ГлавнаяЭкономикаБизнес

Европе мы не по карману

На минувшей неделе исполнилось четыре года с момента одобрения Генеральной ассамблеей UCTE совместной заявки Украины и Молдовы о присоединении украинской энергосистемы к объединенной евроэнергозоне. Тем не менее, до сих пор нет определенности, куда движется энергосистема Украины и кто ее движет.

Европе мы не по карману

Еще большие сумбур и смятение в и без того нестройные ряды сторонников идеи интеграции внесло предложение российского премьера объединить генерации и вместе пойти на Европу.

Собственно, и без этого заявления в ТЭКовском пуле Януковича сторонников евроинтеграции украинской энергосистемы в европейскую никогда не наблюдалось. Причина – желание частного капитала максимально накрыть экспортные электропотоки. Такой контроль легко осуществить, имея несколько экспортных сечений при даже не условно, на бумаге прописанной, а реальной либерализации рынка. Есть аукцион на сечения. Есть средневзвешенная цена поставок – одна на всех, вне зависимости от формы собственности генерации. Есть потребитель на западе, северо-западе, востоке. Это одна сторона вопроса.

Другая – требования, которые должна выполнить Украина для вступления в энергетическое объединение энергосистем европейских государств ENTSO-Е, куда вошла прошлым летом UCTE и ряд других европейских объединений электросетей – в частности, северной Европы NORDEL и стран Балтии BALTSO. А главное – цена вопроса.

Согласно подготовленной Министерством топлива и энергетики в прошлом году и презентованной в конце марта Государственной целевой программе интеграции ОЭС Украины в ENTSO-E, цена вопроса составляет около 8 млрд. грн. Из которых 5,5 млрд. гр. – реконструкция и строительство новых объектов электросетей, а 2,6 млрд. грн – модернизация генерирующих мощностей (ТЭС). Еще в полмиллиарда гривен оценено усовершенствование системы управления энергосистемой. Все эти цифры эксперты назвали заниженными в десятки раз. По данным Минтопэнерго, озвученным в 2009 году, модернизация ТЭС и ТЭЦ за ближайшие пять лет обойдется в 38,7 млрд. грн.

По самым скромным подсчетам, в эти пять лет необходимо потратить не менее 30 млрд. грн на выполнение первоочередных и безотлагательных работ. В частности, согласно утвержденной в 2007 году «Программе развития электрических сетей напряжением 35–110 (150) кВ», до 2011 года облэнерго требовалось более 20 млрд. грн для модернизации, реконструкции и строительства новых объектов электросетей, которые и не начинали инвестироваться. А это только распределительные, не магистральные линии.

Допустим, все скромные цифры предназначены строго для реализации плана мероприятий, утвержденного комиссией от UCTE. А те, которые на порядок выше, рассчитаны на разрешение глобальных проблем отрасли. Стратегических, так сказать, задач, без решения которых объединение с Европейской ОЭС невозможно.

Минимум пять лет озвучиваются одни и те же пугающие цифры: износ электросетей составляет 54%, государственных ТЭС – 75%. Свыше 60% тепловых энергоблоков превысили проектный срок своей службы и должны выводиться из эксплуатации. Еще у 30% проектный срок истекает в ближайшие годы. Аналогичная история и с сетями. Собственно, 60 с лишним млрд. грн – это и есть цена вопроса дальнейшего существования украинской энергосистемы как таковой. И неважно, синхронно или отдельно от ENTSO-E.

Источника финансирования для программ модернизации, реконструкции и нового строительства, которые необходимо реализовать для синхронизации с объединенной европейской системой, в Украине нет. По словам представителей Минтопэнерго, из суммы в 8,655 млрд. грн госбюджет профинансирует немногим больше 10% – 930 млн. грн. Остальные средства планируется привлечь за счет тарифа, кредитов, в частности ЕБРР, средств технической помощи Евросоюза. Об источниках инвестиций в глобальные программы реконструкции и модернизации ТЭС и ТЭЦ правительство вообще старается не говорить.

Исходя из последних событий в Европе, связанных с финансовым кризисом, на техническую помощь (как, впрочем, и любую другую) от ЕС нам в ближайшие лет пять рассчитывать не стоит. Проблему можно было бы решить за счет экспорта электроэнергии. Если в экспортный тариф включить, например, целевую надбавку для реконструкции и модернизации ОЭС. Но этим надо было заниматься еще 10 лет назад. Сейчас же, как уже писал «Левый берег», экспорт по нынешним тарифам минимизирован, поскольку украинские цены на внутреннем рынке практически сравнялись с европейскими.

