ГлавнаяОбществоЗдоровье

Глеб Загорий: "Нужно ввести временный мораторий на рекламу лекарств - на два-три года"

Едва ли не самой большой неожиданностью в списке потенциальных кандидатов в Кабмин от БПП стало номинирование на должность главы Минэкологии нардепа, совладельца фармкомпании “Дарница” Глеба Загория. В Минздрав - никто б не удивился, хотя скандал бы разразился знатный: нардепа и так регулярно обвиняют в попытках влиять на госполитику в сфере регулирования рынка лекарственных препаратов. Но Министерство экологии? LB.ua решил задать сакраментальный вопрос “зачем?” Загорию лично.

Став парламентарием 8-го созыва (52-ой номер в списке БПП, между прочим), Загорий также отгородился от здравоохранения и прибился к своему другу Александру Третьякову, работая в комитете ВР по делам ветеранов, участников боевых действий, АТО и людей с инвалидностью. В интервью LB.ua он объясняет причины формального дистанцирования от медицины неделанием навлечь беду на родную “Дарницу”, спровоцировав конфликт интересов. Вместе с тем, даже не являясь частью профильного комитета, Глеб Загорий - в соавторстве с другими нардепами - подает законопроекты, касающиеся оборота лекарственных средств. Да, и в целом - как показало наше интервью - на тему здравоохранения говорит наиболее увлеченно и намного охотнее, чем о своем возможном приходе в Минэко.

Так или иначе, Загорий - из числа тех молодых политиков, с которыми вам, наши дорогие читатели, явно следует познакомиться ближе. На перспективу. И для лучшего понимания "подковерных" процессов во власти.

Фото: Макс Требухов

“Я - универсальный управленец”

Как вышло, что вы стали одним из главных кандидатов от БПП на пост главы Министерства экологии?

Когда министр Игорь Шевченко покинул свой пост, Премьер официально обратился к руководителям фракций парламента с просьбой закрыть вакансию, так как правительство должно работать в полном составе. Коллеги по фракции, зная мой управленческий опыт, предложили мою кандидатуру.

Кто вас номинировал?

Формально - фракция. Но если говорить корректно, это не номинирование. Просто в ведомость вписаны фамилии кандидатов, под которыми оставили свои подписи депутаты фракции.

И кто инициировал внесение вас в список?

Представители нашей группы - Александр Бакуменко и Александр Третьяков.

Что сами об этом думаете? Вас прочили в руководители Минздрава, и вдруг - экология?

Приход в политику для меня связан с определенными внутренними, ценностными мотивациями....

Про ваш приход в политику мы еще поговорим. Давайте конкретно по Минэко - какая мотивация? Хоть тушкой, хоть чучелом, лишь бы в Кабмин?

Вот так бы я точно не ставил вопрос.

Сначала разъясню по поводу Минздрава. Я никогда не планировал его возглавлять. Если кто-то меня туда прочил, то это - “без меня меня женили”. Вы знаете, что у нас есть семейный фармацевтический бизнес. У “Дарницы” есть своя программа развития, связанная не только с внутренним рынком, но и с надеждой выхода на внешний - если будут выполнены необходимые законодательные условия. И если я, заинтересованная персона, приду в Министерство здравоохранения и этим создам конфликт интересов, то обрублю для нашего бизнеса все возможности развития. Никогда в жизни я бы так не поступил, не поставил бы под удар бизнес – «третьего ребенка» в семье и в восприятии моего отца.

Хорошо, так в Министерство экологии вы хотите?

Здесь нет слова “хочу”. Скорее нужно говорить о том, готов ли. Я - человек с опытом управления производственными активами, с соответствующей психологией созидания.

Хотя, опять же, нужно разделять, готов ли бы я был войти в правительство в сентябре, когда уволился Шевченко и зашла речь о моей кандидатуре и готов ли я сейчас. Тогда это было работающее, технократичное правительство с вотумом доверия. С той командой я готов был работать.

А сейчас (интервью записывалось еще до событий вокруг несостоявшейся отставки Арсения Яценюка, - ред.)?

