Все публикацииПолитика

«Такого рейтинга, как в 2010, у регионалов в Запорожье уже не будет»

К Александру Сину, мэру Запорожья, у его политических оппонентов очень много вопросов. Во-первых, по поводу его перехода из "Батькивщины" в Партию регионов. Во-вторых, из-за его деятельности во время Майдана, в частности, отправки автобусов с массовкой на Антимайдан. И хотя у Сина на все из них есть свои объяснения, местным активистам этого мало и они требуют отставки городского главы. 

Есть вопросы к Сину и у областной прокуратуры. Запорожский городской голова был допрошен по нескольким делам, но в большинстве - в качестве свидетеля. В качестве подозреваемого он выступает только в одном деле - о нарушении трудового законодательства.

Оппоненты Сина также обвиняют его в чрезмерном пиаре в зоне АТО, фотографии из которой он активно "заливает" в соцсети.

В интервью LB.ua Александр Син объяснил причины поездок в зону АТО, рассказал о криминальных делах и перспективах на повторное избрание мэром.

Фото: Макс Требухов

Где чаще бываете сейчас: в Киеве или в зоне АТО?

Конечно, в зоне АТО (улыбается — ред.). За последние три с половиной месяца я там был больше 20 дней, не выезжая.

В каких именно городах вы были и что там делали?

В Константиновке, Славянске, Дзержинске и Краматорске. Я просто приехал туда и нес все тяготы службы вместе с военными.

К каким конкретно военным вы приезжали?

К одному из подразделений Министерства внутренних дел...

Конкретно?

Не могу сказать, к какому именно. Не хочу создавать им проблемы.

А какие вы можете создать проблемы? Вы же в курсе: вас подозревают в том, что никуда вы на самом деле не ездите, а просто фотографируетесь на ближайшем к Запорожью блок-посту и потом выкладываете снимки в сеть.

Меня не интересует, в чем подозревают, в каких только грехах меня не обвиняют…

Желание поехать в зону АТО у меня было очень давно. Не пиариться, а просто взять отпуск и туда поехать. Когда я начал изучать такую возможность, то понял, что это сделать достаточно сложно. Для того, чтобы гражданский человек находился в расположении с военными, нужно специальное разрешение. Об этом я, в частности, говорил и с командиром запорожской бригады Нацгвардии. Но совершенно случайно мой друг из Киева рассказал мне, что шефствует над одной воинской частью, которая постоянно находится в АТО. Я поговорил с командиром этой части, рассказал ему о своем желании, он - описал, какая ребятам нужна помощь, в том числе - в устройстве бытовых вопросов. Я эти их проблемы вызывался решить. Помогал продуктами, ремонтировал машины, покупал бытовые приборы и так далее. Конечно же, не только за свой счет, но и с помощью друзей.

Если вы, как говорите, не хотели пиариться на теме АТО, так за чем предали гласности историю о своей поездке к военным?

Еще раз говорю: уехал туда только потому, что так хотел. Готов пройти проверку на детекторе лжи... А так совпало, что в этот момент прокуратура выразила желание предъявить мне обвинение (в нарушении трудового законодательства — ред.). Но даже если бы факт моей поездки и не совпал с намерениями прокуратуры, думаю, все равно визит на Донбасс был бы представлен как мой пиар. Есть люди, которые получают деньги, чтобы любой факт, произошедший со мной, показать в извращенном свете. Что касается обнародования информации, я это сделал в ответ на поток неимоверных обвинений в мой адрес. И сделал не сразу, а почти через неделю.

Какие злые люди против вас работают. Подумать только!

Есть такие, поди.

«У меня конфликт не с прокуратурой, а с системой»

Две недели назад дело о нарушении трудового законодательства, где вы фигурируете как подозреваемый, передали в суд. Удивительно, что вы не жалуетесь на политическое преследование.

Это не политические преследование. Это личные амбиции группы товарищей. В данном случае - прокурора области (Александра Шацкого — ред.). Он обещал Майдану, что посадит меня. И об этом неоднократно заявлял в интервью.

Фото: Макс Требухов

Полагаете, все судебные вопросы к вам имеют сугубо политическую подоплеку?

Я так не считаю. Я сказал, что это личные амбиции конкретного человека, который последовательно их реализовывает.

