Все публикацииПолитика

Об элитах и контрэлитах

Роль науки в росте человеческого самосознания высока. Наука позволяет людям освобождаться от заблуждений и суеверий, как помогла, например, эволюционная теория Чарльза Дарвина, сделав человека частью животного мира, а не исключительным существом, якобы имеющим сверхъестественное происхождение.

Богдан ДанилишинБогдан Данилишин, академік НАН України

Фото: shakwan.ru
Такую же роль в социологии сыграла «теория элит» итальянца Вильфредо Парето, избавив просвещенных людей от иллюзий в отношении власти. В его «теории элит» власть - это класс (Парето называет его для удобства элитой), который находится наверху социальной пирамиды, борется исключительно за свои (и ни чьи иные) интересы с контрэлитой (это - отвергнутые элитой представители высших слоев общества), которая рвется к власти, и желает заместить элиту на «политическом Олимпе». А «полем битвы» всегда является общественное сознание, или иначе говоря, сознание народных масс, которые в случае присоединения к элите (или контрэлите), отдавая свои голоса на выборах, как правило, решают судьбу этой схватки. Поэтому так важно для победы умение властных кругов вести пропаганду своих политических идеологий и философий среди народа, который по сути и определяет те классы, которые в итоге окажутся победителями в политической борьбе высших социальных страт (слоев, групп) той или иной страны.

Причем, особенно важно понимать, что для достижения успеха в политической пропаганде необходимо не добиваться реального воплощения обещанного (это совсем не обязательно), а постоянно поддерживать в общественном сознании высокий градус ожидания перемен к лучшему. Создавая, таким образом, в массовом сознании иллюзию скорых позитивных изменений в развитии, которых так жадно ждет общество. Используя такие методы, по мнению Парето, властные круги могут манипулировать общественным сознанием сколь угодно долго. История знает периоды, когда такое манипулирование проводилось столетиями. В случае, когда элита уступает в силе пропаганды и в решимости по удержанию власти контрэлите, происходит смена властных кругов, которые тогда формируются преимущественно из представителей контрэлиты. Но, не меняется при этом «повестка дня» - новая элита также далека от воплощения чаяний народа, потому что также, как и бывшая элита, «заточена» исключительно на достижение своих целей, в которые, конечно, не входят цели, которых хочет достичь народ. Все экономические изменения, если таковые все-таки происходят, носят исключительно косметический характер и не меняют радикально характер экономической власти.

Фото: Андрей Яницкий

Эти научные представления Парето, изложенные им в «теории элит», раскрывшей подлинный характер существования и функционирования всякой политической власти, были восприняты представителями действующих элит и контрэлит, естественно, «в штыки». И поэтому вот уже более чем 100 лет в общественном сознании продолжает жить миф о том (который навязывается пропагандой элит и контрэлит), что «старые власти сделают все еще краше», а «новые власти сделают все еще лучше, чем старые». Но так никогда почему-то не происходит, и все радикальные изменения, которые знает история, осуществлялись в ней не вдруг, не просто в результате смены власти, а всегда в ходе длительного эволюционного развития в течении столетий (например, распространение идей ислама, начиная с VII века нашей эры, или идей буржуазного и промышленного развития в Западной Европе, начиная с XIII века нашей эры, которое закончилось Первой промышленной революцией в Британии XVIII-XIX вв.).

Читатель спросит, но если эти изменения происходят не на основании смены политических режимов, то на основании каких сил народы меняют свою практику? Ведь она все-таки меняется и существенно, особенно в последние 200 лет? Ответ прост. Всякие изменения всегда начинаются внизу - в общине, и потом мало-помалу распространяются на все общество. Так было и в случае распространения христианства и ислама, и, например, идей промышленной революции, которые захватили самые глубокие слои западноевропейского общества, начиная с конца XVIII века. Да, большинство низовых социальных инноваций умирает, но те, что остаются в истории, те, о которых мы знаем из нее, это социальные инновации, которые сначала были поддержаны немногими людьми, и только потом, по мере их развития, стали достоянием миллионов людей во всем мире.

