ГлавнаяОбществоНаука

Деньгами не поможешь

В марте 2006 года авторитетный научный журнал Nature (Великобритания) посвятил редакционную статью украинской Академии наук. Обычно сдержанное издание отозвалось о ведомстве довольно резко: «Левиафан воинственной старости» (a leviathan of militant senility). Отчасти такое определение можно распространить на всю украинскую науку.

Деньгами не поможешь

Почти во всех научных учреждениях проблема с молодыми кадрами стоит очень остро. Молодежь все чаще предпочитает зарабатывать деньги и делать карьеру за рубежом. А их старшие коллеги остаются и воюют за увеличение бюджетного финансирования и редкие гранты.

Один из молодых ученых Юрий Якушко окончил Киевский национальный университет имени Тараса Шевченко и теперь живет в Германии. «Я – аспирант (PhD student). Вот и все мои регалии. Студенческий билет, который одновременно и проездной. Мою стипендию называть не буду… Но, конечно, я могу на нее снять маленькую «студенческую» квартирку, купить поесть и одежду. И даже раз в год слетать в Киев. На стипендию в Киеве можно было жить где-то недельку», – рассказывает Юрий Якушко. Таких, как он, – тысячи. США, Британия, Франция, Германия и другие страны мира готовы платить адекватные деньги талантам со всего мира. Но не Украина.

Фото: www.segodnya.ua

Бедные люди

Сейчас украинская наука финансируется в основном из бюджета. Часть денег идет в НАН Украины, часть – научным учреждениям министерств и ведомств и еще часть – на научную деятельность обычных университетов в системе Министерства образования и науки. Также существуют частные научные центры и международные исследовательские структуры.

В 2010 году из государственной казны на поддержку науки выделят 4,657 млрд. грн или 0,43% ВВП, по подсчетам председателя комитета Верховной Рады по вопросам науки и образования Владимира Полохало. «В процентах от ВВП это самый низкий показатель в нашей стране за последнее десятилетие и самый низкий показатель среди всех европейских стран. В прошлом кризисном году на науку пошло 0,49% ВВП. А закон говорит, что надо платить не менее 1,7% ВВП», – объясняет г-н Полохало. По его словам, в странах ЕС наука финансируется на уровне 2,5% ВВП, а в Японии и Южной Корее расходы на науку составляют даже более 3,5%.

Но и эти крохи будут потрачены неэффективно. Как рассказал «Левому берегу» сотрудник одного из НИИ, многие научные учреждения только имитируют бурную деятельность и взамен получают финансирование из бюджета. Более-менее сносно живут те из них, которые получают гранты от зарубежных фондов или работают с бизнесом. Правда, сам бизнес пока не сильно заинтересован в ученых. «По нашим подсчетам, только 8% владельцев промышленных предприятий пытаются внедрять новшества, а остальные просто лоббируют свои интересы через депутатов и чиновников. В итоге у нас развивается сырьевая отсталая экономика», – сетует Владимир Полохало.

Фото: www.rudenko.kiev.ua

Низкий уровень финансирования этой сферы отражается и на зарплатах научных работников. По словам директора Института экономики и прогнозирования НАН Украины, члена совета Нацбанка Валерия Гееца, в стране есть несколько сотен ученых, зарабатывающих прилично. У остальных зарплаты небольшие и зависят от уровня самого учреждения. За одну и ту же работу специалисту могут предложить и 4 тыс. грн, и 8 тыс. грн. в месяц. Причем самые высокие ставки, говорят ученые, в системе НАН Украины.

Молодому человеку, который еще не сделал себе имя, сложно найти хорошую зарплату. Младший научный сотрудник может рассчитывать разве что на 1,3–1,7 тыс. грн в месяц. Тогда как европейские университеты предлагают за такую же работу гораздо больше – порядка 10 тыс. грн. Неудивительно, что легкие на подъем молодые ученые спешат за границу.

