ГоловнаКультура

Український короткий метр: пошук призначення

LB.ua продолжает отсматривать новинки украинского кино – в этой части обзора под микроскоп попали короткометражные фильмы из национального конкурса Одесского кинофестиваля и программ фестиваля короткометражного кино во Львове Wiz-Art. Многие фильмы объединяет поиск новой формы и тема поиска почвы под ногами.

В этом году отборщики ОМКФ хвастались, что на участие в национальном короткометражном конкурсе подали более 210 фильмов. При этом в окончательный отбор попала 21 работа. После просмотра трех блоков украинского короткого метра напрашивается вывод о том, что количество участников финальной гонки можно было безболезненно сократить в полтора раза.

Фото: ОМКФ

Основное жюри, оценивавшее национальный конкурс, разделило награду за лучший короткометражный фильм между двумя работами – комедией Антонио Лукича и Валерии Кальченко “В Манчестере шел дождь” и мокьюментари “Гвоздь” Филиппа Сотниченко.

Причина такого разделения, кажется, лежит не в кинематографической площади – мол, вкусы разошлись, – а в чисто технической. В жюри национального конкурса ОМКФ – почему-то четыре человека, ни один из которых не является главой жюри и, соответственно, не имеет дополнительного голоса. Поэтому, если голоса разделяются, как это случилось в Одессе, жюри сложно принять единое решение. Возможно, таким образом на фестивале добавляют интриги к и без того нервной процедуре раздачи призов.

Итак, сердца одной половины национального жюри были безвозвратно отданы фильму “В Манчестере шел дождь” – несколько затянутой комедии об очень высоком человеке и его нелегкой (на самом деле нет) жизни.

Предыдущая картина Лукича – псевдодокументалка “Кто подставил Кима Кузина” о шестимиллиардном жителе Земли, родившемся в Советском Союзе, – надо сказать, была удачнее: и смешнее, и умелей смонтирована и в принципе оставляла впечатление целостной работы.

Кадр из фильма В Манчестере шел дождь
Фото: ОМКФ
Кадр из фильма В Манчестере шел дождь

“В Манчестере шел дождь” же то и дело выскакивают белые нитки: а вот, смотрите, что мы придумали с ребятами – сцену с подносом на раковине; смотрите, вот здесь немного “Ералаша”, а здесь немного абсурдизма – людям понравится. Людям таки понравилось, но сама идея с построением сюжета вокруг жизни очень высокого, не помещающегося в дверные проемы и социальные рамки, человека осталась практически нетронутой – Лукич и Кальченко прошлись по ней очень поверхностно, увлекшись собственными придумками.

Если оба режиссера не воспримут диплом от жюри как данность, а продолжат совершенствоваться (все-таки эта награда – не пик карьеры), то из обоих (по отдельности) могут получиться неплохие жанровые режиссеры. Абсурдистских, да и вообще хороших, не отдающих трупным запахом из телевизора, комедий в Украине очень не хватает.

“Гвоздь” Филиппа Сотниченко – намного более достойный диплома от национального жюри фильм. В третьем игровом фильме Сотниченко отошел от криминальной драмы, куда его тянуло и в “Объятиях”, и в “Сыне”, а снял довольно трогательный фильм об ощущении дома.

Режиссер не соврал: его фильм – действительно о том, “что стоит за гвоздем”. Гвоздем в фильме прибивают диплом молодой скрипачки Валентины, которая готовится к эмиграции из Украины в Швейцарию вместе с семьей. Практически весь фильм – это имитация домашнего архива, фиксирующего жизнь одного дня из жизни киевской семьи 90-х.