«Только фанатики и «страдающие галлюцинациями» творят историю» - писал в конце XIX века французский социолог Гюстав Лебон. Под «творцами истории» он понимал не людей высшей политической власти, а проповедников новой жизни, которые возникали как бы ниоткуда в среде самого народа, и по мере того, как они были поддержаны народом, они уже были замечены и наверху - во власти. (Потому что, согласно Парето, внимание к народным пожеланиям является ключевым фактором удержания власти, в том числе и в современную эпоху, в случае элит. Или ключевым фактором завоевания власти, в случае контрэлит). Такими людьми в европейской истории были, например, Франциск Ассизский, Мартин Лютер, Иоганн Гуттенберг, Жан Кальвин, Джеймс Уатт, Мария Кюри и многие другие священники, святые, промышленники и ученые.

Фото: newsinphoto.ru

Именно поэтому наличие в стране упрямых идеалистов, которые всегда доводили и доводят до конца свои радикальные начинания, определяло и определяет уровень низовых социальных изменений, и только потом, причем весьма нескоро, всего общества - и более ничто иное.

Ведут ли наши элиты себя как-то иначе, чем было в истории? События последнего времени, показывают, что все происходит строго по «теории элит» Парето. Нынешняя властная элита (бывшая контрэлита времен Януковича) напряженно борется за удержание и усиление своей власти с контрэлитой, которая пытается ее заменить. Эта борьба разворачивается в сознании украинского народа, которому предлагается и гречка, и ничем не подверженные обещания лучшей жизни, которые технически невозможно осуществить, так как элита и контрэлита не будут подрывать основные опоры своей власти, осуществляя те изменения, которые они декларируют. Например, я уже неоднократно писал об этом в своих колонках, что экономическая дерегуляция, основная экономическая доктрина нынешней власти, не приведет к экономическому росту, и тем приятней мне осознавать, что такое же мнение на недавнем экономическом форуме в Киеве высказал и выдающийся экономист, один из авторов «малазийского экономического чуда» Эрик Райнерт.

Эрик Райнерт
Фото: norge.ru
Эрик Райнерт

А социальная пассивность народа, отсутствие в среде украинского народа критической массы проповедников новой жизни (например, идеологов нового промышленного развития в рамках третьей промышленной революции), и, следовательно, отсутствие в среде народа правильного понимания экономических реформ, не позволяет надеяться, что такие проповедники в будущем зародятся сами - при отсутствии явных и скрытых общественных запросов на это.

Т.е. народ сам не «выталкивает» (и, похоже, в ближайшее время этого не будет делать) из своей среды своих представителей, которые создают артефакты третьей промышленной революции, для того, чтобы как элита, так и контрэлита, учитывали их в формировании своей экономической политики.

Так почему же мы все должны надеяться и верить, что верхи сами по своей воле это сделают, раз никто со стороны народа эффективно не борется с ними, не подталкивает их к тому? Так не было никогда в истории и Парето это прекрасно показал в своей «теории элит».

Всякое большое социальное изменение всегда начинается с изменения сознания немногих людей. Затем в результате эволюционного развития, оно (если ему суждено состояться, и когда оно привлекает все больше и больше сторонников) разрастается до таких пределов, что его уже невозможно игнорировать. Как, например, римский император Константин не мог игнорировать христианство, сделав его государственной религией.

Фото: Макс Требухов

Украинская политика, наши элита и контрэлита, могут изменится только в том случае, когда сначала десятки, потом сотни, а потом и тысячи последователей правильного экономического развития (под ним я понимаю единственно возможное развитие в современную эпоху - инновационное и технологическое развитие в рамках третьей промышленной революции), поднимут свои голоса в обществе до такой степени, что их нельзя будет не услышать нынешней элите и контрэлите.

Здесь силу пропаганды трудно переоценить, поэтому призываю всех сторонников промышленного возрождения Украины соединить свои голоса в единый хор. До тех пор, пока такого не произойдет, пока мы не будем услышаны властями, и не повлияем на кардинальное изменение проводимой ими экономической политики, рассчитывать на то, что с Украиной произойдут какие-то чудеса, которые поднимут уровень нашего экономического развития, не приходится. Те уровни экономического развития, которых достигла Украина к 1991 году, так и останутся, наверное, в истории ее экономического развития самыми высокими, как являются самыми высокими в истории Аргентины уровни ее экономического развития начала XX века, когда она была одной из самых развитых стран мира, и в которой вот же 100 лет ничего выдающегося в экономическом смысле не происходит.

Богдан ДанилишинБогдан Данилишин, академік НАН України