Прокурор области Александр Шацкий, по нашим данным, закрыл дело об отправке «титушек» из Запорожья на Антимайдан, где вы проходили в качестве свидетеля. Разве, по вашей логике, он не должен был бы это дело расследовать, исходя из обещаний Майдана? Но нет, он его закрыл, открыв, правда, «трудовое» дело.

Не согласен с вами. У него просто есть цель и все рычаги для ее осуществления.

Кстати, он сообщил общественности о намерениях вручить мне подозрение (в деле о нарушении трудового законодательства — ред.), когда я был в зоне АТО. Я узнал об этом из СМИ. Со стороны могло показаться, что я будто бы прячусь от следствия. Думаю, на этот публичный эффект расчет и делали.

Вы подписывали договоры с 19 руководителями медицинских учреждений Запорожья? Договоры, которые противоречат законодательству?

Расскажу историю сначала. В октябре (прошлого года - ред.) Кабмин утвердил новый порядок заключения контрактов с руководителями медицинских учреждений. 4 декабря он вступил в законную силу, а в конце декабря мне приносят на подпись контракты... Но для того, чтобы их подписать, нужно было внести изменения в положение Департамента здравоохранения горсовета, который по новому законодательству должен был утвердить типовую форму договоров и подать их мне вместе с декларациями директоров учреждений. То есть, те контракты, которые мне положили на подпись, не соответствовали Закону. Что я должен был делать? Я мог просто разорвать все договоры, и никаких претензий сейчас ко мне бы не было. Но нужно было как-то выйти из сложившейся ситуации. И тогда мои юристы предложили внести дополнения к старым контрактам и продлить их на три месяца, тем более, что в контрактах был пункт, позволяющий сделать это по согласованию сторон. Подчеркиваю, мы не подписывали новые контракты, и таким образом не нарушили порядок их заключения, введенный Кабмином. На сегодня все контракты продлены, в соответствии с новым законодательством. Что касается нарушения трудового законодательства – считаю, что не нарушил, а защитил трудовые права главных врачей.

Вы фигурируете также в уголовном деле касательно КП «Бытовик» в качестве свидетеля…

Это дело еще более странное, чем по врачам.

Летом прошлого года ко мне пришел руководитель городской «Самообороны» Сергей Остапенко с предложением трудоустроить тех ребят, которые стоят на блок-постах, охраняют мосты и т.д. он сделал анализ стоимости охраны государственных объектов и сказал, что эти услуги могут обойтись в два раза дешевле. Говорю: «Что для этого нужно?». Остапенко предложил на базе любого КП сформировать команду, получить лицензию на охранную деятельность, соответствующие сертификаты. Мы провели ряд встреч и определили, что такую идею можно реализовать в КП «Бытовик». Городской совет утвердил программу подготовки (членов «Самообороны» — ред.), выделил на это полмиллиона гривен. Ребята получили лицензию, сертификаты и начали работать.

Фото: Макс Требухов

Одно из направлений деятельности КП «Бытовик»борьба со стихийной торговлей. Но это - полномочия правоохранительных органов. Зачем дублировать функции и тратить на это деньги из бюджета?

Почему правоохранительные органы до сих пор не решили проблему стихийной торговли? Два года назад мы привлекли к этой работе Государственную службу охраны. И получили хороший результат: пропали целые улицы стихийных торговцев. Но прокуратура опротестовала решение горсовета, поскольку, мол, в положении Госслужбы охраны нет такой функции, как борьба с незаконной торговлей. И стихийная торговля вернулась на улицы города.

Значит у вас системный конфликт с прокуратурой?

У меня конфликт не с прокуратурой, а с системой. Дело в том, что есть люди, которые могут реально решить вопросы, а есть те, кто только имитирует работу. В данном случае правоохранительная система за более, чем 20 лет независимости не смогла решить этот вопрос (стихийной торговли. – ред.). А когда мы своими силами начали справляться с этой проблемой, последовал протест прокуратуры.

То есть речь не идет о попытке сформировать аффилированные с городской властью силовые отряды?

Я в этом не вижу абсолютно никакой необходимости. Те ребята, о которых мы сейчас говорим, находятся на блок-постах. Собственно, мы поднимали вопрос, что им нужна работа, соответственно, зарплата.

