ГлавнаяБлогиБлог Александра Кирша

$ в Украине: игра в поддавки, или чем дольше «стабильность» тем тяжелей расплата

1. Что происходит

Невероятные приключения $ в Украине: при растущих украинских ценах на всё несмотря ни на что $ в Украине стабильно и уверенно падает.

В январе за USD давали, был момент, 28, в сентябре же не дают и 25.

Хотя судя по отношению $ к €, он не падает, а лежит себе спокойно в гамаке (неподалёку от гамака с тем же €, столь же спокойным) и покуривает, пока мимо то вниз (как обычно), то вверх (как сейчас) пролетает гривна, подпрыгивая в воздухе и не забывая при этом причитать: Ой, доллар упал! Ой, доллар взлетел!

 

Фото: Виталий Лотоцкий

Нелирическое отступление номер раз

Кстати, о соотношении $ и €. За все 20 лет евросуществования курс € к $ составлял примерно 1,2 плюс/минус 0,4, то есть наименьший отличался от наибольшего в около 2 раз (даже чуть меньше), что за такой довольно огромный период не так уж и много, да и сейчас он — почти на среднем уровне, весьма близком к установленному изначально. Гривне бы, «несущейся вверх», такую стабильность...

2. Причины «взлета» UAH

А летает UAH не от хорошей жизни. И лучше бы она не летала, но обо всем по порядку.

Будь $ в Украине действительно деньгами в полном смысле этого пятизначного слова (мера стоимости, средство обращения, средство платежа, средство образования сокровищ, мировые деньги — не зря нас ещё учили именно так), то всё зависело бы, по крайней мере — в первую очередь — от [средневзвешенного] соотношения цен в UAH и USD.

Но ведь покупают у нас $ обычно вовсе не для того, чтоб поехать за рубеж и там потратить или поменять на что-то местное, хотя и для этого, конечно, тоже, но в основном — с абсолютно иной целью. А именно — для сохранения покупательной способности всех «нажитых непосильным трудом» украинских денег, склонных то к ползучему, то к внезапному и резкому обесцениванию, хоть и с непредсказуемыми скачками-подпрыгиваниями.

То есть используют у нас инвалюту не столько в качестве потенциального (потому что за рубежом) средства обращения (хотя бывает всякое), сколько в качестве средства образования сокровищ (если так можно назвать часто весьма скудные сбережения-накопления). Плюс $ иногда выступает условно в качестве меры стоимости и — не только условно — в качестве средства платежа по долгам; ну и никто не отнимает у него функцию мировых денег (которой, кстати, не имеет UAH, из-за чего не вполне деньги на самом деле и она).

Так вот, ставшая у нас главной для $ накопительная функция свойственна и ряду товаров — тем, что приобретаются не для потребления, а как вложение денег, чтоб не пропали: недвижимости, покупаемой не для жизни; стабильного в своей дорогой «абсолютной цене» антиквариата, в котором [почти] никто при этом ничего не понимает; драгметаллов не для украшения, а в сейф и т. д.

Причём похоже часто покупают товары не только у нас, а и в той же Америке, где, например, с удовольствием приобретают — в качестве тоже недвижимости не для жизни — участки на Луне.

Но коль так, то $ в Украине это не столько деньги, сколько товар, хоть и не очень стандартный и не чтоб его съесть или выпить (между прочим, то, что не предназначено для потребления через рот, то есть не еда/выпивка/сигареты/лекарства, у нас из собственно произведенных «товаров народного потребления» не очень и потребляется! Это уже [почти] всё китайское, за что всей Украине от наследников Мао Цзэ-дуна большое спасибо).

 

Фото: Виталий Лотоцкий

Ну а для формирования цен на товар — всё зависит от местного соотношения спроса на него и предложения. И как только НБУ смог, держа курс гривни зубами — через ее тупую недопечатку и валютные интервенции, на какое-то время сделать её непадающей и даже слегка растущей, чем убедить доверчивое население в «падении» доллара, народ коллективно стал постепенно переключаться с покупки [якобы] ненадежной СКВ на покупку товаров, из-за чего товарной массе на рынке стало противостоять больше гривень, а валютной массе меньше, вот и стали товары дороже, а инвалюта — дешеветь.