Кадр из фильма Гвоздь
Фото: ОМКФ
Кадр из фильма Гвоздь

В фильме у Сотниченко бурлит жизнь: кто-то поет песни, кто-то задает глупые вопросы, кто-то кривляется, рассказывает страшные новости о знакомых, просит Валентину сыграть на скрипке и так далее. Каким-то образом ему удается добиться того, чего другим молодым украинским режиссерам удается редко: органичности всех присутствующих в кадре. Некоторые зрители даже решили, что весь фильм – это и есть настоящая хроника одной семьи, и работу режиссера не оценили. И даже вставки реального домашнего видео, на котором запечатлены прототипы всех героев “Гвоздя”, не помогли.

Возможно, это свидетельствует о том, что Сотниченко не нужно было идти на компромисс со зрителем и подсказывать, что именно в его фильме – реальность, а что подделка, оставив все пространство за последней.

Специального упоминания от жюри удостоился фильм Владимира Тихого "Дидочок" – снятая якобы в стилистике немого кино работа, с помощью которой Тихий хотел высказаться о состоянии украинского общества. Абсурдистская история о дедушке, который родил такого же дедушку, призвана быть сатирой, но это кажется откровенно лишним. Кажется, что создателям фильма нужно было выбрать что-то одно: или делать стилизацию под киностолетней давности, или критиковать современное общество при помощи баек. Как это часто бывает с украинскими кинематографистами, выбор так и не сделали, слепив все один неудобоваримый комок.

Кадр из фильма "Дидочок"
Фото: ОМКФ
Кадр из фильма "Дидочок"

Еще один фильм об ощущении дома и еще один призер фестиваля (ему отдало свой диплом жюри ФИПРЕССИ) – “Дом”. Сняла его Ирина Цилык, запомнившаяся своей работой “Поминовение” примерно на ту же тему.

В основе “Дома” лежит простая идея, которую Цилык решила посредством раздваивания реальности. Двое молодых людей (их сыграли Катерина Молчанова и Дмитрий Ярошенко) бредут в горах, пока не находит заброшенный дом, где можно спрятаться от преследования (действие фильма происходит в 40-х годах, а наши герои, судя по всему, – представители львовской интеллигенции в бегах). Они заходят в дом – снаружи остаются горы и туман, а внутри – уютная львовская квартира, их родная обитель.

Кадр из фильма "Дом"
Фото: ОМКФ
Кадр из фильма "Дом"

Фильм Цилык так и переключается из одного модуса в другой: из родного дома в изгнание, из городской среды в лес и так далее. Так, “Дом” одновременно затрагивает несколько важных пунктов: и проблемы с маркированием определенной территории, как родной, связанные с советскими политиками репрессий и бесконечных переселений; и смерть городской культуры, и довольно личные переживания собственной истории, и многое другое.

Из-за того, что Цилык – не только кинорежиссерка, но и писательница, ее фильмы выходят редко, но хочется надеяться, что когда-нибудь Ирина решит снять полный метр. В отличие от многих представленных в национальных программах режиссеров, она, кажется, хорошо понимает, зачем включать камеру и что помещать в кадр.

Знанием, о чем снимать кино, обладают и кинокритики, в очередной раз пробующие себя в режиссуре. И в этом случае объем теоретизирования вокруг собственных работ во сто крат превышает содержание их фильмов.

Станислав Битюцкий и Эль Парвулеско (псевдоним Александра Телюка) – вышли из синефильской секты Cineticle и практически одновременно начали выпускать собственные фильмы.

“До свидания, синефилы” Битюцкого вызвал настоящую бурю обсуждений после премьеры на “Молодости” пару лет назад. Новый фильм, “24”, снят на домашнюю DV-камеру (уже третий в нынешней программе ОМКФ эксперимент с физической оптикой) и на этот раз рассказывает не о синефилах, а о потерянном постсоветском поколении и – опять! – о переживании своего дома. Вернее, его отсутствия.