А если говорить об укреплении обороны города, то эта задача не может решиться силами таких отрядов. Я больше склоняюсь к системной поддержке МВД, СБУ, Минобороны в данном вопросе.

Вы же их только что так критиковали отчаянно.

Это - разные вещи. Есть надуманные требования ко мне со стороны правоохранительных органов, а есть обороноспособность города и региона. По поводу второго у нас (с правоохранительными органами – ред.). нет противоречий. Мы же защищаем не конкретного человека, а покой города в целом.

Вокруг темы войны не должно быть вопросов о том, какой ты партии, национальности, вероисповедания.

Я плохо отношусь к тому, что Россия как государство-агрессор помогает незаконным формированиям на территории ДНР/ЛНР, и в результате этого гибнут люди с обеих сторон. Но я также негативно отношусь к тому, что в Запорожье некая группа людей узурпировала право защищать город.

Это вы о ком?

О некоторых лидерах Евромайдана. Они считают, что если кто-то был в Партии Регионов, сейчас должен сидеть и молчать, не имеет права проявлять патриотизм. Но, извините, кто будет защищать Запорожье? Ну, так сложилось (что я был в ПР - ред.), люди тогда так голосовали... А теперь что? Если придет агрессор, только те, кто стоял на Майдане, имеют право защищать свою землю?!

Вернемся к уголовным делам. Прокуратура расследует более 20 уголовных производств относительно деятельности коммунальных предприятий города. В основном, из-за разворовывания денежных средств, нецелевого использования или взяточничества их руководителей. Чувствуете свою вину в том, что на подконтрольных вами предприятиях сложилась такая ситуация?

Вы уверены, что на любом уровне власти руководители отвечают за все, что делается внизу? В уставах предприятий четко обозначены полномочия и ответственность того или другого лица.

Фото: Макс Требухов

Вы, как мэр города, от этой ответственности дистанцируетесь?

Не дистанцируюсь. Я считаю, что политическую ответственность, безусловно, несу. Но есть зоны ответственности за принятые решения. И каждый должен отвечать за свои действия.

Безусловно, 20 уголовных дел — это плохо. Но я могу вам сказать одно - я не давал никаких преступных указаний на предмет того. с кем или когда заключать договоры. Я, кстати, уверен, что этого не делали и мои заместители. Я считаю, что причина сложившейся ситуации – проблема кадрового подхода. Конкретно: когда функцию подбора кадров взяла на себя партия.

Зачем вы тогда пошли в «регионы», понимая, что партия власти имеет монополию по всей стране и будет на свое усмотрение формировать все кадры, а вам за это придется нести политическую ответственность?

На тот момент (Син вступил в ПР в марте 2012 года — ред.) у меня не было ощущения, что партия выбрала именно такой подход.

Мне сложно объяснить, как появилось более 20 уголовных дел. У меня никогда не было поводов, чтобы проверять лишний раз коммунальные предприятия. Тем более, что ни один сотрудник правоохранительных органов не сообщал мне о возможных нарушениях.

Вы приняли какие-то меры, чтобы впредь не размножать коррупцию на коммунальных предприятиях?

В марте прошлого года мы открыли на сайте горсовета - в разделе коммунальное хозяйство - реестр платежей. В течении суток все предприятия обязаны опубликовать каждый свой платеж. Указывать номера договоров, за что платится, кому, по какой цене. И я уже трижды - при помощи Департамента финансов - проверял соответствие этих платежей, контролировал.

Аналогичным образом и общественные организации, и правоохранительных органы могут изучать таблицу платежей. Пока Запорожье — единственный город, где существует подобная система.

Вам понадобилось 4,5 года, чтобы внедрить эту систему обнародования платежей.

Раньше не видел необходимости. Считал: достаточно действующей системы госзакупок. Но, как оказалось, она не всегда работает. Поймите, я – не телепат, не могу знать все, что происходит

На коммунальных предприятиях. Пока ко мне не дойдет информация, не могу отреагировать на подобные нарушения.

