ГлавнаяКультура

Записки режиссера. И никакой политики

Приключился тут со мной недавно забавный казус. Решили мы с подругой в канун нашего любимого праздника, Дня святого Валентина, выпить по стаканчику винца на свежем воздухе. Помечтать, так сказать, о вечном. Сказано – сделано! Купили бутылочку, разместились в Центральном парке на скамейке, с видом на Днепр.

Анатолий Борсюк Анатолий Борсюк , режиссер, тележурналист
Записки режиссера. И никакой политики

И тут… Оба-на! Бутылку-то открыть нечем! Штопора-то нет!.. Вот беда… И так и эдак, а пробка все никак, ни туда, ни сюда! Как они раньше бутылки открывали, пока штопор не придумали, ума не приложу. Может, горлышки сургучом запечатывали, не знаю. Или так отбивали. Хорошо, добрый человек в парке нашелся, имел перочинный ножик со штопором. Им и открыли. Втроем и выпили… Оно, конечно, не очень помешало, но осадок, как говориться, остался.

Вернулся со свидания, сами понимаете, не солоно хлебавши, не поленился, заглянул в книжки. И что же оказалось? Штопор, друзья мои, изобрел не физик, не математик и не механик, а настоятель лондонской церкви Сент-Мэри-ле-Боу преподобный Самюэл Хемшалл! Священник описал свое изобретение одному кузнецу из Бирмингема, который тогда работал вместе с Джеймсом Уаттом над паровым двигателем, и тот взялся за изготовление этой замечательной вещицы. После многократных и успешных испытаний преподобный Самюэл Хемшалл в 1795 году, в эти дни, ровно 215 лет назад, и запатентовал свой первый в мире штопор. Вот вам и святой отец! Браво, служитель культа! Выручил!..

Одно обидно, того же Уатта с его вонючей паровой машиной знают все, а благодетеля человечества Хемшалла – практически никто. А ведь за свое великое изобретение он достоин как минимум Нобелевской премии. Ну и что с того, что давно умер? Уж если Обаме дали премию наперед, то дайте тогда Хемшаллу задним числом!

Да я просто вижу преподобного Самюэла, с его штопором, на Нобелевском банкете в Голубом зале Стокгольмской ратуши. Я, кстати, бывал там, правда, в обычный день. Должен сказать, ничего особенного. Огромное, пустое, прямоугольное пространство из серого холодного камня. Не впечатляет. Это вам не венецианский Дворец Дожей и не французский Версаль. Это даже не наш Мариинский дворец. Но когда там собираются 1 300–1 400 человек гостей во фраках и вечерних платьях, играет музыка, а зал украшают 23 тыс. цветов, присылаемых специально из Сан-Ремо, то это, я вам доложу, зрелище!..

Ровно в 19 часов почетные гости во главе с королем и королевой спускаются по лестнице в Голубой зал, где уже сидят все приглашенные. Шведский король ведет под руку Нобелевскую лауреатку, а если таковой не окажется – жену Нобелевского лауреата по физике. Первым произносится тост за Его Величество, вторым – в память Альфреда Нобеля.

В 22:15, ни минутой раньше и ни минутой позже, шведский король подает знак к началу танцев в Золотом зале ратуши. И ровно в 1:30 гости покидают зал и расходятся.

И вот тут-то начинается самое интересное! Усталые, но счастливые, седовласые и важные нобелевские лауреаты разъезжаются по своим шикарным гостиницам, чтобы в теплом, уютном номере, в узком кругу ближайших друзей и родственников выпить за свой фантастический успех по стаканчику дорогущего хереса, виски или портвейна.

И тут… Внимание!.. Оба-на! Херес-то, он есть, но бутылку-то, оказывается, открыть нечем! Штопора-то нет! Конфуз! Кошмар! Как же быть?.. Старикашки в шоке! Испорчен праздник…

А у Самюэла Хемшалла – штопор есть! И у нас он теперь есть! Так давайте мы все, как один, в этот радостный день поднимем бокалы за старину Самюэла и за святого Валентина – людей, хоть иногда избавляющих нас от этой кошмарной политики! За благодарную память. И за любовь! Вот это важно! Ведь, казалось бы – штопор – мелочь, пустяковина, а как может свидание испортить!..

Анатолий Борсюк Анатолий Борсюк , режиссер, тележурналист