Единственным выходом является экспорт атомной электроэнергии, тариф на которую втрое ниже, чем на тепловую, и почти вдвое ниже оптового. Оптовый тариф плюс дотационный сертификат – цена, по которой, согласно нормативной базе, может экспортироваться электроэнергия сейчас. Если же взять за базовый не средневзвешенный оптовый тариф, а атомный, то даже с надбавкой на инвестиционные проекты вставок постоянного тока, реконструкции ОЭС и ТЭС цены все равно будут конкурентными с западными. Тем более что большую часть года атомные блоки все равно страдают от диспетчерских ограничений. Причем страдают – это не метафора. При ограничениях на выработку в 10–30% расходы станция несет те же, что и при полной загрузке.

Экспорт атомной электроэнергии через единственное сечение, ведущее в Европу, – Бурштынский энергоостров, синхронизированный в 2002 году с UCTE, невозможен. Нет выхода с АЭС. Задача решается только путем строительства на западной границе вставок постоянного тока (ВПТ) и магистральной ЛЭП от Ровенской АЭС. Стоимость одной вставки пропускной мощностью 600 МВт и последующим наращиванием вдвое плюс монтаж оборудования, по данным «Укрэнерго», составляет $110–130 млн., а по расчетам НАЭК «Энергоатом» – $130–150 млн. Срок реализации проекта – до трех лет.

Фото: Украинское фото

Обе компании в 2006 году уже практически подписывали контракт на разработку ТЭО проекта. Однако дальше дело не пошло, поскольку через пару месяцев генассамблея UCTE дала добро на вступление в энергосистему Украины и подписала с ней договор, запрещающий строительство ВПТ. За этой ограничительной мерой стояло банальное желание европейских операторов защитить свой внутренний рынок от демпинговых на тот момент экспортных цен на украинскую электроэнергию.

Защититься Европе удалось – Украина в 2007 году сократила экспорт электроэнергии на 11,8%, в 2008 году – еще на 14,5%, а в 2009-м – почти вдвое против позапрошлого года. Украина почти потеряла молдавский, румынский, словацкий, венгерский рынки. Причем не в последнюю очередь по причине отсутствия взвешенной госполитики, которая должна была быть по идее рассчитана не только на сиюминутную конъюнктуру, но и на планомерную экспансию через Восточную Европу дальше, на запад.

Неудивительно, что Россия не преминула воспользоваться ситуацией и протянула руку помощи уже братской Украине. Так, среди прочих инициатив Путина, обескураживших как украинских, так и российских (что удивительно) экспертов, очень четко прозвучало предложение построить Украине на западной границе пару-тройку вставок постоянного тока. Чтобы уже в четыре руки экспортировать электроэнергию, объединив атомные генерации (что характерно – не тепловые, у которых тариф втрое выше и изношенность в 10 раз больше). В принципе, идея старая и давно – еще со времен Кучмы – интенсивно и безуспешно лоббировавшаяся Кремлем.

В среду в ВР в ходе дискуссии первый вице-премьер Андрей Клюев дал устную гарантию народным депутатам, что нынешнее правительство экспортных позиций не сдаст, поскольку «эта корова нужна самому». Не только государственным Укринтерэнерго, НАК «ЭКУ», «Энергоатому», но и ДТЭКу Рината Ахметова. А там, глядишь, и на границе снова венгерский Emfez Фирташа нарисуется.

Сегодня частному капиталу, оперирующему активами в тепловой генерации и имеющему беспрецедентное лобби по всей вертикали власти, никак не нужен на границе российский конкурент с демпинговыми атомными тарифами. Так что, можно надеяться, что хотя бы это направление российскому стратегическому партнеру сдадут не скоро. В то же время экспорт по атомным тарифам, скорее всего, также будет заблокирован – поскольку частному капиталу конкурент не нужен ни в лице Кремля, ни в лице собственного государства.

В принципе, кто победит – частный капитал, кремлевское лобби или государственные интересы – станет понятно из ближайших назначений в атомной отрасли. Здесь после недолгого затишья, связанного с переходом рьяного оппозиционера и куратора атомных схем Давида Жвании в коалицию «регионов», снова началась подготовка к кадровым ротациям. Колода тасуется та же, что и несколько месяцев назад – настроенный на интенсивную интеграцию с Россией «регионал» Андрей Деркач и креатура Клюева Михаил Шевцов.

К визиту Медведева должен определиться и вектор развития атомной генерации – в Европу через Россию или параллельно с ней, но на некоторой дистанции.

Илона Заец Илона Заец , обозреватель ТЭК
Источник: Илона Заец, специально для «Левого берега»