 

Фото: Виталий Лотоцкий

А дальше — пошла по цепочке «паника наоборот»:

$ падает — спрос на него падает — $ падает ещё больше — спрос падает ещё больше — и т. д. (аналогично более привычной раскрутке его роста — что было и что ещё обязательно будет, о чём см. далее);

по товарам же — противоположно: цены растут — надо быстро брать, пока не подорожало,— цены растут ещё больше, потому что все берут,— спрос на товары становится близким к паническому: надо тратить деньги, а $ не спасает — и т. д.

Вот и результат — временный, но ощутимый.

Нелирическое отступление номер два

$, конечно, не так великолепен и в самом деле. У него, единственной в мире валюты, выпускаемой не государством, а гигантской «частной лавочкой» по имени ФРС (говорят, что Кеннеди плохо кончил именно потому, что попытался дать государству право слегка попечатать хотя бы 2-долларовые купюры, но это отдельная тема; хотя сплетничают и о том, как назло другому Президенту США, которому не понравился цвет носков главы ФРС, в таких носках после этого пришли все члены американского правительства),— свои приколы.

Так, курс $, обеспечиваемого богатством не только США, но и всего мира, да и тех уже не хватает — столько его напечатали,— иррационален, держится «на честном слове», которого, кстати, никто особо и не давал, плюс потенциальном применении [самой разнообразной] силы и в любой момент действительно (особенно, при желании, хотя и это не обязательно) может немножко рухнуть.

Чтоб он слегка рухнул в Украине, сделать в своё время было не очень сложно даже, извините за нескромность, лично мне: более четверти века прошло с выхода моего знаменитого Указа Президента США. Речь в нем шла о замене старых долларовых купюр различного достоинства новыми, причём, конечно же, по дискриминационному для постсоветского пространства курсу. Указ был честно подписан «Передал Управляющий делами Белого дома А. Кирш» и с редакционной пометкой насчёт того, что он является грустной шуткой, опубликован в рубрике «Испорченный телефон» в журнале «Бизнес Информ» № 32 за 1993 г..

 

Фото: Виталий Лотоцкий

Впоследствии его расклеивали вблизи банков (и обменных пунктов), чуть поменяв имевшиеся в Указе даты и попутно заменив «А. Кирш» на более американское «О. Коннор». Разумеется, ни об испорченном телефоне, ни о грустной шутке никаких упоминаний уже не было.

Говорят, что несколько банков именно из-за моего Указа тогда разорились, ну а сколько людей попало в «халепу» — трудно даже представить. Я бы себя не винил (ну где мне было знать, что рядовой шуткой так воспользуются?), но невинно пострадавших всё равно очень жаль.

С официальным опровержением выступил сам НБУ («Урядовий кур’єр» № 173 за 02.12.93 г.):

«банковские билеты долларов США всех годов эмиссии начиная с 1828 г. являются действующими...».

Тем не менее газета «Свое дело» (№ 15/94) написала, что «в правительственных кругах была умышленно инсценирована «утечка информации», с тем чтобы подготовить необходимый «запас прочности» перед введением украинской национальной валюты».

А более солидный «Бизнес» (№ 11/94) предположил, что Указ — «очередная утка, подброшенная, вероятно, с целью заставить массового частника — владельца валюты раскошелиться, начать сбрасывать доллары. Кем только, не ясно».

Кем-кем...

Приведу заодно уж и ссылку на сам «Указ», раз он когда-то наделал столько шума.

В общем, если смог обрушить $ (хоть и временно-локально) даже я, смогут, но уже по-настоящему, и другие (это если $ сам от жадности допечатывателей не обвалится! А то вон грозились навыпускать монет достоинством 1 трлн долл.— золотых нельзя, а платиновых можно!); известно даже название (амеро) того, что его, хоть и не для всех, заменит. То ли просто так, то ли после обвала. То ли специального, то ли иного...

Тоесть надежности особой у $ и нет.

А у кого она есть?

В этом-то всё и дело.

Остальные валюты — ещё ненадёжнее, хотя, возможно, и более реально обеспечены. Да только обеспеченность — это как результат на выборах: нужно ещё и уметь защитить; а тут — у $ конкурентов нет.

В общем, он — как демократия «по Черчиллю»: и плох, и заменить нечем: ЕВРОпа чересчур центробежна-нестабильна, как и зона Евро, а юань слишком связан с не очень демократическим режимом, из чего также могут вытекать сюрпризы; об иене же всерьёз говорить пока рано...

