ГлавнаяКультура

Сергей Шнуров: "Я глубоко убежден, что в телевизоре нормальных людей нет"

Сергей Шнуров, или просто Шнур, – один из самых заметных и интересных персонажей постсоветской рок-сцены. В 1998-м он породил группу «Ленинград», хлопцы которой вначале толком-то и играть не умели, а через десяток лет он же ее и прикончил… Причем сей акт свершился на волне воистину народного успеха коллектива. Теперь Сергей занят новым прожектом – «Рублем», и нынче «рубит» музыку намного жестче, нежели в «Ленинграде». Впрочем, в ее основе все те же правдиво-матерные тексты – фирменная визитка Шнура, которого уже давно сравнивают с фигурой калибра Владимира Высоцкого. Да-да, и маты здесь ни при чем. Потому как в его повседневной искренности нет фальши, а текстовые диагнозы точны до неприличия. Такие люди рождаются нечасто. Не даром же Шнуров так хочет научить своего сына науке, которой не учат ни в одном университете и которой, к сожалению, владеют немногие – быть честным перед собой.

Cергей Неретин , Автор программы «Кіно.UA»
Сергей Шнуров: "Я глубоко убежден, что в телевизоре нормальных людей нет"

Вы часто бываете в Украине?
Раз в год… Иногда – два раза. В общем – не так уж часто.

Ощущаете, что здесь несколько иная публика?
Да, это чувствуется… А как вы хотели – у вас же другая страна.

Многие видные россияне утверждают, что не чувствуют в людях разницы. Поэтому я и спрашиваю.
Тысячу лет назад мы были в Донецке (имеется в виду бывший коллектив Сергея Шнурова, «Ленинград» – «Левый берег»), так вот там я конкретно почувствовал разницу. Вот и киевская публика совершенно иная – не такая, как в Москве или Питере. Хотя, честно говоря, я бухаю в любом городе… Так что, увы, не помню в полной мере своих ощущений от разных городов. Вот сегодня (интервью писалось в день концерта – «Левый берег») я первый раз прогулялся по вашему стольному граду в трезвом состоянии… и мне понравилось.

Это правда, что перед тем, как начать эстрадную карьеру, вы придумали себе такой имидж – «бухающей звезды», а уже потом эта маска приросла к вам?
(Шнур немного задумывается) Не совсем… Все-таки пить я начал раньше, чем писать музыку. А дальше уже сложилось то, что вы видите.

Одна из песен вашего нового проекта «Рубль» называется «Ничего нового» – она о современном мире. Вы действительно не ощущаете ничего нового во времени, в котором находитесь?
Абсолютно.

Но должен же присутствовать какой-то интерес к жизни?
Да, я нахожу его в том, что занимаюсь собой. При этом я стараюсь не е…ть никому мозги.

Как именно вы занимаетесь собой?
Например, учусь играть на гитаре, стараюсь с каждым днем делать это все лучше и лучше. Также я сочиняю песни, для меня не характерные. То есть не такие, которые льются из меня… Я стараюсь настраивать себя на новые жанры. Фактически я себя переделываю. И, поверьте, мне это жутко интересно. Вот «Ленинград» играл в стиле, похожем на ska-панк – что-то среднее между блатняком, шансоном и собственно панком. А «Рубль» шпарит почти традиционный рокешник – хард-энд-хэви.

А как же известное изречение о смерти рок-н-ролла?
Я вообще люблю быть не таким как все. Когда все ненавидели блатняк – я его играл. Когда все говорили, что русский рэп – говно, я стал первым его делать. Сейчас говорят, что рок-н-ролл мертв – ну, вот и я здесь... (Шнур начинает смеяться) Я люблю такие вещи. И я согласен с тем, что рок умер… Это замечательно. Посмотрим, смогу ли я вернуть его к жизни.

Я знаю, что вы специально затевали этот проект для корпоративных гулянок. Вам уже много денег удалось «заколбасить» с помощью «Рубля»?
Мне хватает… Много – это сколько? Вот сколько для тебя много?

У меня есть разные потребности – стратегические и ежедневные. Последние небольшие, а первые предполагают разные суммы.
Вот и я не могу сказать, сколько для меня «много». (Шнур закуривает, хитро улыбаясь)

Значит, проехали вопрос… На какую аудиторию нацелены песни «Рубля»?
На тех, кто в школе слушал Led Zeppelin, Deep Purple, ну, и на тех, кто вырос на этой музыке.

Экономический кризис не сильно повлиял на концерты новосозданной группы?
«Рубль» появился в канун кризиса – так совпало. У нас все в порядке, как видите, – выступаем потихоньку в разных городах и странах. О нас мало пишут, нас мало показывают, но сарафанное радио действует отлично – еще немного, и все будут нас слушать.

Ну, а в случае неудачи проекта вы можете вплотную заняться написанием музыки для кино. Тем более что у вас это неплохо получается. (Шнур написал музыку к ряду российских фильмов – «День выборов», «Игры мотыльков», «Бумер» – «Левый берег»).
Увы, я нечасто сочиняю музычку для фильмов. В основном это происходит по просьбе друзей. Делаю это скорее ради интереса и чтобы не потерять форму.

