Все публикацииПолитика

Украинская "Реставрация"

Как вернуть в политику конкуренцию, а во власть – балансы?

Вариантов всего два. Первый – революционный (экспроприировать Межигорье, люстрировать, а затем депортировать все высшее руководство). Второй – эволюционный. Конкретно: восстановить статус-кво парламента и парламентаризма в Украине.

Соня КошкинаСоня Кошкина, Шеф-редактор LB.ua
Украинская "Реставрация"
Фото: Макс Левин

Вы помните Верховную Раду четвертого созыва? В 2002-м оппозиционная «Наша Украина» получает неожиданно значительный (прежде всего – для себя) результат.

Конвертировать его в большинство, однако, не получается – власть, опираясь на чутких к конъюнктуре мажоритарщиков, берет свое.

Весна 2004-го – политреформа не добирает меньше десяти голосов. Уже к осени большинство мажоритарщиков серьезно усиливают стан «оранжевых». Эпицентр политической жизни смещается в парламент. В последствии, именно здесь, а не на Банковой, решается исход революции.

С 2005-го по 2010-й (первую половину) Верховная Рада – эффективно действующая институция, непосредственно влияющая на соблюдение балансов и противовесов во власти, на формирование исполнительной ее ветви. Стороны треугольника ВР-КМУ-АП не всегда равнозначны, но все они бесперебойно функционируют.

В начале каденции ныне действующий Гарант опирался на трех китов: парламент, принимавший нужные законы; губернаторов, обеспечивающих их реализацию на местах, и силовиков, надзирающих за всем и вся. Министерские же портфели, в тот период, служили ничем иным, как формой поощрения представителям провластных группировок.

Фото: Макс Левин

Со второй половины 2011-го происходит медленное, но верное разрушение института парламентаризма. В результате, к исходу 2011-го, имеем совершенно отличную от прежней конструкцию власти.

Сегодня парламент более не является местом для дискуссий, наработки стратегии и тактики. Дискуссии, точнее – имитация оных, переместились в студии ток-шоу (хорошо, хоть так).

Местом принятия решений парламент тоже не является. Чего, кстати, не понимают демонстранты, истово требующие от депутатов восстановления социальной справедливости.

Нынешняя Верховная Рада выполняет, скорее, «декоративную функцию» - действительные рычаги власти находятся вне ее стен. Главные сконцентрированы в АП и КМУ. В Кабмине сейчас сосредоточено «золото партии» - кадровое, управленческое, финансово-промышленное. Люди, от усилий коих – как нынешних, так и будущих - зависит успех ПР в 2012-м. Поэтому в «донецком треугольнике» власти место парламента занял Кабмин, а Верховная Рада вытеснена на обочину политических процессов.

Третья, наиболее мощная сторона «треугольника», его базис - «Семья».

С этой точки зрения, 2011-й вполне логично назвать годом «внепарламентской политики в Украине». 2012-ый эту тенденцию должен поломать. Поломав – восстановить существовавшие балансы. В том числе – балансы элит. Иначе о смене политического ландшафта и речи быть не может.

«Битва за Раду»

И у власти, и у оппозиции, задачи на 2012-ый одинаковые – получить в Раде седьмого созыва большинство.

В понимании власти, «большинство» - это триста голосов. В понимании оппозиции – 226.

Фото: Макс Левин

Имея триста, можно не только менять Конституцию, но – что еще более важно – не бояться «бунта на корабле», внутренних противоречий.

Имея 226, несложно поколебать, а то и вовсе разрушить существующую систему.

Назначение Президентом премьера, членов КМУ, главы ГПУ, СБУ, НБУ и т.д. парламент одобряет простым большинством. Но, ведь может и не одобрить. Может даже к ответу их призвать. Или, допустим, отменить несправедливый закон. 226 – и нет у Высшего совета юстиции расширенных полномочий, нет зависимости судейского корпуса от власти. 226 – и неэффективный чиновник отправлен в отставку.

При наличии у оппозиции простого большинства (пусть даже ситуативного, под конкретные голосования), авторитаризм уже невозможен, власть обречена на поиск компромиссов и соблюдение балансов.

Таким образом, для восстановления относительно справедливых правил игры, достаточно «оживить» институт парламентаризма. Оживить, влив в него «свежую кровь».

«Битва за Раду» обещает быть жаркой, поэтому готовиться к ней стороны начинают загодя. Власть – менее активно. Горького урока, преподанного БЮТ последней президентской, ПР не усвоила. В 2009-м, как известно, лидера «сердечных» всецело поглотили премьерские обязанности, партия была отдана на откуп Александру Турчинову, у которого своих, вице-премьерских, забот хватало. Кампания велась на подмене понятий: «если дать хороший результат в КМУ – его почувствует вся страна. Все поймут, насколько мы эффективны, и проголосуют за ЮВТ». Итог известен.