Во-первых, я не присутствовал на том заседании фракции, когда меня якобы выдвигали.

Почему "якобы"?

Формально это не было выдвижением.

Хорошо, это не было выдвижение, просто назвали фамилии. Вы не знали, что среди них будет ваша?

Не знал, не был к этому готов.

Что ж за бардак у вас во фракции?

Я думаю, что это не про бардак. Я думаю, что было озвучено то, что обсуждалось еще в сентябре, и по поводу чего я, откровенно говоря, уже успел перегореть.

Фото: Макс Требухов

Кроме того, не обсуждались принципы формирования Кабмина.

Где сейчас эта ведомость с подписями, вы ее вообще видели?

Видел, могу сказать, что за меня были собраны 72 подписи. Подозреваю, что документ передали руководству фракции или, скорее даже, в секретариат фракции.

Вернемся к главному вопросу. Вы готовы сейчас - не в сентябре - конкурировать за должность министра экологии?

Конкурировать - это хорошо, мне это нравится, как выходцу из бизнеса. Но я пока не понимаю, по каким принципам будет работать правительство. Премьер заявил, что принципы будут другими. Когда будут оглашены все принципы - можно будет оценить…

То есть, ваш ответ на предыдущий вопрос - “не знаю”?

Ответ: я всегда готов конкурировать. Если буду разделять принципы работы Кабмина.

Отлично, и как вы оцениваете вероятность своего попадания в это кресло?

Будет внутрифракционное обсуждение, некое формальное выдвижение или номинирование. До этого еще нужно дойти. Кроме того, должны быть предложения и от других фракций. И тогда уже премьер-министр будет рассматривать кандидатуры. На мой взгляд, он должен выбирать людей, которые близки ему по взглядам.

Вы ему близки по взглядам?

Сложно сказать. Рискну предположить, что - как парламентария - он меня никак не оценивает. Знает ли премьер меня по бизнесу? Да, знает. Оценивает ли положительно? Наверное, все-таки положительно.

Фото: Макс Требухов

А вы его положительно оцениваете, как премьер-министра?

Я могу сказать, что те принципы, которые он декларировал и сегодня декларирует…

Послушайте, он уже почти два года в должности. Ответьте просто: он эффективный премьер-министр или неэффективный премьер-министр?

Он дал технократам возможность работать и не лезет в их работу. Я это приветствую. Дал ли бы я ему возможность работать дальше? Да, дал бы.

Вы как-то готовитесь к тому, что, возможно, займете кресло министра экологии, у вас есть программа, люди, готовые стать вашей командой?

Не хочу бежать впереди паровоза.

Вы говорите о своей незаангажированости, как претендента на кресло министра экологии, но не боитесь ли вы, что эта незаангажированность одновременно является вашей некомпетентностью?

Такие люди, как я - универсальные управленцы. Вне зависимости от сектора. У меня огромный опыт управления многочисленным коллективом, и очень успешный. Сегодня «Дарница», предприятие, которое я возглавлял долгое время, держится в четверке ведущих отечественных фармпроизводителей.

“Квиташвили был чужаком”

Как вам кандидатура Гончаренко в руководители Минздрава?

Без понятия. Он, вроде, врач по первому образованию?

Разве этого достаточно?

Наоборот, я не сторонник того, чтобы врач был министром здравоохранения. Есть ли у Гончаренко персональная позиция для того, чтобы стать министром? Готов предположить, что есть.

Квиташвили вы считаете эффективным министром?

Я не готов оценивать его персонально. Он являлся и до сих пор является носителем изменений. По крайней мере, декларирует это. Действительно, в Грузии эти изменения были проведены? Простите, не люблю слово "реформа".

Так вот, в Грузии изменения были проведены, но тут несколько моментов. Во-первых, Квиташвили не был идеологом этих изменений, он был всего лишь членом команды, которая их проводила.

Во-вторых, все-таки у нас другой масштаб системы здравоохранения по всем показателям - количеству пациентов, койкоместам. И в Грузии система здравоохранения была разрушена, ее не нужно было доламывать, нужно было только привнести новое.

В-третьих, в Грузии работали хорошие консультанты, в том числе американские.