Кадр из фильма 24
Фото: ОМКФ
Кадр из фильма 24

В кадре снова пара молодых людей, парень и девушка, без конца разговаривающих на “вечные” темы – из тех, что, знаете, всегда поднимаются в душных хрущевках, когда все уже давно выпито и обсуждено. В какой-то момент Битюцкий зачем-то решает отдать дань Годару и начинает интервьюировать своих героев, чем навлекает на себя гнев присутствующих в зале синефилов. Но это еще полбеды: главная беда с этими интервью, что с их помощью режиссер начал объяснять, о чем его фильм.

Но в целом, если соскоблить пижонский налет, “24” вполне может претендовать на звание едва ли не самого искреннего (в хорошем смысле этого слова, а не в том, в котором его пытались артикулировать создатели невероятно пошлого ролика “Вернись”, например) фильма короткометражной программы .

С “Розовой картой” Эль Парвулеско так сделать не получится: пижонский налет – единственное, что в этой работе есть ценного. Собственно, описания фильма, которое дал режиссер и перед показом в Одессе, и в каталоге, было бы достаточно – само кино в наборе фраз про совместное колониальное прошлое Португалии и Украины кажется совсем необязательным.

Любопытная идея у короткометражки “Встреча” Жанны Озирной, где тоже в кадре представлена не одна реальность, а две. Молодой парень, не то вернувшийся с войны, не то переехавший из родного города из-за боевых действий, встречает девушку.

Кадр из фильма Встреча
Фото: ОМКФ
Кадр из фильма Встреча

Если бы режиссерка следовала каким-то жанровым канонам, то жизнь парня начала бы стремительно меняться, но не тут-то было: у героя – явный посттравматический синдром. Озирная очень неплохо справляется с тем, чтобы показать сдвиг в оптике своего героя, но перегружает свой фильм смыслами – девушка, которую он встречает, чернокожая и такая же лишняя в обществе, каким чувствует себя он (что не добавляет ни грамма смысла к драматургии), а сама “Встреча” заканчивается титрами со статистикой о количестве переселенцев за определенный период, что окончательно сбивает с толку.

“Кровь” Валерии Сочивец, отмеченная специальным упоминанием жюри на кинофестивале Wiz-Art, – довольно личное кино о том, что происходит вокруг такого важного события, как потеря девственности молодой девушкой. “Кровь” просто пышет молодостью и неловкостью, что режиссерка пытается компенсировать экспериментами с камерой – несколько впечатляющих планов позволяют ей сделать хорошую заявку на интересное продолжение режиссерской карьеры, но склеить все эти обрывки в нечто цельное Сочивец, к сожалению, не удалось.

Еще одна работа молодой украинской режиссерки, более титулованной чем две предыдущие, – “Сгущенка” Катерины Горностай. Катерина – выпускница школы Марины Разбежкиной (что, впрочем, не позволяет называть ее документалисткой, – Горностай снимает и игровое кино), откуда унаследовала операторскую манеру.

Фото: ОМКФ

“Сгущенка” – бессюжетная зарисовка о двух братьях, которые готовятся к дню рождению своей матери. Скомканное кино, к тому же, снятое на немного чужую для Горностай тему – ей бы продолжать изыски в области человеческой чувственности. Если верить восторженным анонсам, которые нам довелось слышать, тема вернется в следующей работе Катерины “Сирень”, и все встанет снова на свои места.

Еще два фильма из одесского конкурса, получившие дипломы на кинофестивале во Львове, – “Черногора” Тараса Дроня (приз зрительских симпатий) и “Без тебя” Наримана Алиева (сертификат от Letter to Fest).

Черногора” – снятая в Карпатах история о маленьком мальчике, который ждет, пока его отец вернется из Польши, куда уехал на заработки. Единственное воспоминание об отце – старый автомобиль, ржавеющий во дворе дома. В один прекрасный день за машиной приезжает друг отца, чтобы отбуксовать ее и тоже перевезти в Польшу.