Экспериментаторы

Новая власть хочет переломить эту ситуацию. На прошлой неделе на заседании президиума НАН Украины премьер-министр Николай Азаров выступил с неожиданной инициативой. Он предложил выделять средства на тему, а уже ее руководитель будет сам решать, кому и какую платить зарплату. Якобы так руководитель сможет удержать по-настоящему хороших специалистов, предложив им конкурентную зарплату.

Как позже пояснил вице-премьер Владимир Семиноженко, на базе НАН Украины будет реализован пилотный проект по внедрению гибкой системы начислений и выплаты заработной платы молодым ученым. «Пока что (это будет осуществлено – «Левый берег») на базе Национальной академии наук – чтобы в течение определенного периода времени посмотреть, как работает эта система, и перенести ее на все другие учреждения», – сказал он журналистам в пятницу.

В пресс-службе НАН Украины говорят, что окончательное решение по этому вопросу еще не принято. А сами академики относятся к нему по-разному. Тот же Валерий Геец в целом предложение одобрил. А директор Института демографии и социальных исследований НАН Украины Элла Либанова особой пользы от такого новшества не видит. «И при существующей системе я могу мотивировать хорошего сотрудника деньгами», – поясняет она. В любом случае, гибкая система оплаты труда облегчит жизнь бухгалтерам научных учреждений.

Что касается желания Владимира Полохало насытить науку бюджетными деньгами, то и тут существуют разные мнения. «Одно только увеличение финансирования ничего не даст. Нужны серьезные реформы. Например, можно было бы упростить правила инвестирования для тех компаний, которые рядом со своим заводом в Украине будут готовы построить и конструкторское бюро. Которое, к тому же, будет выпускать товары уже европейского уровня», – предлагает заместитель директора Института экономики Министерства экономики Украины, кандидат экономических наук Марина Шаповалова. Молодые ученые думают точно так же. «Деньгами нашу науку не спасти», – заключает Юрий Якушко.

За рубежом

В развитых странах не только высокие зарплаты, но и другая система работы и финансирования научных исследований. Младший научный сотрудник (Junior Researcher) Олена Бойцун проводила экономические исследования в Оксфордском университете в 2006–2007 годах, а также стажировалась в Фонде Альфреда Топфера в Гамбурге (занимаются культурными и образовательными программами). О своей учебе она даже написала книгу «В Оксфорде».

Фото: handbook.oxfordisc.com

«Я была там в Центре по исследованию России и Евразии, это, с одной стороны, научно-исследовательский центр с множеством научных сотрудников, но, с другой стороны, – с преподаванием по специальности Master of Science in East European Studies, то есть преподавание и научная деятельность тесно связаны. Любой исследователь, который занимается любым вопросом, обязательно выступает с результатами своих исследований на научных семинарах, которые организовываются, как правило, раз в неделю в течение всего семестра, вход для желающих свободный», – рассказывает г-жа Бойцун.

Также научный работник может выступать экспертом в других научных проектах и получать дополнительный доход. Такая кооперация очень приветствуется. В конце года выпускается отчет, в котором каждый член колледжа или центра описывает свою деятельность за год – публикации, участие в конференциях, дополнительные проекты и прочее.

Немецкое научно-исследовательское общество (DFG) работает с вузами и выдает индивидуальные гранты молодым ученым. Хотя университеты могут получать деньги из бюджета, из фондов и от третьих лиц. «В 2006 году я стажировалась в Фонде Альфреда Топфера в Гамбурге. Для того чтобы определить стратегию действий Фонда, было заказано исследование в Университете Регенсбурга», – рассказывает Олена Бойцун. Ученые в Регенсбурге работали над стратегией более полугода. Кроме того, Фонд сформировал научный совет из экспертов из других университетов. Таким образом, он научным путем определил приоритетные направления своей работы.

Андрій Яніцький Андрій Яніцький , редактор економічного відділу LB.ua
Читайте главные новости LB.ua в социальных сетях Facebook и Twitter