ГлавнаяОбществоВойна

Неля Штепа: "Я вышила на лифчике имя и дату рождения — чтобы опознали тело, если меня выбросят куда-то мертвой"

Спустя полтора года после череды захвата городов на востоке Украины по сепаратизму и терроризму судами вынесено всего 18 приговоров, при этом 17 из 18 обвиняемых освобождены от наказания. За государственную измену и посягательство на территориальную целостность страны осуждено 4 человека.

Среди осуждённых нет ни одного начальника городской милиции или его зама, сдававших без боя боевикам горотделы милиции и оружейные комнаты, нет руководителей городских отделов СБУ или прокуратуры. Но главное – нет мэров Донбасса, помогавших организовывать референдум псевдореспублик, а до этого подогревавших народ на пророссийских митингах и антимайданах.

Погуглив в интернете, можно найти десятки неприкрыто сепаратистских выступлений городских голов в Донецкой и Луганской областях. Но, со слов нынешнего главы Донецкой ОВГА Павла Жебривского, эти факты после проверки силовиками не проходят аутентификацию. Простыми словами, не являются подлинными и не могут считаться доказательством при возбуждении уголовных дел Генеральной прокуратурой и СБУ.

Десятки дел по сепаратизму, открытые в первые месяцы после освобождения городов, рассыпались в судах «из-за отсутствия доказательной базы».

Единственным представителем местной власти, которого сегодня пытаются привлечь к ответственности, является экс-мэр Славянска Неля Штепа.

Фото: Предоставлено Евгением Плинским

Ее выступления на митингах с благодарностями в адрес Путина видели, наверное, все. Сегодня Неля Штепа находится Харьковском СИЗО. Прокуратура обвиняет ее в терроризме и посягательстве на территориальную целостность Украины. Пожалуй, это самые серьезные статьи в Уголовном кодексе, по которым Штепа может получить вплоть до пожизненного заключения.

А в ее родном Славянске на выборах мэра победил глава местной организации «Оппозиционного блока» Вадим Лях, размещавший на своих агитках слова «Любить Славянск, как Неля»…

Когда я добивался интервью с Нелей Штепой, то прежде всего хотел поговорить с ней о мотивах ее прошлогодних поступков, узнать, рассчитывала ли она и ее коллеги-мэры на крымский сценарий в Донбассе. Спросить, не жалеет ли о содеянном.

Идя по коридорам СИЗО на отведенную Харьковским судом 2-х часовую беседу с Нелей Штепой, я размышлял о том, как доверять словам человека, сдавшего свой город боевикам. Да и что, кроме оправданий своим прошлогодним «перлам», может сказать «славянская императрица», так радовавшаяся приходу кровавой «русской весны» в Украину?

Чтобы представить себе руководителя любого донбасского городка эпохи Януковича, нужно понять механизм назначения градоначальника и алгоритм существования городов Донбасса.

Человек, претендующий на должность городского головы, должен был обладать набором следующих качеств:

  1. Обязательно состоять в Партии Регионов.

  2. Быть в хороших отношениях с депутатом ВР, представляющим этот город или регион и местной бизнес-элитой уровня, к примеру, братьев Клюевых.

  3. Быть вхожим к местным «смотрящим» и знать кому, сколько и за что нужно «заносить».

  4. Быть готовым поддержать деньгами и админресурсом любые инициативы из центра, будь-то поддержка кандидата на парламентских выборах или сбора людей на антимайдан, организации митинга шахтеров в Киеве или забастовки металлургов.

  5. Обладать определенной суммой средств (и быть готовым ею поделиться) для подтверждения серьезности своих намерений работать в команде серьезных людей.

  6. Быть вхожим в кабинет губернатора Донецкой области.

Фото: twitter.com/ostro_v

Будь человек хоть трижды лучшим хозяйственником, без соблюдения этого «лицензионного соглашения» его контракт могли прервать и в течении месяца не просто снять с должности и поставить крест на карьере чиновника, но и при желании упрятать за решетку лет на 8. Именно столько получил мэр города Красноармейска Андрея Ляшенко, осужденный в 2013 году за взятку. Поговаривают, что он не угодил вышестоящему руководству.

Зато играя по правилам вертикали Януковича, мэры могли хорошо жить сами и получать хорошие дотации для своего города. Именно поэтому Неля Штепа в 2012 году получила из центра архиважное задание: провести в парламент от Славянска, единственного отпрыска тогдашнего премьер-министра Николая Азарова. До этого указания о существовании такого человека, как Алексей Николаевич Азаров, в Славянске никто не знал. Но подконтрольная Штепе газета стала ежедневно выходить с хвалебными одами и «ленинским жизненным путем» сына Азарова. В парках устанавливались лавочки, в подъездах менялись лампочки, гремели концерты, пенсионеры получали разнообразную помощь, а сама Штепа сыпала перлами: «Такой депутат это как выигрыш в лотерею», «голожопенки здесь не пройдут».

Мэр Славянска справилась с задачей на «ура» и Азаров взял 76% поддержки. В благодарность за это город получил реконструкцию вокзала и, естественно, дотации из бюджета. Что получила лично Штепа – остается тайной.