Фото: ОМКФ

Дронь эффектно, да еще и на пленку, противопоставляет маленькую мальчишескую трагедию величественным карпатским пейзажам, но его сильно подводят актеры (кроме мальчика – он, в своем порыве одушевить кусок ржавого железа, единственный, кто органично смотрится в кадре) и испорченная украинским поэтическим кино оптика.

Без тебя” – третья короткометражная работа Наримана Алиева, которая, к тому же, участвовала в параллельном конкурсе Берлинале Generation. Как и первая короткометражка, которую мы показывали в рамках проекта “Шорт-лист”, эта работа снята в Крыму и с участием родственников режиссера. Братья Ремзи и Февзи Беляловы играют двух друзей, которые едут на день рождения третьего. Посреди крымской степи у них ломается машина.

Это тоже бессюжетное кино, передающее, скорее, эмоцию, чем историю. К третьему своему фильму Нариман, наконец, выключил закадровую музыку, но без объяснения происходящего на экране не обошелся – затянутая внутрикадровая песня, которую исполняет один из героев, портит все настроение фильма. Несмотря на это, за развитием Алиева как режиссера будет еще интересно понаблюдать – хочется посмотреть на то, как он будет выходить за пределы очерченной зоны комфорта.

Кадр из фильма "Без тебя"
Фото: ОМКФ
Кадр из фильма "Без тебя"

“Роса” Ивана Косенко была бы интересным видеоартом о томной смене пор года, но остается на территории кино, то и дело размениваясь на символизм. Красиво, но скучно ведь.

“70 улиц” Макса Лыжова на территорию кино даже не заглядывает – это видео-арт чистой воды, к тому же проверяющий зрителей на наличие скрытой эпилепсии. Любопытно, но отбор этой работы в конкурс ОМКФ кажется весьма сомнительным экспериментом.

“Вернись” Андрея Кирилова и “После всех столкновений” Юрия Хусточки и Никиты Кравцова – это тоже не кино, а клипы – один игровой, другой анимированный. Оба, безусловно, заслуживают право на существование, но в какой-то другой, не кинематографической реальности. То же касается и “Однажды в ОдессеВладека Занковски, чей отбор может быть объяснен только попыткой привлечь на показы украинского короткого метра побольше местных зрителей.

“Воспоминания мертвого человека” Николая Засеева, к сожалению, претендует на то, чтобы быть фильмом, но за эти его стремления хочется выпить не чокаясь.

Кадр из фильма Воспоминания мертвого человека
Фото: ОМКФ
Кадр из фильма Воспоминания мертвого человека

Продолжая тенденцию смешивать игровое кино с документальным, отборщики ОМКФ и в короткометражный конкурс поставили несколько неигровых фильмов.

“Люди, пришедшие к власти” Алексея Радинского и Томаша Рафы – не лишенное левацкого пафоса кино, пытающееся исследовать человеческий взгляд на начало войны на Донбассе. Главный конфликт фильма Радинского – между властью, которая переходит от одних людей к другим, и простыми людьми, которые страдают от несправедливости, которую им причиняют элиты.

Взгляд далеко не оригинальный, но имеет право на жизнь. Вопрос лишь в том, является ли для документалиста принадлежность к каким-то идеологиям первичнее, чем, собственно, кино? Ответ может быть и утвердительным, но в “Людях, пришедших к власти”, нет ему обоснования: оптика, взятая на вооружение Радинским и Рафой, в этом фильме кинематографически нежизнеспособна.

Документальный фильм Нади Парфан о музыкантах группы “Реве та стогне” смотрелся бы куда удачнее, будь он игровым. Режиссерка наблюдает за мытарствами своих героев – довольно фактурных, но откровенных, все-таки, лузеров, но фильм в итоге вышел довольно сырой.

“Панорама” Юрия Шилова тоже построена на жизни колоритного персонажа – киномеханика кинотеатра “Кинопанорама”, но у этого режиссера нашлось больше терпения для того, чтобы исследовать своего героя. Режиссура Шилова кроется в титрах, которыми он разбивает временные отрезки, но которые позволяют понять: за окном кинотеатре происходят буквально исторические события, но в рубке киномеханика по-прежнему стоит запах коньяка и все замерло в безвремении.