Пишите чаще, потому что музыку из «Бумера» до сих пор можно услышать по радио и с мобильных телефонов. Это притом, что сам фильм увидел свет шесть лет назад. 
У меня сложное отношение к этой картине. Ее долго снимали, и, мне кажется, она может быстро устареть, потому как не «Бриллиантовая рука». Время покажет, станет ли «Бумер» великим фильмом или же его запишут в однодневки. Но то, что это кино попало в определенный нерв нескольких поколений, – неоспоримый факт.

Что, по-вашему, пришло на смену бандитским поколениям 90-х? С чем у вас ассоциируется первое десятилетие нового века?
Герой нашего времени – это чиновник. И очень актуальным сегодняшним чтением является «Ревизор» Николая Васильевича Гоголя. Эта книга сейчас должна быть настольной. Наши подростки спят и видят себя бюрократами.

Кстати, ранее вы постоянно высказывались против общества потребителей. Кризис сумел его разрушить?
Вы же ходите в магазины? Что вы там видите?

По-моему – картина не сильно изменилась.
Ну вот... Мы же (имеется в виду коллектив Шнура – «Левый берег») не стали сеять и пахать. Вы тоже, грубо говоря, занимаетесь х…ей – берете интервью у меня. Ну и какое общество потребления, позвольте спросить, мы разрушили? Вы точно так же, как и раньше, тешите этих обывателей за их же деньги.

Но вы-то тоже их тешите, и точно так же зарабатываете, как и я.
Я их не зарабатываю – я их ворую… У случайных прохожих. (Шнур немножко издевательски смеется)

Ну, тогда выходит, что мы все – общество воров… 
…Стоп! Вы их зарабатываете своим трудом, а я нет. Я ж не работаю – у меня даже трудовой книжки нет.

Так заведите.
А зачем?.. Вот видите, мы с вами из разных обществ.

Мне кажется, это уже вопрос философский… И все же, я попытаюсь снова вас спросить – что может прийти на смену обществу потребления, которое возникло у нас буквально в последние десять лет?
Если серьезно, то все эти легенды об обществе потребления… (Шнур немного задумывается) Вот вы живете в Киеве, я – в Санкт-Петербурге. Мне достаточно отъехать 50 км от города – и где это общество? Сплошь покошенные избушки да бабки с картошкой… Где этот бум? Это все миф! Разве что в нескольких точках около 5% населения коснулся этот потребительский бум. А все остальные очарованы – просто сидят и смотрят на него издали.

При этом в телевизоре этот миф старательно культивируется.
Но это же выбор тех, кто смотрит ящик. Это же сугубо демократическая вещь – можно включать его, а можно и не включать. Никто тебе насильно мозги не е…т – ты сам себе е…шь мозги, нажимая кнопку.

Кстати, вас на ТВ, если не ошибаюсь, не шибко пускают… Но вы и не шибко расстраиваетесь по этому поводу.
Не шибко… Ну и что?.. Я глубоко убежден – в телевизоре нормальных людей нет. Ты попадаешь в ящик и сразу становишься еб…ком. Там – это не я.

Вы слышали о том, что в нашей стране запретили дома хранить порнографию?.. 
Да, это катастрофа. А что ж теперь с живыми голыми бабами делать? Это ж тоже порнография! Короче, это сверхглупое решение.

Я вообще-то хотел о другом спросить – в вашем государстве часто принимают подобные необдуманные законы?
Да это не только в России… Это везде. Почему вдруг в европейских барах стало нельзя курить? Они, видите ли, таким образом борются с курением… Идиотизм! И подобных маразматических решений миллион по всему миру.

Почему россияне все время пьют? Вы для себя нашли какое-то логическое объяснение этому факту?
Нашел, конечно. От безысходности. Оттого, что сложно передать тобою сделанное твоим потомкам. Подписанный в 1917 году Декрет о земле до сих пор не исполняется. Земля не принадлежит крестьянам – от этого все наши беды.

Я вряд ли ошибусь, когда скажу, что вам хоть раз, но приходилось пить в кругу власть имущих. Какие они вблизи? Вряд ли они с вами-то, да еще подвыпивши, продолжают «думать о народе»…
Да, приходилось. Я не могу сказать, что они так сильно думают, но задумываются… Я знаю одно – в Кремле глупых людей нет. Но хороший и неглупый или порядочный и неглупый – это не всегда одно и то же.

А вам лично хотелось бы, чтобы государственные умы как-то все таки влияли на ситуацию с тотальным пьянством в сторону его уменьшения?
Понимаете, в чем дело… Никто ж в глотку насильно не вливает – народ сам таков.

Но кто-то же создал и продолжает создавать ситуацию, при которой народ выбирает пьянство как защитную реакцию от многочисленных потрясений. Ведь по-другому не получается существовать.
Не могу сказать, что по-другому нельзя. Можно. Но это личный выбор каждого человека. Если мы все-таки христиане, то выбор всегда остается за личностью, а не за государством. И умирать ты будешь один! И никакой Путин или Распутин тебе в этом не поможет. Ты один! Точка.

Вы следите за политикой?
В последнее время не очень. Я отключил Интернет, не смотрю телевизор, и в моей жизни, как ни странно, ничего не изменилось.

Вы считаете себя свободным человеком? И что для вас свобода?
Есть свобода, а есть предопределение. Я свободен в рамках... Если не ошибаюсь, еще Монтейн сказал: ваша свобода махать руками заканчивается там, где начинается мой нос. Ну, вот как-то так.

Cергей Неретин , Автор программы «Кіно.UA»