О рейтингах в высшем образовании

Если верить многочисленным изыскателям давнего времени, то, вне зависимости от идеологической и мировоззренческой направленности, все они сходятся во мнении, что Киевскую Русь и ее северные владения населял гордый народ, вполне осознающий свою способность к активному существованию в том мире. Продукция нив и лесов, недр и ремесел пользовалась большим успехом везде – на юге, на западе, на востоке, само государство пользовалось достаточно большим авторитетом среди иных европейских государств.

В эпоху великих географических открытий Россия занимала вполне достойное место. В то время, как испанские конкистадоры, голландские и английские бандиты и пираты уничтожали коренное население великого континента, Хабаров, Атласов и множество других открывателей мирно присоединяли Сибирь и Дальний Восток.

Католическая Европа называла Россию варварской страной, а ее население – варварами исключительно на религиозной почве. Точно так же русские называли всех европейцев столь же пренебрежительно – немцами. Это практически не мешало дипломатическим отношениям при достаточно достойной «подаче» российских послов.

Не отставала Россия и в военной технике – на «их» мушкеты имелись свои пищали…

Пожалуй, первым русским царем, пожелавшим поучиться у Европы и перенять ее стиль жизни всенепременнейше и безотлагательно, на протяжении одной жизни, был Петр I. Фактически университетами его были посещения Немецкой слободы, действия Софьи и боярства, борющегося против Нарышкиных – рода матери, малая осведомленность о делах в России, создавшие непреодолимый комплекс неполноценности, с которым он и боролся всю свою взрослую жизнь за счет народа. Возможно, он избавился от своего комплекса, но основательно привил его своей новой аристократии; от этого комплекса аристократия, а затем и разночинная интеллигенция не избавились никогда.

После переворота 1917 года власть была захвачена люмпен-интеллигенцией с образованием уровня церковно-приходской школы, но с успехом рушившей все достижения «консервативной» культуры. Именно тогда Лениным был провозглашен лозунг: «Догнать и перегнать (ДиП)». Правда, странно сейчас это воспринимать. Как, разрушая достижения прежнего режима, догонять страны, идущие по пути таких же достижений? Разве что «срезать углы», пока судьи не видят? Ведь догнать и перегнать можно только, если убегающий и догоняющий движутся по одной дороге!

Но лозунг прозвучал, и гонка началась. Так и гнались все 70 с лишним лет. Только в образовании такой гонки не было, поскольку вовремя спохватились, не до конца внедрив шкрабовскую практику (шкраб – школьный работник сиречь учитель) в среднее и высшее образование. Удалось сохранить некоторое количество учителей, чаще всего выпускниц гимназий, которые не участвовали в реформистской вакханалии средней школы, а отсиживались дома; теперь они стали востребованными. Осталась некоторая часть профессуры, передавшая дореволюционную методологию высшего образования, так что в образовании догоняли не Запад, а себя прежних. Таким образом, высшее университетское образование к шестидесятым годам сквозь кулаки, крики и зубы Западом признавалось передовым.

В частности, следствием этого послужило и признание организаторов советского высшего образования. В августе 1975 г. Рэм Викторович Хохлов (ректор МГУ с 1973 по 1977 годы) был избран вице-президентом Международной ассоциации университетов (МАУ) (данные Википедии). Тогда же был опубликован первый рейтинг университетов, в котором МГУ им. М.В.Ломоносова занял первую строчку. Довольно много украинских университетов попало в этот перечень.

Романтический период в международных отношениях образованцев…Еще свежи в памяти успехи советской космонавтики, советская теоретическая наука идет вне конкуренции, с индексами цитирования у профессуры МГУ все в порядке, студенты занимают ведущие места на международных олимпиадах, самым популярным словом в мире является слово «разрядка». Но, как и всегда, после романтики приходит «отрезвление» и наступает прагматика…

По прошествии времени рейтинги стали достаточно хорошим средством рекламирования, а, следовательно, получения прибыли, поэтому в МАУ власть захватили представители иных взглядов на образование, изменили критерии сравнения, и теперь в первую двадцатку рейтинга входят те университеты, представители которых руководят МАУ, возможно, по уровню влияния, возможно, по иным параметрам. Примерно к началу восьмидесятых годов советские ректоры «охладели» к работе в МАУ, и в рейтингах советские университеты если и упоминались, то где-то на последних местах. Возникает вопрос, как за 7…8 лет университет может «скатиться» с первого на примерно двухсотое место в рейтинге? И это в стабильной обстановке, когда никаких революций не происходило, уровень образования не снизился, приоритетность финансирования сохранялась…

Теперь уже и в высшем образовании началась своя гонка с преследованием, превратившаяся в погоню за оценками студентов, за качеством успеваемости, как-то даже дошло до того, что один из транспортных институтов Украины удосужился отчитаться о 95-процентном качестве при 100-процентной успеваемости. Партийные органы этот «опыт» распространили на весь Советский Союз. Помню гомерический хохот на заседании кафедры сопротивления материалов одного из сибирских политехнических институтов, когда мы это узнали. Правда, хохотали недолго, получили хорошую «трепку» на заседании парткома…

Когда постсоветские неофиты в капиталистическом мире широкими от восторга глазами увидели американский «рай», там быстро сообразили, как «стричь» этих новеньких. В каждом университете США открыли «ларьки» по продаже свидетельств о признании человеком дня, недели, месяца, года… Цены умеренные, зато какой почет! Приезжает человек из закордонной командировки, привозит документ о признании его человеком года в университете Таунсити. Редкий украинский ректор не воспользовался.

Вот и рейтинг top-500 этой же цели служит. Но уж так мы устроены, хочется протопать в какой-нибудь топ, чтобы потом в беседе с соседом мимоходом заявить: «А Вы знаете, мы ведь тоже в топе, топаем, знаете ли!».

В связи с этим вспоминается один случай с ученой американской делегацией в педагогический вуз. Один из старичков, видимо, посчитавший, что в педагогическом вузе не преподают технических дисциплин, заявил, что работал в крупном американском университете профессором сопротивления материалов. Автора статьи, профессионала именно в этой области, тут же подмыло спросить: «А какую модель Вы избирали при выводе формулы нормального напряжения – плоскую или пространственную?». Профессор немного подумал (хорошая реакция!) и сообщил, что он еще был профессором по электросварке.

Из приведенных случаев можно сделать 2 вывода:

1. Все имеет свою цену в денежном эквиваленте;

2. Квалификация украинского профессора пока недостаточно высока для попадания в топ, нужно немного подождать и заставить его интенсивнее «слизывать» учебники из интернета и выдавать за свои.

А пока пусть лучше ТОПает малыш. Помните песенку?

Константин Пахотин Константин Пахотин , Стратегические модели в высшем образовании
Читайте главные новости LB.ua в социальных сетях Facebook и Twitter