Кадр из фильма Панорама
Фото: ОМКФ
Кадр из фильма Панорама

Самый неудачный документальный фильм из блока – это “Уроки музыки” Игоря Малахова. Главная героиня – маленькая девочка, переехавшая с Донбасса со своей бабушкой. Девочка не бросает уроки музыки и даже готовится к конкурсу. К Малахову – примерно тот же вопрос, что и к режиссерке “Холодного Яра”: а он вообще понимает, что у него происходит в кадре? Понимает ли, что девочка, романтизированная его фильмом – бесконечными репризами, умилительными планами, названием, в конце концов, – не соответствует этому романтическому образу ни на йоту? Как бы то ни было, “Уроки музыки” – один из самых невнятных фильмов национальной конкурсной программы на ОМКФ.

Панорама украинского короткого метра продолжилась спустя две недели после закрытия Одесского кинофестиваля – теперь во Львове, где в 9-й раз прошел международный фестиваль короткометражного кино Wiz-Art.

Организаторы отобрали 8 фильмов в национальный конкурс, а также сформировали из украинского кино несколько внеконкурсных программ. Естественно, именно эти программы стали самыми популярными на фестивале – кажется, зрители начинают потихоньку привыкать к тому, что на вопрос “а что, в Украине есть кино?” можно спокойно отвечать “да”.

Победителем национального конкурса опять стал Филипп Сотниченко – жюри отметило его работу “Сын”. Это, как и “Объятия”, которые мы показывали в нашем спецпроекте “Шорт-лист”, крепко стоящая на жанре криминальной драмы картина об отношениях отца и сына. Главный герой живет с отцом, который, очевидно, невероятно его раздражает, и по ходу сюжета попадает в передрягу лишь затем, чтобы в финале осознать, что сам на него невероятно похож.

Кадр из фильма "Сын"
Фото: Wiz-Art
Кадр из фильма "Сын"

Сотниченко злоупотребляет экспериментами с камерой, да и актеры у него заметно переигрывают (даже исполнитель главной роли), но, в отличие от многих украинских (и не только) режиссеров, он любит своих героев и позволяет зрителям разобраться в их мотивациях самостоятельно.

“Мужская работа” Марины Степанской (призер прошлогоднего ОМКФ в номинации “лучший короткометражный фильм” и “Молодости” – за работу с актерами) тоже в каком-то смысе занимается исследованием маскулинного способа бытия. Основа фильма – криминальный роуд-муви о двух работниках некой неочевидной зрителю организации, которая занимается скупкой крупной недвижимости и земель. Всем надо успеть “до посевной”, поэтому начальник подгоняет своих подчиненных – спокойного и оттого пугающего безымянного мужчину №1 и суетливого и не очень смышленого №2.

Степанская, которая сейчас занимается подготовкой к съемкам полнометражного дебюта “Стремглав”, разрешает себе не делать за зрителей выводы о происходящем на экране, а даже сбивает их с толку.

Кадр из фильма "Мужская работа"
Фото: stepanska.com
Кадр из фильма "Мужская работа"

Как мастера дзен отвечали на вопросы своих учеников хлопком ладошей, так Степанская в сцену, откуда зрители собрались было выудить понимание сюжета, вставляет рассказ о зеленом шарике. При этом абсурдизм не выглядит напускным и не является симптомом пижонства – он органично вписывается в картину мира режиссерки и составляет часть ее пока что не полной мерой проявившегося почерка.

