ГлавнаяОбществоЖизнь

Порог Табачника

От 10 тыс. грн за год обучения в университете – это много или мало? «Смотря какой университет», – скажет любой, держа в уме престижные столичные вузы.

Порог Табачника
Фото: galakorona.com

Примерно это же можно услышать на вопрос, дорого ли платить 100 грн за обед в забегаловке. «Все зависит от того, в престижном ли она районе!» – ответит опытный киевлянин.

Стоимость товаров и услуг в современной Украине формируется в зависимости от спроса, а не качества и реальной себестоимости. Поэтому обучение на юрфаке дороже, чем на физфаке, а «финансы и кредит» в провинции стоят в разы дешевле, чем в Киеве. Не потому, что хуже, а потому что очередь у входа длиннее.

Абитуриенты с родителями выстраиваются у приемных комиссий не там, где хорошие преподаватели, а где красивее запись в дипломе. Кто обращает внимание на качество, если в стране, прежде всего, руководствуются критериями престижа?

С этой точки зрения 10 тыс. грн за то, чтобы постоять в очереди за дипломом, – настоящая обдираловка!

Мало кто заметил, что министр образования Дмитрий Табачник, комментируя цены на обучение, сказал: «Обоснованный уровень – это 10 тысяч», а не «Вы все будете платить 10 тысяч».

Стремление точно определить стоимость обучения в школе, вузе или детсаде нужно приветствовать так же, как желание узнать, сколько на самом деле стоит тысяча кубометров газа или содержание 1 кв. м. жилплощади. (Мы-то знаем, что такое дешевая «коммуналка» при неделю как не вывезенном мусоре.) К тому же у студентов и их родителей, может, наконец возникнет резонный вопрос: почему предъявленный к оплате счет в два раза выше среднего, а в заведении нет общежития или приличной библиотеки?

Фото: Макс Левин

Конечно, полностью содержать вуз только за счет платы за обучение нельзя. Поэтому вузы должны заниматься наукой, выигрывать гранты, участвовать в исследовательских программах, искать меценатов, патентовать изобретения. То есть должны стать вузами, а не заниматься очковтирательством, проводя на бюджетные деньги «международные конференции» с одним участником-иностранцем, доцентом из Молдовы, или продавая ВАКовские сборники статей студентам, желающим гарантированно получить «трояк».

Бесплатного образования, кстати, у нас никогда не было. В СССР за все платило государство. То есть граждане. Все было понятно: человек получал 100–150 «рэ» зарплаты вместо 2000, а взамен из него готовили специалиста, необходимого народному хозяйству с обязательным трудоустройством в колхозе, на заводе или в НИИ. Не всем нравилось, но было понятно.

Со временем это понимание исчезло, остались только взаимные претензии. Единственное, что продолжает связывать граждан с системой образования, – плата за учебу. В настоящее время внесение средств в кассу – это единственный день, когда народ формально влияет на образовательную сферу.

Повлиять на другие процессы в школах и университетах, улучшить качество преподавания пропорционально подорожанию – таких возможностей у нас нет. Поэтому изменение стоимости учебы вызывает болезненную реакцию в обществе, ее легко подхватывают политики и толпа на митинге.

Только цена должна определяться бухгалтером и частично рынком, а не участниками дебатов. Бороться нужно не «за» или «против» десяти тысяч, а за свое видение системы образования: за все должно платить государство – или пусть все будет платным? Абитуриенты должны выигрывать стипендии на обучение – или проще давать образовательные кредиты? А еще лучше – насколько доступной должна быть в Украине образованность? Или дипломы следует передавать по наследству, вместе с чиновничьими должностями?

Артём Горячкин Артём Горячкин , журналист