Чарльза Портиса, никоим образом не отсылающая к старому фильму.

Итак, носительницей «настоящего мужества» в этой истории выступает, в первую очередь, 14-летняя Мэтти Росс (Хейли Стейнфилд), дочь уважаемого гражданина Фрэнка Росса, подло убитого разбойником Томом Чейни (Джош Бролин). Его мисс Росс и собирается найти, чтобы отомстить за смерть отца. Для этого она нанимает одного из лучших специалистов в этом деле – Рустера Когберна (Джефф Бриджес), полуразваливающегося пьяницу, который хоть и не помнит, скольких он убил на протяжении последних лет, но в целом подходит для этой благородной миссии как нельзя лучше. Кроме Когберна и Мэтти, на Тома Чейни охотится ЛаБёф (Мэтт Деймон), техасский рейнджер, который получит большое вознаграждение, если Чейни будет привезен именно в Техас и казнен за убийство местного сенатора.

Наверное, Коэновское «Настоящее мужество» можно назвать реанимацией канувшего в Лету (хоть и выныривающего оттуда время от времени) жанра вестерна – в том смысле, что в следующем году мы наверняка увидим еще пару-тройку удачных и не очень фильмов про ковбоев, техасских рейнджеров или грабителей поездов, бороздящих Средний Запад США.

Кроме того, при просмотре этого фильма возникает некое подобие очарованности лихими вскидываниями револьверов, бескомпромиссностью, свойственной практически всем героям, и своеобразной эстетикой природы Дикого Запада и тамошних обитателей. Но на этом сходство с традиционными вестернами заканчивается, во всем остальном – это настоящий (но ни в коем случае не «очередной») фильм братьев Коэнов, благо материал был подобран ими подходящий.

Не смотря на то, что Коэны всегда открещиваются от наличия в их фильмах каких-либо метафор, в случае с «Настоящим мужеством» кое-какие метафоры все же напрашиваются. Может показаться странным, но этот фильм больше похож на «Мертвеца» Джима Джармуша, чем на вестерны, к которым мы привыкли. Все главные (да и не главные тоже) персонажи, являются, скорее, природными стихиями, с которыми сложно поспорить, нежели человеческими существами, которым можно посочувствовать.

Напористая, как северный ветер, 14-летняя девчушка, унаследовавшая от отца талант торговаться со всеми, с кем только удается (а удается практически со всеми, кроме гробовщика), с каким-то первобытным упорством противится обстоятельствам, которые могут сложиться не в нее пользу. Для нее месть – это даже не хитроумный план, и не список жертв на бумажке, а всего лишь этап ее развития, который она проходит с такой же поразительной естественностью, с какой Кэрролловская Алиса угощалась питьем из флакончика с надписью «выпей меня». К слову, аллюзии на «Алису в Стране Чудес» не случайны – ничего, что героиня падает в яму лишь в конце путешествия, сути дела это, по сути, не меняет.

Что до Рустера Когберна, то это, определенно, рычащее хтоническое образование, появление которого в этих опасных широтах неминуемо влечет за собой стихийное бедствие – он или прихлопнет кого-то, кто по чистой случайности покажется ему угрозой для жизни, или промахнется, когда не нужно, или еще чего. Бриджес в этой роли смотрится так, как будто специально для нее родился: его Когберн больше похож на персонажа индейских притч, или, на худой конец, сказок для детей белых поселенцев (вроде тех, в которых техасец Пекос Билл придумал лассо и стал хозяином Аризоны), чем на федерального маршала. Справедливости ради стоит отметить, что это не делает его менее серьезным, напротив – его действия хоть и не всегда поддаются рациональному объяснению, но они так же «логичны», как торнадо или наводнение.

Впрочем, грани между природным (или, если хотите, животным) и человеческим миром стираются не только в случае Когберна, который в один прекрасный момент действительно превращается в коня, но и во многих других – чего только стоит сцена, в которой из леса выезжает местный знахарь-дантист в шкуре медведя и предлагает свои услуги растерявшимся путникам.

Из этой серьезной мифической когорты выбиваются, разве что, ЛаБёф – в меру комичный персонаж, переживающий на своей шкуре примерно столько же неприятностей, сколько обычно в фильмах Коэнов достается тем, кого играет Стивен Бушеми, и, собственно, сам Том Чейни, который и трусливый, и подлый одновременно – совсем как в североамериканских детских сказках.

Как бы то ни было, очевидно, братьям Коэнам снова удалось не только скрестить традиционный жанр с собственным видением, но и высказаться на фундаментальную тему, хотели они того, или нет. Если в прошлом фильме растерянный человечек препирался с Богом из-за сложности интерпретации его посланий, то в этом бушует полный пантеизм со всеми вытекающими умозаключениями, а именно: делай, что должен, потом разберемся.

Дарья Бадьёр Дарья Бадьёр , Редактор отдела "Культура"
Читайте главные новости LB.ua в социальных сетях Facebook и Twitter