В 2011-м история повторяется. Сделавшись Президентом, Виктор Федорович номинально передал бразды правления ПР Николаю Яновичу. Подчеркиваю: номинально. Каких-либо предметных действий для того, чтоб «размежевать» образ Януковича-Президента с образом Януковича-главного «регионала» предпринято не было. А зря. Ибо на сегодня рейтинг партии напрямую зависит от рейтинга президента. Ну, и наоборот.

Сообразно свежим данным КМИС, если бы президентские выборы состоялись в первой половине ноября, Виктор Федорович получил бы 12% голосов. Если бы это были парламентские – ПР насчитала б 12,5%.

В то время как – по оценкам самих регионалов – для благоприятного исхода гонки, им необходимо стартовать с рейтинговой отметки в 25%.

Очевидно, что усилиями одного только Кабмина (где сконцентрирован, повторяю, основной кадровый потенциал ПР), достигнуть ее невозможно.

Фото: Макс Левин

Увлеченный реформами, Николай Янович, в качестве партийного лидера, не слишком активен. Бессменный руководитель штаба ПР, главный их орговик Андрей Клюев – тоже.

Да, ряды ПР еще крепки, но нерушимы лишь до тех пор, покуда она является партией власти. Да, личной ответственности губернаторов, силы админресурса никто не отменял. Но, в 2009-м Тимошенко тоже так рассуждала…

Еще важный вопрос – кадровый состав. Кого возглавит битву «регионалов» за мандаты; кого сфотографируют для бигбордов; презентуют избирателям в качестве «новой надежды»? Не поднадоевшего ли всем Николая Азарова, который с чем-чем, с благими переменами точно не ассоциируется? Может, главу фракции ПР Александра Ефремова – идеального натурщика для полотен в духе «соцреализма»? Ну, разве разменявшего шестой десяток, но все еще довольно приятного глазу Сергея Тигипко…

Впрочем, кто сказал, что в 2012-м «старую гвардию» ПР - Азарова-Клюева-Колесникова-Ефремова-Тигипко-Богословускую и т.д. вновь отправят «на передовую»? Не пора ли уступить место тем, кого делегирует «Семья»?

На все эти вопросы ПР предстоит дать ответ в ближайшее время. Чем раньше – тем выше шансы на успех.

Яценюк плюс Турчинов, плюс … Тягнибок равно Клюев?

В стане оппозиции по-прежнему царят разброд и шатания, но доминирующая позиция: «для достижения цели все средства хороши». Даже – «взаимопонимание» (не путать с «сотрудничеством») с властью.

Фото: vsekommentarii.com

Тюремное заключение Юлии Тимошенко стало серьезным ударом не только для «Батькивщины», но всех партий оппозиционного толка. Они лишились не столько даже «путеводной звезды» (это тоже), сколько – единого центра.

Тимошенко была человеком, во многом определявшим формат отношений «власть-оппозиция». Перекладывать на нее ответственность за неудачи, присоединяться к победам, пытаться «присоседиться», либо – «засветиться» на фоне, младшим коллегам было очень удобно. Сегодня они обречены искать собственные пути.

«Батькивщине»-то попроще – рано или поздно ЮВТ оклемается, соберет волю в кулак и вернется к руководству политсилой. Пусть дистанционному, не столь эффективному, но тем не менее. В этом можете не сомневаться. Даже пребывая в тюрьме, она сохраняет субъектность, продолжая оставаться игроком первого уровня.

Ну, а прочим меньшевикам – «фронтовикам», остаткам «оранжевых», кличковцам и тягнибоковцам придется искать каждому свой путь.

Договариваться в формате «один за всех и все за одного», то есть – о едином списке, они не станут (соответствующие пожелания Юлии Владимировны игнорируются). Это понятно уже сегодня. Максимум – о «единых» кандидатах по мажоритарке. И то не факт – слишком велика вероятность «переругаться».

Инициатор подобной кооперации – Арсений Яценюк. Причем кооперации не только с «Батькивщиной», но даже... со «Свободой». Правда, с последней, исключительно по округам в Западной Украине. У «фронтовиков» там не очень, а Тягнибок, де, согласен.

Фото: Дмитрий Алексеенко

Вопросов возникает три:

А) присоединится ли к их дуэту Турчинов;

Б) как подобное воспримут избиратели молодых демократов. Думаете, электорату Винницы, Кировограда, Днепропетровска понравится известие о содействии – пусть разовом – «фронтовиков» с «бандеровцами» Тягнибока? Сомневаюсь.

Словом, очевидные имиджевые риски куда серьезнее вероятных (которых, может, еще и не будет) выгод;

В) трио «Батькивщины», «Фронта» и «Свободы»… Ничего не напоминает? Почерк Андрея Петровича не узнаете? Все в одной корзине и всех одним махом…

В чем меньшевики точно договорятся – так это по части защиты результатов. Чем больше людей каждому из них удастся завести в комиссии – членами, обычными наблюдателями, тем меньше вероятность фальсификаций.

