ГоловнаКультура
Спецтема

Юрій Шилов: "Термін «комедія абсурду» мені здається штучним"

С сегодняшнего дня на LB.ua можно посмотреть редкую птицу в украинском кино - очень любопытный абсурдистский фильм "Вес" Юрия Шилова.

Короткометражка своеобразно показывает жизнь вокруг одной киевской многоэтажки: на дорожке возле дома ссорится пара, на скамейке бабушка сидит возле внука в коляске, на крыше стоит потенциальный самоубийца, которого даже не пытается отговорить сосед, на траве лежит парень, у которого сложные отношения с мамой. С одной стороны, все эти диалоги и монологи как будто бы не клеятся друг с другом, а с другой - очень похожи на обрывки фраз и чужих жизней, которые мы можем наблюдать в реальной жизни.

Второй работой Шилова стал уже не игровой, а документальный фильм "Панорама", отмеченный на нескольких кинофестивалях. Сейчас он работает над полнометражной версией этой картины о работнике кинопроекционной в "Кинопанораме", но хоть и в документалистике тоже может быть полным полно абсурда, хочется еще посмотреть на работу Шилова в игровом кино.

Фильм "Вес"

Марина Степанская: С кем бы я ни говорила про твой фильм, все отмечали, что это редкий вид кино – комедия абсурда, чем у нас в принципе никто не занимается. Почему ты выбрал такой способ рассказа для твоего первого осознанного фильма?

Сложно ответить, потому что я не думал рассказать эту историю как фильм ужасов или вестерн. Рассказать получилось так, как я хотел и как мог.

Дарья Бадьёр: Есть ли какая-то точка отсчета у этого фильма?

Вообще я и в жизни разговариваю, как герои в фильме. И такие монологи, диалоги слышу, наблюдаю. Для меня это естественно.

Только мне термин «комедия абсурда» кажется искусственным. Ведь авторы, у которых в разной степени были видны те или иные черты абсурда, жили в разное время и в разных условиях. Кафка умер задолго до, так называемого театра абсурда. Хармс, Введенский жили в СССР 30-ых годов и были мало кому знакомы до 80-ых. Драматургия Пинтера, Макдонаха или фильмы Роя Андерсона, Кубрика – они все очень разные и нет чистого жанра, «комедии абсурда». В разной степени их объединяет совмещение алогичности, смешного и страшного.

Фото: СУК

М.С.: Возможно, общее тут лежит в том, что ты делаешь дистанцию между собой и реальностью, и на этой дистанции видишь, насколько все вокруг абсурдно. Расскажи про Володю Громова, который у тебя снимался в фильме. Его монолог ты написал, или это он придумал?

Это я ему написал. Он преподавал у меня драматургию в Карпенко-Карого, и я, зная его специфическое красивое человеческое существование, его манеру разговора и его самого, решился предложить ему эту роль. И он, к моему удивлению, согласился. За очень короткий срок выучил длинный монолог и потом в пять утра на крыше троещинского дома спокойно его рассказал.

Я его немножко знаю и у меня было такое ощущение, что он в твоем фильме – документальный герой. Потому что и правда, этот текст совпадает с его способом существования. При всем том, что в фильме все выглядит, как абсурд, чувствуется, что это не условная драматургия, а почти документальный театр.

Может быть. Мне во многих персонажах хотелось раскрыть эксцентричное, что я видел в актерах, которые их играли.

Д.Б.: Расскажи про актрису, которая читает монолог о том, как ее бил муж.

Женщина на лавочке? Это очаровательная женщина. Она так и в жизни говорит. Нина Галена – актриса театра кукол, я ее нашел в одной базе и она, своими глазами, своим неземным поведением меня и привлекла. Не думаю, что муж ее бил. Он производит впечатление очень приличного человека. Но Нине было интересно это сыграть.

Фрагмент кадра из фильма "Вес". Нина Галена
Фрагмент кадра из фильма "Вес". Нина Галена

М.С.: По поводу базы, где ты нашел прекрасную актрису, вспомнилось. “Панорама” ведь тоже выросла из кастинг-базы. Можешь рассказать об этом подробнее? Откуда вырастают твои новые сюжеты?

Моя девушка работала кастинг-менеджером в агентстве, которое находится в кинотеатре. И я там тоже провел некоторое время. Мне показалось нелепым все, что существовало в двух комнатах между кинопроекционной и в зрительском зале. В одной комнате проводился кастинг, где выстраивалась очередь в 100 человек, в зале кино смотрели несколько человек. Все это я снимал и сделал один вариант фильма, который никому не показывал. После чего расстроился, и в один из дней остановился в кинопроекционной посмотреть фильм. Рядом сидел киномеханик Валентин и поправлял гирлянду в виде сердца. И картина сложилась. Это был последний год его перед пенсией. О нем я и снял фильм «Панорама».

Ты продолжаешь эту историю? Я слышала, что ты ее превращаешь в полный метр.

Продолжаю эту историю.

Д.Б: Ты доснимаешь что-то или монтируешь полный метр из того материала, что у тебя уже есть?

Продолжаю снимать главного героя, Валентина и еще некоторых людей его окружения, и буду использовать материал, который не показывал.

Фото: ОМКФ

М.С: Ты один снимаешь или с группой?