Независимо от того, как сложится моя дальнейшая жизнь, уверен, что к выборам в октябре 2015 года в Запорожье будет работать одна из наиболее прозрачных систем городской власти. Прессинг, под которым нахожусь я, и все мои подчиненные, директора предприятий, думаю, беспрецедентный.

Фото: Макс Требухов

Кажется, ваш конфликт с правоохранительными органами – конфликт с Банковой, на самом деле.

У меня нет оснований полагать, что это – Банковая. А я, как должностное лицо, могу говорить только фактами.

Можно ли рассматривать конфликт между вами и представителями власти как их ответ за вашу деятельность в первой половине Революции достоинства, когда вы – как член Партии регионов, поддерживали Антимайдан?

Для того, чтобы эту версию принять, нужно, в первую очередь, понять, были ли основания, чтобы предъявить мне такие претензии. Ни я лично, ни горсовет ничего не делали для того, чтобы обострить ситуацию в городе в начале Революции достоинства, да и далее тоже.

«Разгон Майдана под Запорожской ОГА был для меня такой же неожиданностью, как для всех остальных»

Опишите, пожалуйста, ситуацию в городе на момент начала Революции с точки зрения расстановки групп влияния: «смотрящих», представителей крупного бизнеса и так далее.

«Смотрящего», если вы имеете ввиду Евгения Анисимова, уже не было до начала Революции.

Запорожье было одной из первых вотчин, куда от власти в 2010-м прислали «смотрящего». Какие в тот период были коммуникации в местной политической и бизнес-среде?

Ситуация не носила тотального характера. Думаю, были какие-то конфликты на уровне отдельных групп. Тотально проблема создавалась не конкретным человеком, а системой в целом. Давайте недемонизировать Анисимова. Он был частью системы, он один ничего бы не сделал. Такие проблемы были во всех городах Украины. А то. что громко говорили о «смотрящем» именно в Запорожье, то это только к чести нашего города, что здесь оказались люди, которые смогли громко всю страну сказать «нет» системе. Я имею ввиду группы бизнесменов, которые активно противодействовали системе, в том числе путем размещения материалов в СМИ.

А вы, вроде как, были заложником той системы?

Я находился рядом. Когда меня избрали мэром, Анисимов уже существовал, и вся система на тот момент была выстроена. Поэтому я пришел и занял отбраненную позицию – внутрь меня никто бы не пустил.

Фото: Макс Требухов

Интересная трактовка. В какой же момент вы поняли, что ситуация переломилась и стоит переориентироваться?

Я никуда не переориентировался. Я просто оставался человеком, который избран городским головой и который выполняет свои обязанности. Не более того.

Когда случился разгон студентов и пошла информация, что подобные действия будут происходить не только в Киеве, но и в других регионах, мэр Львова Андрей Садовой по собственной инициативе вышел в телеэфир, четко обозначив свою позицию горожанам. Он прямо заявил: если власть затеет зачистку еще и во Львове, он, Садовой, первым выйдет наперерез «Беркуту». То есть, градоначальник изначально занял предельно принципиальную позицию. И это - лишь один пример, есть еще. Почему аналогичным образом не поступил мэр Запорожья, считавший, что во всем «винна система».

Когда разогнали студентов, я еще был членом Партии регионов, поэтому поступить так означало бы выступить против той политической силы, в которую я входил.

Вот и мы о чем.

Я пошел другим путем. Не произносил громких заявлений, но сделал так, чтобы в городском совете не было никаких внутренних конфликтов ни с кем. В городе не готовились какие-либо мероприятия, в том числе при участии «титушек» и так далее.

А как же события 26 января 2014, где милиция и «титушки» жестоко разогнали активистов Майдана под Запорожской ОГА?

Для нас это событие стало такой же неожиданностью, как и для всех остальных. Мы не знали, что готовятся подобные действия.

Обалдеть. Вы – мэр и не знали, что готовилось в центре города.

Это было перед ОГА.

Какая разница. Все равно – подконтрольная вам территория. Считаете, это была провокация?

Я не знаю, что там произошло. А те, кто это знал, не сочли нужным обсуждать со мной данные вопросы.

Я так понимаю, вы имеете в виду Пеклушенко… Кстати, как думаете, это было самоубийство?