И, главное, каков результат реформы? Для того, чтобы оценить, надо, чтобы прошло 10-12 лет, чтобы "комиссия уехала и штукартурка отвалилась". Так вот, то, что сегодня можно наблюдать в Грузии, не приемлемо для Украины. В основе их реформы лежала идентификация медицинской услуги. Они получили кратковременный рост качества услуги. А потом началась игра с наполнением этого пакета (бесплатных медицинских услуг - ред.). И вот они - не знаю уже который раз - меняют то, что входит в пакет, себестоимость медуслуги высока, а качество, мягко говоря, оставляет желать лучшего. Разрыв должен сокращаться за счет эффективной работы страховых компаний. Но эффективная работа страховых компаний есть в странах, где в экономике есть во что вкладывать деньги. В Грузии вкладывать, скажем прямо, не во что.

Думаете, Квиташвили сможет провести аналогичную реформу в Украине?

Пока не смог. Но нет, наверное, смысла его в этом укорять, как человека в Украине нового.

Новые люди, которые пришли в наше технократическое правительство (пока оно все еще таковым является) из бизнеса или из других стран, не были знакомы с работой нашего госаппарата. Не знали структуру власти. Им пришлось знакомиться с ним, у кого-то это получилось быстрее, у кого-то медленнее, у кого-то была команда, у кого-то нет… Так вот, Квиташвили был чужаком. Он пришел в нашу систему здравоохранения, ничего о ней не зная.

Перед этим он работал в Украине в экспертной группе по реформированию системы здравоохранения.

Он был всего лишь членом экспертной группы, которая выдала какой-то материал с сумасшедшим опозданием, уже когда Квиташвили стал министром.

То есть, нужно понимать, что у него не было плана действий. Вот его взяли и поместили в другую среду, незнакомую для него. И он потерялся, любой бы на его месте потерялся, наверное. А дальше произошло элементарное - начался саботаж системы.

Фото: Макс Требухов

Я скажу курьезную вещь. Когда в октябре прошлого года мы пригласили Квиташвили на фракцию, оказалось, что он вообще до этого момента не знал, что центром законодательной инициативы являются еще и народные депутаты. Он думал, что проекты законов он должен подавать через структуру Кабмина! Это по прошествии девяти месяцев работы!

Он таки подал пакет своих законопроектов через Кабмин.

Да, но если мы говорим о комплексной реформе - это семь-восемь законопроектов, нужно ввести понятие медуслуги, как-то его наполнить, принять новый закон о средствах медицинского назначения, о лекарствах и так далее. Можно в 90% сделать кальку с директив ЕС, но это нужно сделать. У нас же сделано совсем мало.

Кстати, можно и Богомолец упрекнуть в том, что сделано так мало. Не поругать, не обвинить, а именно упрекнуть. Согласно Регламенту, профильный комитет имеет контролирующую функцию.

Богомолец неоднократно заявляла, что с таким министром невозможно работать. А министр - что невозможно работать с таким комитетом.

Со стороны комитета это - умышленная изоляция.

Почему вы не вошли в комитет по здравоохранению?

Я готов выступать экспертом и инвестировать свое время в обсуждение проблематики, например, здравоохранения или обращения лекарств. Но политику комитета ВР по вопросам здравоохранения я в корне не разделяю.

Политику? А она у него есть?

В том-то и дело, что нет. Ни задекларированной, ни в действиях. За полтора года можно было сделать гораздо больше.

Это понятно, но почему вы изначально не вошли в комитет, с вашим опытом, действительно для него ценным?

По тем же причинам, что я не иду в Минздрав. Не хотел и не хочу принести вред “Дарнице”, создавая конфликт интересов.

Фото: Макс Требухов

Однако, при этом вы все равно является соавторам в законопроектах, регулирующих сферу обращения лекарственных средств.

Подача мною каких-либо законопроектов в сфере здравоохранения или сфере обращения лекарств 100% приведет к очередной волне публикаций против меня на сайтах, которые характеризуют как «сливные бачки». Будут писать, что я - между строчками или абзацами - хочу сделать хорошо только себе и своему предприятию.

