ГлавнаяМир

​Двойное дно «Южного потока»

Информация о хищениях при строительстве российского нефтепровода «Восточная Сибирь – Тихий океан» изменяет материал для анализа действий, предпринимаемых руководством Украины по остановке реализации проекта «Южный поток».

​Двойное дно «Южного потока»

Один из самых важных (и одновременно — один из наименее обсуждаемых) результатов пребывания у власти Виктора Ющенко и Юлии Тимошенко — это строительство Россией двух новых газопроводов в Западную Европу: «Северного потока» и «Южного потока». Проблема в том, что если оба этих газопровода будут построены, политическое значение газотранспортной системы Украины будет сведено к нулю.

Поэтому, естественно, нынешние руководители Украины прилагают все возможные усилия для того, чтобы убедить россиян не строить, по крайней мере, «Южный поток».

Причём надо понимать, что у Украины нет никаких средств действенного влияния на россиян, и единственный путь — взывать к разуму. «Наш» министр иностранных дел Константин Грищенко «упирает» на нецелесообразность строительства этого газопровода:

«Трата колоссальных финансовых ресурсов нецелесообразна тогда, когда Европейский Союз переживает серьёзные финансовые трудности. Потратить миллиарды на то, что на самом деле не является необходимым с учётом того, что между Украиной и Россией устанавливаются партнёрские отношения, и мы можем обеспечить надёжный транзит газа по нашей газотранспортной системе, — это просто нецелесообразно».

Однако подлинные цели россиян при строительстве «Потоков», по-видимому, несколько отличаются от заявленных целей. А значит, не может не отличаться и оценка целесообразности.

Хотя, и правда, импульсом к возникновению замысла строительства «Потоков» служила политическая невменяемость предыдущих руководителей Украины, сутью этого замысла, возможно, является не только избавление россиян от зависимости от государств-транзитёров, но и сам процесс строительства «Потоков». Вернее, те якобы нецелесообразные миллиарды. Почему якобы? Потому что присвоение части этих средств — возможно, один из самых существенных аргументов в пользу строительства «Потоков». Если не самый существенный аргумент.

Чтобы понять причину такой существенности, надо познакомиться с историей строительства Россией нефтепровода «Восточная Сибирь — Тихий океан» (ВСТО) и борьбой Алексея Навального с воровством в компании «Транснефть», которая этим строительством занималась. Пример ВСТО отлично показывает, что если уж россияне занимаются трубопроводами — то миллиарды «налево» им очень важны.

Идею строительства ВСТО — самого большого послесоветского трубопроводного проекта в России — предложила в конце 90-х годов компания «ЮКОС» Михаила Ходорковского. Фактически, на почве попыток реализовать эту идею и возник главный конфликт Ходорковского с Владимиром Путиным.

Ходорковский намеревался строить нефтепровод непосредственно в Китай, а руководители России рассматривали куда более хитроумный и дорогостоящий вариант строительства к Тихому океану с ответвлением в Китай. Ходорковский не понял этот замысел, переоценил собственное значение, ещё и публично нахамил Путину на одном из заседаний. Бывший глава Центрального банка России Виктор Геращенко говорит об этом так:

«Когда каждому там [на заседании. — ЛБ.] дали по пять минут, он [Ходорковский. — ЛБ.] сказал, что хотел бы получить одобрение строительства трубопровода из южной Сибири в западный Китай, потому что возить цистерны [по железной дороге. — ЛБ.] в два раза дороже, чем по трубе, а мы [ЮКОС. — ЛБ.] — исполнители межправительственного договора о поставках нефти в Китай. Труба стоит $3 млрд. Её [строительство. — ЛБ.] готовы профинансировать китайцы и мы. Нам нужно только разрешение. На что Путин ответил, что нет, сначала мы строим трубу на Дальний Восток — $10 млрд, — а потом уже вернёмся к этому вопросу. Он [Ходорковский. — ЛБ.] говорит, что вы там строите и стройте, и трасса такая сомнительная, а это мы будем сами финансировать и сами строить, и она останется для пользования, тут денег не нужно государственных. Путин ещё раз: нет. Ну, он [Ходорковский. — ЛБ.] взял и ляпнул: «Я думал, вы в экономике не очень понимаете, а вы не знаете, как строить отношения с такой страной, как Китай». При всех. А в коридоре ещё чего-то добавил».

Если взглянуть на карту с проектом Ходорковского и с проектом, который реализован под контролем Путина, а затем обратиться к одному из интервью Семёна Вайнштока, бывшего главы компании «Транснефть», — можно понять, что россияне решали не столько задачу строительства «трубы» в Китай, сколько задачу исключения полной зависимости от китайцев при определении цены поставляемой нефти. Так, на вопрос: «Вы уже рассчитывали тариф по трубопроводу?», - Вайншток ответил:

«Мы запросили у «Роснефти», какой тариф она может выдержать, и мы в этот тариф поместились. Китайцы возмущались: «Почему у вас один и тот же тариф и до Сковородино, и до Козьмино?» На что я им ответил: это не ваше дело. А вам скажу почему. Так мы отобрали у Китая даже гипотетическую возможность снижать цену нашей нефти. И если они не платят рыночную цену, компании за те же деньги привезут нефть в Козьмино. Мы предполагали ввод сетевого тарифа на экспортные поставки, чтобы нефтяникам было совершенно безразлично — идти в Козьмино, в Новороссийск или Приморск. Замысел был такой, что транспортная составляющая из Сургута — константа, и в этом случае прекращается борьба за более выгодные и менее выгодные направления».