Не знаю. Это была странная смерть. Я знал Пеклушенко (экс-губернатор Запорожской области Александр Пеклушенко был найден мертвым в марте 2015 года; правоохранители рассматривают версию самоубийства – ред.). Он точно не был человеком робкого десятка. Но с другой стороны я не знаю ни одного объективного факта, который бы говорил о том, что это – насильственная смерть.

Почему на похороны не пришли?

Похороны – просто ритуал. А в ритуалах я участвовать не люблю. Тем более, что физически хоронили его не в Запорожье – в Киеве. Все те искренние слова семье, которые я хотел сказать, сказал накануне.

Фото: Макс Требухов

«Если бы я не вступил в Партию регионов, меня бы просто сместили «регионалы»

Странная история: вы были членом ПР и уже 10 декабря 2014 года у вас начинаются проблемы с действующей властью. Вам не кажется, что это - бумеранг, который вы запустили сами, перейдя из "Батькивщины" в ПР после избрания мэром города?

После выборов мэра я исходил в своих действиях из социологии. Через две недели после победы (в 2010 году — ред.) моя команда провела социологическое исследование, проанализировав партийные пристрастия моего электората. Выяснилось: более 50% моих избирателей голосовали за Партию регионов.

Кроме того, социология показала, что местные жители больше всего не хотят «войны» между мэром и городским советом. Собственно, эти два момента и сыграли ключевую роль для меня. Я просто действовал с позиции того, чтобы «а» - я мог реально работать и «б» - не возникало конфликтов.

Давайте будем реалистами. В противном случае, через два-три месяца меня бы просто сместили депутаты Партии регионов, у которых было 2/3 голосов в горсовете.

Вы просто использовали «Батькивщину» как трамплин на пути к мэрскому креслу?

Нет, я не использовал «Батькивщину». Кстати, никогда не был членом этой партии. Меня просто попросили - на этапе кампании - помочь в организации выборов. Я предложил некий план, его приняли, и я начал его реализовывать.

Скажу больше, я не собирался быть мэром. У меня даже не было подобных мыслей, я просто пришел к руководству партии («Батькивщина» — ред.) и сказал, что политическая сила, которая не выдвигает кандидата в меры, в электоральном восприятии считается несерьезной, а технологической. А дальше - скажем так, Господь-Бог так решил.

Считаете ли - по истечению 4,5 лет - свое мэрство успешным?

Я очень много не смог сделать из того, что хотел. Но я могу сказать, что точно не уронил ситуацию в городе. Ни один показатель работы городского хозяйства мы не ухудшили.

Ни к одному мэру в Украине нет столько вопросов в публичной плоскости, как к вам.

Повторюсь, потому что есть СМИ, которые за определенный бюджет делают из меня того, кого делают. И все. Есть спонсоры такой их деятельности. Наверно те, кто имеет планы на выборы.

Фото: Макс Требухов

«Сейчас в Запорожье очевиден политический вес Оппоблока или бывшей Партии регионов»

Какова политическая ситуация - по вашей оценке - в городе на сегодняшний день? Какие группы влияния сформированы?

К активным игрокам, которые имеют сегодня шансы (пройти на местных выборах в горсовет – ред.), я отношу все политические партии, входящие в нынешний парламент, плюс – «Свобода».

Вы будете баллотироваться на следующих выборах?

Пока не решил. Если это будет нужно мне в жизни, то такой шаг я совершу снова. Об этом сейчас я точно не думаю. Мне нужно удержать ситуацию в городе до выборов. Как только я начну подготовку к предвыборной кампании, то могу потерять контроль в Запорожье. Потому что тогда я буду вынужден принимать популистские решения, а не те, которые нужны для города, в том числе – непопулярные.

Если примите решение баллотироваться, какие политические партии рассматриваете?

Для меня сейчас ближе позиция беспартийного.

А потом БПП наберет большинство в горсовете и вы выступите в его ряды?

Сотрудничать буду, вступать в партию – необязательно. Я точно не хочу оказаться в ситуации, когда я и большинство в горсовете окажемся по разные стороны баррикад.

Кстати, если какая-то группа политических сил явно будет – на момент начала выборной кампании – иметь возможность сформировать большинство, то я, чтобы себе не мечтал, мэром в этой ситуации не стану. Эта группа проведет своего мэра.