Во время Майдана на востоке страны мэры собирали митинги в поддержку ПР и действующего президента, рассказывали жителям истории о бесчинствах «Правого сектора», снимали с работы коммунальщиков, отправляя их на антимайдан в столицу, и снаряжали поезда с шахтерами в Мариинский парк. Они не могли по-другому, они играли по тем правилам, по которым их назначили.

Но «Батя» бежал, а маховик продолжал раскручиваться. Одну из решающих ролей сыграл губернатор Донецкой области Андрей Шишацкий. Он взял контроль над мэрами на себя и направил их в нужное для России тогда русло, а именно – разжигания внутреннего конфликта. В конце февраля – начале марте 2014 года была неофициальная встреча мэров городов с руководством области.

- На этой встрече были губернатор Андрей Шишацкий, все мэры городов, начальник донецкой милиции Роман Романов, областной прокурор, – вспоминает Штепа. – Шишацкий заявил, что к нам в область сейчас будет лезть «Правый сектор», женщин насиловать, детей убивать. Собирайте, дескать, охотников, создавайте самообороны своих городов и надо их всех отстреливать. Это лично из уст Шишацкого звучало. Встал Геннадий Костюков (на тот момент мэр Краматорска) и спрашивает: «Вы понимаете, что вы говорите, зачем вы это нам говорите? Что мы можем делать?»

Рядом с Шишацким сидел начальник милиции. Он сказал: «Выполните и мне доложите».

Фото: Предоставлено Евгением Плинским

На этой встрече были абсолютно все мэры городов области и все приняли это как указание. Мы вышли, я спрашиваю у коллег: что это было? Мариупольский мэр Юрий Хотлубей сказал тогда, что это какой-то идиотизм, чего они втягивают нас в эти дела. Этим должны СБУ, МВД заниматься, чего они на нас хотят это скинуть?

Мэры многих городов распоряжение Шишацкого выполнили и, как потом выяснилось, именно члены сколоченных местных «самооборон» первыми и начали силовые действия в родных городах. А захваченное в городских отделах милиции и СБУ оружие стало первым вооружением боевиков, благодаря которому они и отбивали атаки украинских добровольцев и военных.

Штепа утверждает, что произошедший 12 апреля захват городского отдела милиции совсем не был неожиданностью для силовиков, а события начали разворачиваться еще в 20-х числах марта, когда на территории православного центра на окраине Славянска появились «подозрительные люди», о чем ей сообщили жители города:

Я вызвала начальника милиции, прокуратуры, СБУ и попросила разобраться в этом вопросе, это было 20-25 марта. Силовики мне ответили, что там проходят спортивные соревнования по дзюдо, организатором которых является отец Виталий. Я позвонила ему и он мне подтвердил, что его брат там организовал спортивную секцию. После этого шум и возня в центре прекратились и все как-то забыли об этом.

А что происходило в городе 12 апреля, в день захвата здания милиции?

Около 7 утра мне перезвонил Павел Хайло, заведующий травматологии больницы Славянска, и говорит, что возле православного центра собралось около 100 вооруженных людей и двигаются в сторону центра. Я сразу же набрала заместителя начальника милиции Владимира Белянина, который меня уверял, что он в курсе, он ждет этих ребят, это свои. Я спокойно поехала в Святогорск.

Фото: podrobnosti.ua

Вы говорите что уехали из города, но потом вернулись. Почему?

В 8.30 я выехала в Святогорск, а когда подъезжала, мне перезвонил губернатор Сергей Тарута и говорит: «Неля, у вас захват здания, 278 заложников, вы можете поехать выяснить, что там происходит?» Конечно, мне надо было ответить, что я не могу, что у меня нет транспорта или еще что-то. Вот тогда бы я посмотрела, кто бы за это все отвечал…

Я приехала где-то в 9.30 к зданию милиции. А мне уже наяривают. Пашинский, Пожидаев, Тарута - никто не додумался приехать. Штепа, женщина, едь, разберись с военными.

Я перезвонила Пашинскому и Пожидаеву, сказала, что меня внутрь не пускают. Тогда они попросили вызвать ко мне начальника милиции. Захватчики привели Володю Белянина. Я его спрашиваю: «У вас есть заложники?» «Да, 278 человек», - отвечает он.

После этого Белянин минут 20 говорил по моему телефону с Пожидаевым, Тарутой, Пашинским, а потом сказал мне: «Они просят, чтобы ты провела с ними переговоры по поводу освобождения заложников». Я спрашиваю у Белянина: «А ты не можешь с ними поговорить?» Он говорит: «Нет». Я беру трубку телефона, и Тарута на том конце просит: «Неля, делай все, чтобы не пролилась кровь. Самое главное, чтобы отпустили людей, там много женщин. В общем, крутись-вертись как хочешь, говори, что они хотят, но чтобы людей отпустили!».

После этого, со слов Штепы, и состоялось ее знаменитое выступление в день захвата Славянска 12 апреля.

– Я всячески выкручивалась, говорила, все выполним, все, что вы хотите, любые условия мы выполним. Мне сказали: дайте интервью, я и дала, – утверждает сегодня она.