Я снимал один. Предлагал сотрудничать некоторым, но было понятно, что на длительный срок сложно привлечь человека работать за идею. Одному работать было лучше и удобнее еще и потому, что так проще расположить к себе героя. Иногда нужно быть незаметным и спокойно наблюдать за процессом. Сейчас я уже подключаю других, потому что дистанция между мной и героями стерта.

Ты чувствуешь разницу между тем, когда ты снимал один, и ситуацией, когда в съемочной команде больше одного человека?

Мне кажется, с большой командой сложнее делать документальное кино.

Какого рода кино тебя захватывает? Тебе близко маленькое партизанское кино, или тебе интересно большое и индустриальное?

Суть не в большом или маленьком, а в искренности того, кто делает это кино. Наглядный пример – «Антон тут рядом», который я недавно пересматривал. Команда там была не то, чтобы большая, да и мне не близко использование закадрового голоса, но это очень искреннее кино.

Скажи, а ты думаешь про свою аудиторию? Когда ты выбираешь тему, когда снимаешь, когда смотришь финальную версию?

Я слышал о формулировке «целевая аудитория» одного режиссера для одного из телешоу. «Женщина домохозяйка 35+, от нее муж или ушел, или собирается в скором времени уйти, она стоит заспанная и гладит возле телевизора своему ребенку рубашку в школу. Есть музыкальная отбивка в студии, и она очень важна, потому что этот резкий звук между сюжетами и другими составляющими шоу, пробуждает эту женщину оторваться от своих дел и посмотреть в это время на экран. Поэтому для ЦА подобрано большое количество звуков во время программы».

Я пока такими категориями не мыслил.

Фото: KISFF

Д.Б: Ты свои фильмы на фестивали посылал?

Конечно.

А как ты выбирал, на какой фестиваль посылать, а на какой нет?

На известные для себя фестивали. И это было наплывами и не систематично. После я получил сертификат на Docudays UA от «Letter to fest» и они занимались отправкой моих фильмов на фестивали. Я очень не люблю заполнять таблицы, где куда что послал, с кем-то переписываться, представляться. В конце писать “Best regards”.

М.С: Но ведь всей этой фигней приходится заниматься половину своего времени.

Но это же не наше дело, в принципе. На начальном этапе своей карьеры режиссер - это такой человек-оркестр, он снимает, он договаривается, он еще кому-то кофе подносит, извините, я тут постою, поснимаю.

Отсылать фильмы, варить кофе, договариваться о съемках могут другие люди, и очень успешно. Это отнимает много времени, которое можно было бы посвятить чему-то другому. В этом процессе для меня мало жизни, но он необходим.

А когда снимаешь фильмы, ты живешь?

Точно не существую.

То есть, тебя на это хватает?

Хватает на то, чтобы жить?

Чтобы присутствовать полноценно в жизни. Ходить, платить по счетам в ЖЭК, готовить ужин, выгуливать собаку.

Присутствовать полноценно в жизни временами сложно. Я и сейчас во время нашего разговора, кажется, иногда временно отсутствовал. Я скверен в быту. Но я справляюсь.

Почему ты на кинофакультет пошел вообще?

Я считал себя всесторонне недоразвитым человеком. меня интересовали одновременно операторская, актерская, сценарная работы. И в этих направлениях мне хотелось развиваться.

Нет ли у тебя разочарования после окончания института?

Нет. А от чего? Когда ты учишься, дело в другом: на протяжении пяти лет тебе каждый день придумывают смысл существования, краткосрочные и долгосрочные цели. А когда ты выпустился, ты эти смыслы ищешь сам. Наверное, если ты их не находишь, ты испытываешь разочарование.

Фото: ОМКФ

Тебе же ничего не надо – снимать не надо, к сессии ничего сдавать не надо.

Хочется – делаешь, не хочется – не делаешь. Как и в институте, двери на выход всегда открыты.

Я снимаю, брожу, пишу, собираю идеи, просматриваю локации и издеваюсь над людьми. То, что и делал раньше. Правда, не думаю, что меня любят за это люди.

Тебе важно, чтобы тебя любили?

Смотря кто.

Д.Б: Актеры, например.

Нет. А зачем это?

М.С: А политическое вторгается в твою художественную жизнь? Хотя бы в смысле выбора языка для следующего фильма? Просто сейчас выбор русского языка в игровом кино расценивается как политический жест.

Важнее не каком языке герой говорит, а что он говорит.М.С:Ты будешь в Госкино подавать игровой фильм?

Д.Б: Если будет выбор: получить деньги от Госкино, к примеру, идеальные возможности для съемок и сделать фильм на украинском языке, понимая, что тебе будет сложно это сделать, или отказаться от денег и снять свое кино за три копейки на коленке, – что ты выберешь?

Все зависит от конкретной ситуации, от твоего сценария, темы, актеров. У меня есть и сценарии на украинском языке.

Такие ограничения, как в новом законопроекте о кино, сужают большое количество тем, героев — в том числе, в документальном кино. Особенно если речь идет о каких-то процентных соотношениях реплик – 90 на 10, которые прописаны в новых нормах. Не хочется использовать калькулятор при написании истории.

Тут главное, как мне кажется, - не переступать через себя.

Дарія БадьйорДарія Бадьйор, Журналістка, критикиня
Марина СтепанскаяМарина Степанская, Кинорежиссер, продюсер проекта "Шорт-лист"
Читайте головні новини LB.ua в соціальних мережах Facebook, Twitter і Telegram