Ну разве что — нарисовать для Украины «украинский доллар» в виде деньгоподобной госбумаги с обязательством государства вернуть гривни, за которые она была куплена, по курсу $ на момент выкупа или перед обвалом (и это был бы, по сути, беспроцентный кредит государству, зафиксированный в валюте).

Но вот только не будут у нас её покупать: никто Родине так не доверяет, да и с политической стабильностью — в стране тоже не очень, а какое без неё доверие, всем понятно. Хотя вместо нефти и золота заменяющие их [как бы] «сертификаты» иногда и берут, да только не гос. Государство — в смысле общественного недоверия — у нас вне конкуренции; частникам же (типа, мы — как ФРС!) никто такого не позволит.

3. Оценка: хорошо всё это или как

Разумеется, всё это — «или как».

Ничего хорошего в «укреплении» UAH нет.

Напротив: люди потеряли [временно] возможность предохранения от инфляции: $ [пока] не спасает.

Говорят: А зато вырос спрос на товары, оживилась экономика.

Что-что-что-что, простите, оживилось? Экономика, для «оживления» которой надо просто добавить посредников на пути товара к потребителю, благодаря чему статистика выдаёт якобы рост валового (именно такого, с повторным счетом одного и того же!) продукта? И от этих перепродаж кому-то (кроме самих перепродающих!) легче? Просто цены растут, да и всё! Кстати, теперь — при «падающем» USD — они растут и в $! Вот вам и экономический рост!

Да, спрос на товары вырос. Но на чьи? Разумеется — на подешевевший импорт. Из нашего — как только «ротовое» брали, так и берут, больше не стали. А вот чужое, которое и лучше, и теперь дешевле,— дело другое. Часть разницы съедает торговля, это её право, но другой частью она делится с покупателем.

А вот экспортировать — наоборот, стало сложнее. Чтобы получить те же гривни для выживания, а их вследствие общего роста цен нужно не меньше («укрепившихся!»), а больше, нужно — при растущем курсе UAH — содрать с иностранцев еще больше валюты, а кому тогда наше [кроме сырья (и земли?)] нужно?

То есть попросту паскудится реальный (я не о статистическом рисуемом) экспортно-импортный [дис]баланс.

Причём дешевеет импорт очень специфически. Импорт критический, то есть необходимый производству, вовсе не дешевеет, как, кстати, и бензин, а дорожает даже в валюте. То есть нужное — не дешевеет.

Дешевеет только то, что делает Украину не просто сырьевым придатком «нормальных» стран, а ещё и их потребителем, дающим им работу. Не только поставщиком дешёвых товаров и — теперь — дешёвой рабочей силы, но и покупателем-работодателем, но уже с учётом ИХ зарплат, входящих в цену!

И кому же такой «рост курса нацвалюты» выгоден?

Не тем ли, кто нам его с удовольствием обеспечивает?

А мы, начитавшись старых американских книжек, которые там уже никто не читает очень давно, радостно — со своим варварским и диким «пещерным монетаризмом» идём им навстречу.

Сами же США (да и серьёзные европейцы) охотнее проводят именно девальвацию (падение!) своей валюты — как раз для завоевания рынка. И крайне ревниво относятся к чужим попыткам (например, китайским) девальвации валют их стран.

В общем, когда у нас зубами (это пока зубы выдерживают!) держат курс гривни, сбивая курс $(€), да еще и радуются успехам, это как если бы больного, чтобы сбить температуру, засовывали в холодильник и радовались снижению температуры. Холодильник, кстати, практически пустой, где от еды остались крохи, но, как уже было сказано, не съестного своего у нас вообще не потребляется, то есть за его пределами ещё хуже.

 

Фото: Виталий Лотоцкий

Сравнение менее поэтическое: кладбище. Это — для любителей «стабильности» при стоЯщей экономике. На кладбище тоже всё стабильно — и никаких лишних телодвижений.

Нелирическое отступление номер три

Всё это вовсе не означает, что у нашей экономики нет реальных точек соприкосновения с экономикой США, Европы и прочей цивилизованной части мира. Просто желательно действовать взаимовыгодно, а не под прессом.

Хотя и действие под прессом вполне объяснимо: не сейчас Украина подсела на кредитную иглу, а сползти с нее, особенно сразу, очень трудно, если отбросить опасные авантюры, да и вообще сползание с иглы сложнее, чем подсаживание.

