ГлавнаяОбществоЖизнь

Истина веры

Петр Чаадаев холодно доживал свою жизнь. Современная ему Россия разрушила его надежды, опровергла дорогие ему мысли. Очень похож финал Гоголя, чьи упования на грядущее также провалились в исторической реальности. Позднее незаметно ушел в мир иной Михаил Булгаков, прежде понадеявшийся на чудо, на веру в спокойную речь Иешуа о грядущем царстве справедливости.

Знаю, мы все были как долина сухих костей в сне библейского Иезекииля. Возвращаясь к нерасчлененному крику по ту сторону слов, мы можем искать утешение только в вере. Но и она – призрак. Сатана знает о совершенстве Бога, но знает и другое: поединок их вечен. В диалоге верующего с Господом мир объективного не существует. Вера не только предшествует разуму, она является по сути единственным объектом его деятельности.

Именно поэтому Фома Аквинский говорил о «двойном порядке вещей». Основываясь на своем далеком предшественнике Аристотеле, он разделял человека и гражданина, которые не всегда совпадают в своем качестве. Homo fidelis, человек верующий не обязан беспрекословному послушанию гражданским властям, он обязан рассматривать свои действия в свете знания, которое он имеет от Бога или действовать в соответствии с разумом. Фома Аквинский признавал свободу воли и устанавливал примат разума над волей: разум собственными силами может выбрать благо.

Удивительно, но именно там, в зоне, 45 лет тому назад я прочитал эти и другие слова Фомы. В каком-то советском журнале, где поднаторевшие в этом особенном жанре уклонения от цензуры авторы среди обязательного цитирования «классиков марксизма-ленинизма» давали возможность пытливому читателю узнать сокровенное. Помню свое состояние: лагерный холодный вечер, тусклое освещение в коридоре барака, я наслаждаюсь настоящей, пережившей века Мудростью. Мне было очень больно, и я задавал себе вопрос: «Зачем я здесь, что я здесь делаю, почему меня лишают молодости, за что? Ведь всё мудрое уже давно сказано, почему вместо вечных слов Фомы Аквината меня годами вынуждали читать какой-то бред под названием научный коммунизм?»

Горькая, страшная Россия. О которой когда-то искренний русофил Константин Леонтьев в мучительном прозрении сказал: «Предназначение России окончить историю, погубив человечество».

В давние времена жестокого царя, митрополит московский Филипп открыто осуждал казни, насилие и мучительство, производимые Иоанном Грозным. В те времена никто иной не решился поднять голос в защиту невинных, мучимых им людей. Однажды в церкви после литургии, когда царь подошел к митрополиту получать благословение, Филипп сказал: «Мы здесь приносим бескровную жертву, а ты проливаешь христианскую кровь твоих верных подданных. Доколе в русской земле будет господствовать беззаконие? У всех народов, и у татар, и у язычников есть закон и правда, только на Руси их нет. Во всем свете есть защита от злых и милосердие, только на Руси не милуют невинных и праведных людей. Опомнись: хотя Бог и возвысил тебя в этом мире, но и ты смертный человек!»

Горькая правда: всякая власть действительно исходит от народа, но при этом уже никогда к нему не возвращается. Сегодня стремящаяся вернуться в Украину российская власть затеяла войну. Несколько дней тому назад мои знакомые похоронили сына, погибшего там, на войне. Единственного сына. Романтически настроенного молодого человека, искавшего границу разделения добра и зла в романах Достоевского. Он вырос в семье христиан и сам был верующим. Местный священник категорически отказался отпевать его. Родителям сказал откровенно: «Ваш сын не с той стороны воевал».

Догадываюсь, это установка нынешнего первосвященника России и его синода. Страшная установка. Между митрополитом Филиппом и патриархом Кириллом – пропасть. Между Иоанном Грозным и Владимиром Путиным – только лишь временнАя дистанция. Ясно помню, как ленинградский священник отказал в молитве маме моего друга Валерия Марченко, умиравшего тогда в беспамятстве в состоянии уремии в зэковской больнице. «Вы плохо воспитали своего сына!» Всё продолжается…

У прекрасного российского писателя Салтыкова-Щедрина есть удивительная сказка. Сюжет ее прост: совесть, изгнанная из мира человеческих душ, в образе негодной ветошки мытарствует по всем социальным кругам российского общества, каждый из которых символизирует тот или иной порок. Но ни в одном из них она так и не находит себе пристанище.

Мы, к великому сожалению, также часть России. Так случилось. Отделившись от нее, мы постепенно от нее удаляемся. Это правда. И это – утешение. Но мы обязаны помнить и другое, записанное, кстати, в нашей Конституции. В диалоге Всевышнего и верующего в него человека нет места царю, президенту и прячущемуся за ними Сатане. Такова истина Веры.

Семен Глузман Семен Глузман , диссидент, психиатр
Читайте главные новости LB.ua в социальных сетях Facebook и Twitter