ГлавнаяБлогиБлог Дмитра Булатова

5 лет Майдану: воспоминания полевого командира

Прошло уже 5 лет со времени Революции Достоинства. Новые лица и события заполонили повестку дня. Но мы не можем, не имеем права забывать о событии, во многом определившем судьбу всей нашей страны. Не можем и не должны забывать о людях, которые стояли плечом к плечу за общие убеждения. И я хочу напомнить украинцам о тех событиях, передав историю полевого командира Майдана Олега Вербило.

Фото: EPA/UPG

Янукович должен уйти

Олег был на Евромайдане с самого начала и до конца: он возводил первую баррикаду, он же руководил укладкой брусчатки на место. Вообще попал туда с другого майдана, который стоял за Юлию Тимошенко возле Печерского суда. Как признается Олег, общий дух народного протеста был близок ему: или сейчас раскачаем ситуацию, или останемся в болоте. Янукович должен был уйти.

Потом была первая попытка «Беркута» зачистить Майдан — 25 ноября. Стало понятно, что просто так никто власть не оставит. Впрочем, Олег был к этому готов — пути назад уже не было. Рядом было много людей — и те, кого Олег позвал охранять сцену, и представители партий «Батькивщина», «Свобода» и «Удар», народные депутаты Виталий Ярема, Сергей Пашинский, активисты Валерий Поцелуйко, Зорян Шкиряк, Юрий Соболта...

Потом, 29 ноября, партия «Батькивщина» поставила Олегу задачу перевезти их сцену и аппаратуру на «студенческий майдан». Он договаривался со студентами, которые изначально не принимали представителей партий, ведь организовывали свой протест без политики. Требования молодежи озвучивал Егор Соболев и парень, отвечавший за провиант майдана. Всю ночь Олег и его люди на машинах ездили в супермаркеты и покупали все по списку: продукты, карематы… Договоренность была достигнута, и утром, 30 ноября, вместе с нардепами Арсеном Аваковым, Людмилой Денисовой, Олегом Медуницей повезли аппаратуру и сцену.

Тогда казалось, что все идет по плану. Но ночью 30 ноября начался тот самый жестокий штурм — озверевший «Беркут» зачищал центр Киева. Сам Олег говорит о тех событиях коротко: «Бойня. Это была бойня». И с этим определением сложно спорить.

1 декабря Украина встала. (От автора: Даже сейчас, описывая те события, я чувствую душевный подъем. Мы — люди, с нами ТАК нельзя. Никому и никогда нельзя. Майдан — это был всплеск национальной гордости и самосознания. И тому, кто спустя пять лет будет говорить, что в основе были деньги, в аду давно уж уготован отдельный котел).

Противостояние нарастало. Олег и его люди охраняли аппаратуру, потом вывезли ее в парк Шевченко, откуда уже на следующий день, 2 декабря, двинется самая масштабная колонна на Майдан. Олег был в первых рядах этой колонны — аппаратура двигалась в центр города.

Время давать отпор

На Михайловской площади, куда оттеснили студентов, из уст Андрея Парубия прозвучали и первые призывы к организованному объединению, к формированию самообороны. Олег был первым, кто сдвигал лавки возле Дома Профсоюзов, организовывал баррикаду. Потом, кстати, она получила название третьей баррикады и охраняла ее Третья сотня Евромайдана.

Олег всегда был в самой гуще событий. Не пропустили полицейские машину с дровами на Майдан? Он провезет. Начинаются беспорядки? Угомонит. Чего-то не хватает? Решит вопрос. Его люди постоянно были на баррикадах, дежурили по ночам плечом к плечу с сотником 8 сотни Олегом Михнюком, нардепами Андреем Тягнибоком, Валерием Дубилем, Лилией Гриневич и многими другими. Там не смотрели на чины и звания, там все были равны, объединены общей идеей.

Майдан расширялся до Урядового квартала. Уже 11 декабря «Беркут» попытался штурмовать новые рубежи. Это была первая проверка на прочность для сотен Самообороны Майдана. «Беркут» пытался оттеснить людей к Дому Профсоюзов, но там получили отпор и вынуждены были отступить. Для Олега это была памятная картина: «Со сцены призывали людей мобилизоваться, поскольку начинался штурм. И отовсюду шли люди с фонариками, просто отовсюду. Таксисты бесплатно подвозили людей на Майдан. И тогда был душевный подъем, мы чувствовали, что победим».

Было ли ему страшно? Говорит, что нет — бояться было некогда. Без всякого пафоса признается: вопрос стоял, либо мы их, либо они нас. Страх был лишним.