Имеете в виду команду Ахметова?

Необязательно. Могут быть разные конфигурации. Все зависит от способности договариваться. Приведу пример. Во время выборной кампании в 2010 году, когда я возглавлял «Батькивщину», смог усадить за один стол переговоров все политические силы. Тогда мы договорились и с «Рухом», и с «Народной самообороной»… Нашли для всех места в списке. Думаю, благодаря этому у «Батькивщины» был такой результат (на выборах в горсовет партия заняла второе место после Партии регионов — ред.).

Очевидно ли на сегодняшний день усиление роли Ахметова в Запорожье? Считается, он приметил ваш регион и для бизнеса, и для политического реванша.

Бизнес Ахметова — это большая часть экономики города, но точно не контрольный пакет.

Что касается попыток политического возрождения, то кроме журналистской версии, нет очевидных доказательств того, что Ахметов усиливает или будет усиливать свою политическую роль в Запорожье. Он об этом нигде не заявлял.

Поэтому пока можем говорить только о том, что в Запорожье очевиден политический вес Оппоблока или бывшей Партии регионов. Я бы не говорил, что на сегодняшний момент этот вопрос ( политических конфигураций на выборах — ред.) в Запорожье решен.

Фото: Макс Требухов

Чем, на ваш взгляд, можно объяснить достаточно высокую популярность Оппозиционного блока в городе и области?

Такие показатели (партия набрала более 20% по области на парламентских выбора. – ред.) - следствие экономических проблем, которые люди ощущают и ассоциируют с властью.

Могут ли, на ваш взгляд, бывшие регионалы взять реванш на местных выборах?

Думаю, такого рейтинга как в 2010 году в Запорожье и области у них не будет, но уверен, что показатели парламентских выборов они улучшат. Хотя большинства в горсовете, как в 2006 и в 2010 годах, скорее всего, не получат.

Читайте: Мажоритарка: инвентаризация

Несмотря на то, что у вас нет большинства, но очевидна поддержка в горсовете. Не могу насчитать, сколько раз проводилось голосование за вашу отставку, но вы удержались в своем кресле.

Вопрос о моей отставке каждый раз поднимают партии и активисты Евромайдана. В частности, если говорить об активистах, это — Ирина Лех, Таисия Мельниченко, Елена Еременко, Юрий Хохлов, Александр Шацкий (прокурор области — ред.), Игорь Артюшенко (народный депутат от БПП, бывший «свободовец» - ред.). Что касается партий, независимо от того, поддерживают они меня или нет, - мы находим способы решать городские проблемы. Сегодня мы (с депутатами горсовета — ред.) избрали для себя такую формулу: голосуем только за те вопросы, которые не вызывают конфликтов. Все остальные – сначала обсуждаем на Согласительном совете, а потом – выносим в зал. Поэтому сессии проходят слажено и спокойно.

Хоть раз вы были готовы уйти в отставку?

Да, сразу после Революции… 24 февраля (2014 года – ред.), когда молодежь пыталась снести памятник Ленину в Запорожье, в горсовете собрались депутаты, представители всех партий, афганцы, общественные активисты. Мы подписали Меморандум, что во имя того, чтобы в Запорожье был покой, мы берем на себя обязательства не делать заявлений, которые разъединяют Украину. Также мы признали и.о. Президента (Александра Турчинова – ред.) и все изменения, которые произошли после Революции… Я уверен, что это сыграло очень серьезную роль, скажем так, в первый момент, чтобы ситуация в городе не пошла «в разнос».

Также я заявил, что подготовлю решение о переизбрании секретаря горсовета Романа Тарана (фракция Партии регионов – ред.) на представителя «Батькивщины», и после этого уйду в отставку. Но в какой-то момент активисты Евромайдана вышли из этого процесса, мол, считали, что я формирую себе большинство для управления в горсовете. С этого момента процесс по переизбранию секретаря зашел в тупик: я собрал 41 депутата (готового проголосовать за переизбрание секретаря и мою отставку – ред.), не хватило еще 5 голосов. Требовалось простое большинство, я бы уходил по собственному желанию. Если бы они (активисты Евромайдана – ред.) не остановили тогда этот процесс, я уверен, что сейчас не был бы мэром.