Так о вас и так все это пишут, чего было все ж не пойти в профильный комитет?

Так писали бы еще больше! И точно связали это с лоббизмом интересов “Дарницы”.

“От работы Павленко “Дарница” получила одни хлопоты”

Вернемся к вашему появлению в политике. Как вы стали 52 номером в списке БПП? Это - очень высокая позиция, даже как для друга Александра Третьякова.

С Александром Третьяковым мы знакомы, но он был удивлен, когда узнал.

Он узнал на сьезде БПП?

Да.

А вы?

За день до.

Списки на съезд принесли из приемной Петра Алексеевича. Из чего мы делаем вывод, что вас за день до этого уведомили с Банковой.

Может, не за день, а за 15 минут - в преддверии, назовем это так.

Первое слово, знаете ли, дороже второго… Ладно, исходя из того, что списки формировались при личном участии Порошенко, как вам удалось стать 52-ым номером?

Я не думаю, что это странно. За мной стоит большая компания, опыт, коллектив более 1000 человек.

Фото: Макс Требухов

По нашей информации, существует фонд, из которого доплачиваются зарплаты министрам-реформаторам и их замам. Правда ли, что вы, среди прочих, являетесь донором этого фонда?

Это неправда. Более того, зная лично членов правительства, по крайней мере, некоторых, которые относятся к технократам - Андрей Пивоварский, тот же Айварас. Не поверю, чтобы они взяли деньги.

То есть, вам скинуться на зарплату министру здравоохранения и его замам никто не предлагал?

Я не верю, что замам Квиташвили платят дополнительные зарплаты в конвертах. Ведь тогда и Квиташвили должен быть внутри этой системы. Не верю. Прямой ответ на вопрос, плачу ли я: нет, не плачу. Это противоречило бы моей мотивации.

Вам приписывают назначение на должность первого замминистра здравоохранения Александры Павленко. И вы, и она публично уже неоднократно от этого открещивались, однако…

Я уже неоднократно отвечал, что, да, я знаю Павленко. Что как руководитель компании сотрудничал с юридической компанией, к которой она имела непосредственное отношение. Собственно говоря, мы работали даже не с ней лично, а с адвокатами из ее компании, которые занимались юридическими консультациями «Дарницы». Последний раз мы работали с Павленко в 2012 году.

Вы не видите ее в парламенте?

Она, кстати, не очень часто туда ходит, как и остальные руководители Минздрава.

У меня нет с ней личных отношений - ни хороших, ни плохих. А “Дарница” от работы команды Квиташвили и Павленко получила только дополнительные проблемы.

Почему?

От такі ми безталанні - так я отвечу.

Вы - это кто?

Это - цитата. Например, год не работал регуляторный орган - Гослекслужба. Единственный полномочный государственный орган, который занимается сферой обращения лекарств - их качеством, доступностью - не работал.

Фото: Макс Требухов

Еще есть Государственый экспертный центр, который занимается регистрацией препаратов и клиническими исследованиями и который чуть не возглавил ваш человек.

Нет, это совершенно другое. И по поводу Ивана (Иван Бавыкин - экс-помощник Загория, который в августе 2015 победил в конкурсе на главу ГЭЦ, но так и не воглавил центр - Ред.) я уже отвечал - знаком, был инициатором привлечения Ивана в качестве консультанта и помощника народного депутата. Я привлекал его для подготовки законопроекта о средствах медицинского назначения. Потому что он в этом эксперт. Когда закончилась его работа над этим проектом - закончился и его статус помощника депутата. То, что он участвовал в конкурсе на главу ДЭЦ - это была его личная инициатива.

Но вы за него болели?

Я думаю, что он был бы не идеальным руководителем центра. Готов предположить, что Талаева (Татьяна Талаева возглавила ДЭЦ по результатам второго конкурса - Ред.) более профессиональна.

Про мышей и людей

Вас обвиняют в том, что вы лоббируете запрет лекарственных средств, якобы с целью личного обогащения. Как вы считаете, в Украине возможен вообще такой запрет, можем ли мы прийти к тому, чтобы по телевизору не рекламировали плацебо от гриппа?