Первые смерти на Майдане

В январе ситуация обострилась. 19 января «Беркут» применил взрывпакеты и резиновые пули, активисту Валентину Волынцу попали в шею. А 22 января Майдан потрясли первые смерти — Нигоян, Жизневский, Сеник. Это был настоящий шок. С Сергеем Нигояном Олег пару раз общался на Майдане, даже этого короткого времени хватило, чтобы запомнить его искренним и открытым человеком. Кровопролитие сплотило Майдан — эти смерти не должны были стать напрасными.

Олег вспоминает, что жизнь Майдана была волнообразной: то было ощущение нехватки времени, то ощущение, что ситуацию искусственно затягивают, чтобы «заморозить». Первые погибшие встряхнули людей, напряжение снова возросло. Янукович предложил Яценюку возглавить правительство, позже, 28 января, Азаров пошел в отставку, что автоматически повлекло за собой расформирование Кабмина. Но внутри у людей уже кипело, уже были жертвы, — этого было не достаточно. Янукович должен был уйти.

Новый штурм

Еще одно воспоминание, впечатанное на подкорку полевого командира, — штурм 18 февраля. В этот день в Верховной Раде собирались голосовать за возврат конституции 2004 года. До этого числа должны были быть выполнены требования власти: освободить КГГА и сделать проезд на Грушевского. В ночь на 18 февраля Юрий Соболта, Степан Кубив, Олег Вербило, Михаил Ноняк проводили переговоры с митингующими, чтобы выполнить это требование. Было решено освободить КГГА, а на баррикаде сделать ворота и укрепить ее. Работа велась всю ночь, к утру все было готово. Люди собрались в колонну, чтобы идти на Грушевского: мы выполнили требования власти, теперь — ваша очередь. Но вместо мирной акции снова началась бойня. Примерно в два часа дня «Беркут» начал зачистку, людей гнали до Кловского спуска. Часам к 5 вечера правительственный квартал и Европейская площадь были зачищены.

Депутат Пашинский отправил Олега и его людей на Майдан, чтобы понимать, что там происходит. Олег вспоминает, что успел зайти в Дом Профсоюзов, как тут звонок — возвращайся. Он вышел и увидел, как людей гонят в ров возле Жовтневого палаца. Люди давятся в узком проходе через баррикаду, падают, их топчут — это было страшное зрелище. В этот момент, признается, проскакивали мысли, что протест могут забить. Нужно было думать, как выходить. В потоке он забежал в отель «Украина» — здание уже окружали. На Олеге был шарф самообороны Майдана и красная кепка. Он снял это все, вышел и пошел в сторону «Беркута». Задача была — попасть на Майдан. И Олег сыграл: «Давайте, пацаны, держитесь!» — «беркутовцы» пропустили.

До самого утра Олег дежурил возле сцены. Людей на Майдане было немного, все ждали утра. 19 февраля стало еще хуже — много жертв, напряжение росло. 21 февраля расстрелы продолжились, а в ночь на 22 февраля Янукович покинул Киев, уехав в Харьков. Ситуация на Майдане была траурная: раненые, «скорые», погибшие... Эти дни слились в один черный сплошной день, Олег признается, что даже толком ничего не запомнил.

Потом были переговоры оппозиции и Януковича, удовлетворение основных требований митингующих, Янукович бежал, Кабмин распущен. Да, уже начинался Крым, но это еще не ослабляло душевный подъем и ощущение нашей общей победы.

Брусчатка от Порошенко

Пришло время потихоньку разбирать Майдан. Палатки нужнее были на полигонах и на фронте. Уже стояли первые столы записи в Нацгвардию. А как разбирать? Многие люди из-за Майдана лишились работы, им банально нечего больше делать. Именно Олег предложил руководителям КГГА нанять этих людей на работу: убирать Майдан и платить им зарплату. Он же собрал людей: каменщиков, строителей — и предложил класть брусчатку. И под это дело убирать баррикады. Олег же устанавливал памятный знак Михаилу Жизневскому на месте одной из баррикад.

Рассказывает, как с ним связались из фонда Марины Порошенко, сказали, что готовы оплатить восстановление брусчатки, нужны расчеты. Этот фонд полностью все профинансировал: и материалы, и зарплаты.

Сейчас, спустя пять лет, Олег уверен: все было не зря. Отмотай время назад — делал бы то же самое.

Дмитро Булатов Дмитро Булатов , Екс-міністр спорту
Читайте главные новости LB.ua в социальных сетях Facebook и Twitter