Но даже в этой ситуации нужно искать взаимовыгодные пути решения.

Одним из таких путей представляется сдача в аренду американцам и/или европейцам государственных и/или коммунальных предприятий, находящихся в неконтролируемых/оккупированных районах Украины, а возможно — и продажа таких предприятий. Это может касаться и предприятий любой собственности, владельцы которых согласятся сдать в аренду либо продать то, что юридически свое, но реально недосягаемо, не очень дорого. 

Фото: Виталий Лотоцкий

Условием должно быть то, что предприятия эти должны у новых арендаторов/собственников работать, обеспечивать занятость и платить налоги в украинский бюджет.

А после освобождения — им будут гарантированы максимально льготные условия обложения.

Теряет Украина при этом только то, чего у неё сейчас и так нет: часть несуществующих налогов от несуществующего бизнеса при несуществующих инвестициях в часто неработающие предприятия на выжженной и/или оккупированной земле.

Заодно можно будет опробовать тем самым и экономическую привлекательность свободных экономических зон, их эффективность с точки зрения занятости.

Можно не сомневаться, что в таких условиях и при таких гарантиях поддержка Западом возврата Украине её территорий станет гораздо более реальной и действенной, причем как в виде «просто санкций», так и во многих других видах, и какие уж тогда «альтернативные» энергопотоки!

Да и отношение местного населения к Украине, да и к Западу, к цивилизации вообще — резко изменится.

Здесь есть о чем подумать.

4. От синдрома «5,05» к «12–36–22», или Скромное обаяние валюты: уроки на будущее

Ну а что же пока что будет со всё ещё живым долларом дальше?

А дальше — зубы не выдержат. Нельзя зубами — вопреки экономике — держать курс бесконечно, даже с помощью [анти]паники.

Ведь есть всё же и соотношение цен в USD и в UAХ.

Как есть и те, кто покупает $ для использования в других странах.

Это всё тоже влияет на курс, и когда курс [анти]панический резко отклоняется от экономического, разница даёт о себе знать.

И тогда уже — не до зубов.

Всплеск курса доллара до экономически обоснованного будет внезапным и чрезвычайно резким, а до какого уровня — зависит от того, когда это произойдёт: чем выше заберётся гривня, идущая без страховки, тем страшнее будет падение. Это вопрос времени, который работает не на UAH.

И тогда уже паника заработает в обратную — более привычную Украине — сторону.

Чтобы было понятно, о чем речь, напомню, как некогда казался вечным курс 5,05, как легко подписывали валютные обязательства («Бери машину даром!») те, кто живет на гривневую зарплату, но очень нуждался в срочной машине или квартире и брал деньги на них в долг у какого-нибудь из многочисленных хитровыхитренных банков, фиксируя обязательства свои в столь стабильных тогда долларах. Что было потом, напоминать не нужно, но позже приключилась другая история — не менее интересная и поучительная.

Более 5 лет длилась не так давно ещё одна «стабильность гривни»: в декабре 2008 г. курс был 7,9 грн за $, а ещё в феврале 2014 г. составлял 8,0. А потом — началось: уже через полгода (август 2014 г.) он был 12,0, а ещё через полгода (февраль 2015 г.) — 30, причем панический — 36. Через пару месяцев (в апреле 2015 г.) он упал до 22 и дальше начал постепенный рост.

 

Фото: Виталий Лотоцкий

Как пел Булат Окуджава, «как обаятельно для тех, кто понимает»! И не просто понимает, а знает заранее: и перед ростом в 3 раза (с 12 до 36), и перед падением в 1,6 (с 36 до 22). Кто знал и как это делалось, неизвестно.

Но факт остается фактом: когда «по залёту» включают панику (либо когда она включается сама), возможно всё.

Потому — если долетит до 20, то затем (тогда уже) предстоит движение (условно) от 20 к 30 (по типу от 5,5 к 8 или от 8 к 12 — не выдержавшие зубы обычно отпускают курс так, что всплеск идет примерно в полтора раза), но при этом сам «механизм» будет веселее: (тоже условно) 20–35–25–30 и уже потом — 35–40, ну где-то так.

Как обаятельно для тех, кто понимает...

Александр Кирш Александр Кирш , Экономист
Читайте главные новости LB.ua в социальных сетях Facebook и Twitter