В том, что они будут в принципе, сомнений нет. Нарушения случаются в каждую кампанию, вопрос лишь в масштабах. Если, на сей раз, чрезмерного усилия власть не проявит, оппозиционеры надеются завести в Раду 100-105 мажоритарщиков. Это – без «Удара» (остатки «НУ» и «НС» постараются интегрироваться в «Батькивщину»). Его лидер, Виталий Кличко, ни с потенциальными партнерами, ни с собственными амбициями все не определится. Пожалуй, для него, в данный момент, важно выбрать между многомиллионными спортивными контрактами на будущий год и полноценным участием в выборах седьмой Рады (провести ее дистанционно ему не удастся – калибр пока не тот).

Квазиавторитаризм

«Реставрация Стюартов» - не самый, возможно, благостный период в истории Британии, однако именно во времена «реставрации» страна переводила дух после череды гражданских войн, да набиралась сил перед Славной революцией. «Передышка» требовалась для того, чтобы возводить новый общественно-политический фундамент не на обломках-развалинах старого, но – элементарно – расчистить площадку.

В этом смысле, историческая аналогия с современной Украиной вполне уместна. Реставрация парламентаризма – шанс реставрации демократической (пусть даже относительно) системы в целом. Шанс не допустить установления авторитаризма.

Кто бы что не говорил, ныне действующий политстрой таковым не является. Скорее – квазиавторитаризмом. Ибо полноценный «режим» предусматривает:

- финансовую стабильность;

- популярность первого лица;

- мощь силового блока.

(Подконтрольность судебной системы, инфантильность гражданского общества, прессинг неподцензурных СМИ – как признаки вторичные – пока упускаем).

За примерами ходить далеко не надо. Начало «путинской эры» в РФ ознаменовалось:

- «культом личности» ВВП;

Фото: Макс Левин

- экономическим расцветом;

- постепенным «закручиванием гаек» силовиками: от проверок паспортов и «регистраций» на улицах до освоения практики «посадки» неугодных граждан по экономическим статьям;

- сворачиванием свободы слова, не знавших практически ограничений при Ельцине.

Десятилетие спустя, поток нефтедолларов существенно ослаб, «марши несогласных» сделались приметой времени, «список Магнисткого» - приговором российским чинам, Путина даже освистывают на рингах, но рейтинг его по-прежнему высок, а «единоросы» по-прежнему контролируют в Думе большинство (пусть даже не конституционное).

Или, вот, Беларусь. Лукашенко пришел к власти еще в 1994-м. «Модернизированная» версия плановой советской экономики, поддержка Кремля, позволяли долгое время успешно осуществлять эффективную социальную политику. Серьезные бонусы получили бюджетники, рабочие, крестьяне – то самое голосующее, математическое большинство. Способы примитивные, но они работали. «Рефлексирующее меньшинство» переродиться в полноценное гражданское общество не успело.

Сегодня тюрьмы Беларуси переполнены политзаключенными; население испытывает дефицит наличной валюты; для того, чтоб купить мясо, очередь в гастрономе приходится занимать с семи утра. При всем этом, симпатии к Лукашенко по-прежнему значительны.

Во втором туре последних президентских выборов Виктора Януковича поддержало чуть больше половины проголосовавших. На сегодня численность его приверженцев сократилась, как отмечалось, в три раза.

Фото: Макс Левин

Наличествующий админресурс позволяет «купить» народную любовь, но в казне на это нет средств. Экономическая ситуация, о чем много и подробно рассказывали авторы LB. ua, просто катастрофическая. Очевидно, это еще станет определяющим фактором дальнейшего развития политической ситуации.

Единственный из соблюдаемых «критериев» авторитаризма – усиление силового блока.

Так, согласно проекту госбюджета на будущий год, для МВД предусмотрено 14,435 млрд., ГПУ - 2,478 млрд., СБУ - 3,258 млрд., Минобороны - 17,402 млрд.

Сравнимо с 2011-м, увеличение не слишком велико (МВД - 13,858 млрд., ГПУ - 2,271 млрд., СБУ - 3,022 млрд., Минобороны - 13,689 млрд.).

Зато если сопоставить с 2010-м (МВД - 11,807 млрд., ГПУ - 1,218 млрд., СБУ - 2,405 млрд., Минобороны - 11,335 млрд.), выводы напрашиваются вполне очевидные.

Впрочем, вряд ли прибавки к жалованию «силовиков» в канун кампании существенно изменят «общую температуру по больнице». Структурирование российского и белорусского силовых блоков длилось годами. В первом случае «люди в погонах» получили возможность «зарабатывать». Во втором – государство само создало для них «тепличные условия».

Но, как уже доводилось однажды писать, режим может держаться на штыках, но не может держаться на финках. Тем более, квазирежим.

Соня КошкинаСоня Кошкина, Шеф-редактор LB.ua