“Хлам” Татьяны Симон в какой-то мере рифмуется со другими фильмами из национальных программ: тема родственных связей наложена на тему особой миссии, которую носители этих самых связей должны реализовать. Молодые парень и девушка приезжают в заброшенную хибару – спустя какое-то время оказывается, что они брат и сестра, которым нужно разобрать старые вещи своего отца. Копаясь в хламе, они неизбежно обнаружат что-то новое и о самих себе, но Симон удается избежать банальностей в таком избитом сюжете.

“Девственники” Виктории Жуковой и Юрия Катинского из внеконкурсной программы "Плачьте, но снимайте" – фильм-перевертыш, который сами режиссеры, кажется, подустали переворачивать и заигрались. Симпатичное, но довольно незрелое пока что кино – заканчивается на одну сцену позже, чем должно было (закрыть тему с синяком на ноге можно было бы и не в отдельной сцене), но есть намек на жанровую определенность, не испорченную опытами Любомира Левицкого.

Кадр из фильма "Девственники"
Фото: Wiz-Art
Кадр из фильма "Девственники"

Еще одно "зеленое" кино – конкурсная “Цапля” Марии Пономаревой, зарисовка на тему механики человеческих взаимоотношений. Видно, как режиссерка ставит себе задачу и пытается ее выполнить: вооружившись хорошей актрисой в главной роли и отчаянно трясущейся камерой. Последняя в “Цапле” явно лишняя.

“Голден лав” Павла Острикова – конкурент Антонио Лукича и Валерии Кальченко на поле набросков к комедийному кино. Фильм о клубе знакомств в райцентре не пытается казаться лучше, чем его герои – женщины в “жутких розочках” и мужчины с золотыми зубами, и этим несомненно подкупает.

“Бессонница” Макса Мадонова и “Мост” Оксаны Носач, Елены Москальчук и Дмитрия Бурко (переизбыток режиссеров, как для такого видео с наложенной анимацией и закадровыми голосами) – эксперименты на грани видео-арта. “Бессонница” сначала хорошо передает ощущение, которое возникает, когда пытаешься заснуть, а потом главный герой начинает вещать что-то про родной дом и колоски и этим все портит. “Мост” – довольно скучная попытка урбанистического чего бы то ни было (создатели хотят называть это кинематографом, но делать это совершенно не обязательно), но в целом довольно похвальная попытка DIY-кино на материалах, доступных на расстоянии вытянутой руки.

Совсем уж провальными на фоне соседних картин выглядят работы Александра Шкрабака (“Последний посетитель”) и Маргариты Курбановой (“Легкое дыхание”). Первое – натужный оммаж “Бердмену” Алехандро Гонсалеса Иньяритту с плохими актерами и чудовищным жизнеутверждающим финалом; второе – необязательная экранизация одноименного рассказа Бунина, в котором есть все признаки вторичного девичьего стерильного кино обо всем и ни о чем одновременно.

Кадр из фильма "Легкое дыхание"
Фото: Wiz-Art
Кадр из фильма "Легкое дыхание"

В украинском молодом кино уже есть образовавшиеся жемчужины, но объявлять их пророками “новой волны” еще рано. Мы и сами злоупотребляли такими формулировками, но факт остается фактом: режиссеры остались, а волна, как надежда на свежую кинематографию, захлебнулась, не успев докатиться до берега.

Виной этому было не столько тщеславие режиссеров, сколько систематические проблемы в украинском кино как индустрии (она то работает, то нет – и никакой стабильности на этот счет не предвидится в ближайшее время). Чтобы выудить из короткометражного океана пару свежих рыб для полного метра, нужно снимать в три раза больше, чем сейчас. Впрочем, не факт, что стоит это делать искусственно – оптика короткометражек отлична от полного метра и молодые режиссеры могут оказаться попросту неготовыми к большим форматам (впрочем, судя по нацконкурсу ОМКФ, взрослые режиссеры тоже к ним не всегда готовы).

Дарія БадьйорДарія Бадьйор, Журналістка, критикиня
Читайте головні новини LB.ua в соціальних мережах Facebook, Twitter і Telegram