Если мне не изменяет память, такую трактовку внесла в коалиционное соглашение фракция “Самопомощь”. Я не имел отношения к подготовке соглашения, и считаю, что оно должно выглядеть по-другому.

И как бы вы поменяли пункт коалиционного соглашения, который касается запрета рекламы лекарственных средств?

Наверное, о полном запрете рекламы лекарств говорить не стоит. Это чувствительный вопрос, особенно для тех, у кого эта реклама составляет статью доходов - мы говорим о телеканалах в данном случае. Я являюсь сторонником более мягкого подхода.

По моему мнению, нужно ввести временный мораторий на рекламу лекарств - на два-три года. Во-первых, стоимость рекламы напрямую закладывается в стоимость лекарства. А на 89% лекарства, которые находятся на рынке в обращении, финансируются из кармана потребителя, еще 11% - это государственные закупки. Сегодня совсем не то время, когда нужно выжимать последнее из кармана потребителя. А лекарства - это не товар выбора, их купят в любом случае. Так что нужно морально к этому относиться. Я знаю случаи, когда 40% стоимости аптечного лекарства составляет стоимость рекламы.

Фото: Макс Требухов

Во-вторых, лекарство - это не продукт питания. Почти все лекарства в передозировке - яды, вплоть до того, что могут привести к летальному исходу. Потому не надо исключать врача из цепочки пациент-аптека, нужно отходить от самолечения. Человек с симптоматикой должен обратиться к врачу, получить диагноз, рецепт и только потом идти в аптеку.

Есть ли у вас бизнесовая, родственная, приятельская, любого рода связь с председателем Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации Валентиной Матвиенко?

Валентина Ивановна Матвиенко была сокурсницей моей матери в Ленинградском химико-технологическом институте.

И с тех пор не общаются?

Может, с мамой они и общались потом, не знаю, я - точно нет.

Вы с ней не знакомы?

Знаком, но не общаюсь и не общался.

Традиционно считается, что Википедия - плохой источник информации. Но мы решили все же ее просматривать, так как пришли к заключению, что публичные люди часто используют Википедию для трансляции миру каких-то сигналов о себе. И вот в статье о вас есть пассаж относительно вашего театрального меценатства. Оказывается, вы системно поддерживаете компанию “Бенюк и Хостикоев” и даже сами принимали участие в постановке “Про мышей и людей”, которая потом получила Национальную премию им. Шевченко. Скажите, какую роль вы играли?

Это была реплика на “Мышей и людей”. Я был соавтором, сценаристом «Мышей и людей». Принимал участие, наверное, во всем. В силу того, что привык к ответственности. Но на сцену не выходил, конечно.

Интересно, как это выглядело. Вы, грубо говоря, даете им деньги и считаете, что на основании этого можете участвовать в творческом процессе?

Нет, это не так. Мне это интересно с точки зрения понимания системы и природы человеческой. Было интересно получить разрешение поучаствовать в разработке сценария.

Вам не кажется странным давать деньги за такое разрешение?

Нет. Это, как раз, меценатство. Не просто помощь тем, кто нуждается.

Фото: Макс Требухов

Ты помогаешь тем, кто хочет что-то делать, и чью точку зрения разделяешь.

Сейчас окажется, что вы имеете влияние на "Свободу" через Бенюка.

А мне это приписывали еще когда я в бизнесе был. Писали, что я даю “Свободе” столько денег, что Бенюк стал вторым номером в списке.

Как вы считаете, в Украине, учитывая нынешние экономические, политические, общественно-политические реалии, должен быть институт лоббизма? Что нужно для того, чтобы все эти решалы, смотрящие превратились в институт лоббизма?

Как минимум, создать общественное мнение, что лоббизм необходим, что это нормальная гигиеническая практика. И лоббизм - это законодательная сфера. Потому должен быть один закон или свод законов, регламентирующих работу института лоббизма. Если бы это уже было, многие из вопросов, которые сегодня обсуждаются, были бы сняты. И многие ситуации вообще бы не возникли.