Но были и другие ваши выступления, к примеру, 9 мая и интервью «Лайф Ньюс» в кабинете.

Я была в плену и мне Пономарев (самопровозглашенный мэр Славянска – авт.) показывал бумагу, что меня должны расстрелять, а дома была невестка с внуками. У них в квартире были автоматчики. Невестка ко мне приходила и мы вместе сидели и учили текст того, что мне нужно было говорить на камеру. Ко мне утром привозили мою парикмахершу, она делала мне прическу, и меня выводили к телекамерам.

Я умоляла детей уехать, и когда они уехали, больше интервью не давала.

Почему Стрелков оставил вас после своего бегства, а не забрал с собой?

Был у них такой Константин с позывным Большой. Так вот, дня за 4 до их ухода он стал часто находиться возле меня. Я его спросила: «Чего ты все ходишь возле меня? Он ответил: «Гиркин приказал, если будет захват, чтобы я тебя расстрелял». Я знаю, что с Большим кто-то встречался из моих знакомых, и ему заплатили 5 тысяч долларов за то, чтобы меня оставили живой. Но я на всякий случай выцарапала у себя на ноге имя Неля Штепа и вышила на лифчике имя и дату рождения — чтобы опознали тело, если меня выбросят куда-то мертвой.

Если вы выполняли поручения руководства области и страны, почему 15 апреля против вас завели уголовное дело за сепаратизм?

Меня набрал Пашинский и говорит: «Я хочу, чтобы вы поговорили с Наливайченко». Я позвонила ему, и Наливайченко сказал: «Неля Игоревна, это дело завели на вас по просьбе сепаратистов». Я вам клянусь, что так и сказал! «На вас завели дело, чтобы успокоить вас, вы боевикам сильно мешаете».

А как вас арестовали?

Меня не арестовали. Я приехала сама в СБУ Харькова, чтобы дать показания. Меня никто не хотел слушать. Я набрала начальника СБУ Донецкой области Александра Спасителя. Он говорит: «Слушай, лучше спрячься, потому что тут ищут, на кого бы это все повесть, тебя сделают виноватой». Затем я набрала Игоря Рыбальченко, на тот момент начальника милиции Славянска. Говорю: «Игорь, я хочу дать показания. Сейчас и твоих ребят будут обвинять, это все идет из Киева». В ответ услышала: «Я знаю, но вас сейчас сделают виноватой».

Фото: Предоставлено Евгением Плинским

В итоге с начала они дали мне ст. 110 часть 1 УК Украины. Это условно. Я спрашиваю: «А можно мне поговорить кое с кем?». Они через полчаса приносят часть 2 этой же статьи. И говорят: «Если вы успокаиваетесь, одумываетесь, мы даем вам 4 года условно и вы уходите домой». А я спрашиваю: «А что дальше? Никто не будет отвечать за то, что произошло в Славянске».

Следователи мне через три часа приносит 110 часть 3. Это до 15 лет.

Суд в два часа ночи. Никто меня не слушал. Сепаратистка и все. Судья мне говорит: «А что вы хотите? Чтобы я вас выпустила, а меня завтра расстреляли? Вы что, дурочка?».

А что с остальными участниками тех событий?

Пожидаев еще долго после этого работал начальником донецкой милиции, потом уволился. Он не осужден, ни один милиционер не осужден ни из Славянска, ни из Артемовска.

Начальник милиции Славянска Володя Белянин, который должен был быть свидетелем на судебном заседании, не появился, его пропустили в Крым, и он сейчас там живет. И все так уехали, все до единого, никто ни за что не отвечает.

Так кто все-таки, по-вашему, должен отвечать за сдачу городов?

Милиция, СБУ, прокуратура. Те, кто сдали. Я передала в СБУ папку с документами о том, кто причастен ко всем этим событиям.

И что в этих документах?

Если они ее не уничтожили еще, вы у них спросите, кто там фигурирует.

Перед тем, как ехать в СБУ, копию этих документов я передала своему заму Владимиру Кульматицкому. В феврале 2015 года он и его водитель были убиты.

А как же мэры других городов? Многие из них вели себя так же, как и вы, выступали на митингах, поддерживали боевиков, выполняли, как вы говорите, указания из Киева. Как считаете, почему вы здесь, а они на своих местах и против них нет уголовных дел?

Мы хозяйственники. Наша задача, чтобы трубы не текли и чтобы зарплаты бюджетникам платили. Вы почитайте обязанности мэра и тогда поймете. Все тогда были в одинаковых условиях, сначала всех напугал Шишацкий, а потом мы все выполняли указания из Киева, но никто толком не понимал, что делать, никаких четких указаний не было.

Потом всех просто вызывали на «ковер» в СБУ и говорили: «Давай, будь тише воды, ниже травы и будет все нормально. На «ковре» у СБУ были все. Я знаю точно, и Хотлубей, и Перебийнос, все. А со мной не договорились.

Фото: focus.ua/Константин Буновский

Читайте главные новости LB.ua в социальных сетях Facebook и Twitter