Путин лично осуществил торжественный пуск в эксплуатацию ВСТО в конце 2009 года.

Таким образом, можно сделать два вывода:

1) Россияне решали задачу поставок нефти не столько китайцам и к Тихому океану, сколько китайцам и к Тихому океану по цене, которая не будет полностью зависеть от желаний китайцев.

2) Ходорковский оказался неправ по отношению к Путину трижды: и в том, что переоценил собственную значимость, и в том, что повёл себя неприлично, и в том, что ввиду, вероятно, головокружения от успехов не смог разглядеть, насколько Путин понимает, как строить отношения с китайцами.

И стоит добавить к этому ещё и то, что одновременно со строительством ВСТО так, как надо Путину, а не Ходорковскому, —россияне решали задачу приобретения «дополнительных» средств. Иными словами, присвоения средств, выделенных на строительство нефтепровода. Различие в формулировках зависит от различий вариантов ответа на вопрос: «А зачем были нужны эти средства?»

Алексей Навальный, известный своими расследованиями хищений в крупных российских компаниях, управляемых государством, заявил о том, что при строительстве нефтепровода были похищены $4 млрд: завышались цены на подрядные работы (в среднем, на 27%), некоторые подрядные организации являлись оффшорными организациями со штатом из 1 сотрудника, многие фирмы были созданы за 1 день до заключения договоров, а некоторые из них — по фальшивым документам.

Причём надо отметить, что Навальный пользуется официальными документами самой «Транснефти»: проверка расходования средств была проведена после смены руководства компании, когда Вайншток перешёл на работу в госкорпорацию «Олимпстрой», занятую подготовкой Сочи к проведению олимпиады.

Правоохранительные органы, естественно, предпочли не реагировать на документы. А Счётная палата поспешила сообщить, что никаких хищений при строительстве не было, несмотря даже на то, что сама признаёт: государству был нанесён ущерб.

Навальный утверждает, что четыре миллиарда долларов были присвоены. И публика, в принципе, предпочитает эту точку зрения, сосредотачиваясь лишь на том, кому выгоден сам скандал, но не сомневаясь, что деньги ушли «налево». Однако есть мнение, что средства были не столько присвоены, сколько «перераспределены».

Так, например, генерал-майор ФСБ в отставке, бывший депутат Государственной думы от КПРФ и бывший сотрудник компании «ЮКОС» Алексей Кондауров считает, что эти деньги полностью или частично могли быть потрачены на создание «фундамента» нынешнего российского политического режима. Кондауров говорит об этом так:

«Мы так прикидывали, между собой смеялись, что основной смысл строительства этой «трубы» был не столько в создании рабочих мест и загрузке порта, сколько в том, чтобы «отпилить» миллиарда три. Вот «отпилили» четыре миллиарда. Это не значит, что всё было рассовано по карманам. Конечно, часть денег ушла по карманам. Но я думаю, что львиная доля пошла на создание фундамента нынешней власти. Совершено понятно, что громадные деньги идут на финансирование прокремлёвской партии, молодёжных движений, на содержание так называемых «политологов», «портянок» в интернете. Это же всё траты. Я думаю, часть денег ушла на гранты западным политологам. Их много — достаточно продвинутых людей, которые с пеной у рта говорят о преимуществе путинского режима».

И вот действительно: если руководство России набивает собственные карманы общественными средствами, то стоит предположить, что из собственных карманов и строкой в федеральном бюджете руководство России явно не платит по всем своим неофициальным счетам, вероятно, достаточно большим. А значит, руководство России нуждается в затратных проектах, направленных не только на реализацию тех или иных интересов государства, но ещё и на перераспределение средств, так сказать, «в тень государства».

И если с ВСТО вышло вот так, то разве с «Потоками» может выйти иначе?

Таким образом, можно сделать ещё два вывода:

1) Каждый крупный инфраструктурный проект в России обязательно следует рассматривать с двух точек зрения — с точки зрения выгоды для государства и с точки зрения выгоды для руководителей государства.

2) Учитывая, что россияне идут на ущерб государству, если нужно не допустить ущерба тому или иному руководителю государства, и это постоянная практика, надо понимать, что выгода для руководителей государства имеет значение большее, чем выгода для государства.

Собственно, скандал с «Транснефтью», ВСТО и Навальным учит понимать одну простую вещь: когда вы говорите о стратегии России, вы всегда говорите о двух стратегиях — о государственной стратегии и о стратегии членов политического сообщества, которое осуществляет высшую власть в России. И пожалуй вторая стратегия имеет большее значение, чем первая.

Вот почему ситуация с «Южным потоком» для Украины — мрачнее, чем это обычно себе представляют. Проблема не столько в том, как убедить россиян отказаться от строительства ввиду перспективы иного удовлетворения интересов России, сколько в том, как компенсировать руководителям России средства, которые они присвоили бы или перераспределили бы при строительстве. То есть вопрос заключается в нескольких миллиардах долларов «налево».

Как осуществить это «налево» на практике? Тут уж одним взыванием к разуму не обойтись. Строка в бюджете на взятку Сечину-Путину?

Дмитрий ЛитвинДмитрий Литвин, журналист
Читайте главные новости LB.ua в социальных сетях Facebook и Twitter