Все публикацииПолитика

Иллюзия собственного страха

Нынешнюю украинскую власть обвиняют в „клонировании” российского опыта по различным направлениям – от вертикали власти до пресловутых „национальных проектов”. Возможно, критики в чем-то правы.

Иллюзия собственного страха

Но отечественная оппозиция от власти как минимум не отстает, а, наоборот, даже с большим рвением перенимает опыт своих российских коллег-оппозиционеров.

В Украине ситуация – иная; но Юлию Тимошенко и ее соратников от выборов до выборов почему-то упорно тянет в „новодворщину”. О чем и свидетельствуют предварительные итоги местных выборов 31 октября.

Истоки такого отношения к выборам следует, наверное, искать в биографиях лидеров нынешней оппозиции. В 2000-2004 годах риторика о циничной, фальсифицирующей выборы власти воспринималась на ура и была для страны в новинку. Тогдашние „оранжевые” у власти не пребывали, и имели весьма высокий кредит доверия, поддержку миллионов, готовых протестовать против ненавистной власти. В тех условиях резкая риторика была вполне оправданной политической технологией. Но времена меняются – а политики и их лозунги остаются все теми же.

После ряда выборов, на которых Тимошенко последовательно увеличивала свое присутствие в советах различных уровней, любое отступление воспринималось как провал. Проигрыш выборов – это ведь еще и удар по мифу „сильной партии во главе с сильной личностью” - олицетворению сил Добра, противостоящего Злу. А на настоящих, честных выборах Добро всегда должно побеждать. Поэтому, согласно картине мира представителей Блока Тимошенко, в Украине возможны только две категории вида выборов – те, на которых БЮТ (Батькивщина) побеждает; и выборы, фальсифицированные циничной властью.

Все фото: Макс Левин

Вспомним Тернопольскую область, 2009 год: неудачная попытка отмены выборов оказалась для БЮТ холодным душем. Полукомичные попытки отказа БЮТ от участия в выборах привели к лишению представительства в облсовете одного из базовых регионов для партии, находившийся тогда еще, кстати, далеко не в глухой оппозиции. Ведь голосование, как водится, „сфальсифицировала преступная власть”, а сами выборы были обьявлены „наиболее грязными и циничными в истории Украины”.

В тот раз обошлось. На президентских выборах тернополяне все-таки поддержали Тимошенко, но сама кампания-2010 стала крупнейшей неудачей для лидера БЮТ. Между первым и вторым турами паника БЮТовцев, их неуверенность в положительном результате и страх проиграть выборы былы весьма заметны. Вместо положительной агитации и уверенности в победе избиратели увидели „борьбу с готовящимися фальсификациями” и молитвенное телешоу на 15-градусном морозе, более походившее на поминки.

Неудивительно, что не без участия конкурентов начали интенсивно циркулировать слухи о снятии Тимошенко с выборов по „тернопольському сценарию”.

Традиционные угрозы Майданом, ни к чему не привели. Сразу же после обьявления результатов экзит-поллов выборы в штабе Тимошенко назвали „наиболее грязными за всю историю избирательного процесса в Украине”.

Во всей же красе контрмобилизационный потенциал „Батькiвщини” проявился на прошедших местных выборах. Подготовка к ним должна была бы (независимо от неопределенности с датой) начаться еще 8 февраля. Но вместо рутинной работы – анализа ошибок, приведения в порядок собственных парторганизаций, уставов, документации, кадров – БЮТовцы втянулась в бесперспективные судебные процессы и шашкометания в Раде.

Неизвестно, какую цель преследовали соратники Тимошенко, обьявляя предстоящие местные выборы „фарсом” и не признавая их результаты еще до дня голосования. Можно понять, например, Анатолия Гриценко, накануне выборов обьявившего о том, что день голосования ничего не решает. Ведь партия Гриценко, как свидетельствуют экзит-поллы, вышла из амплуа „непрохідної” только в областном совете родной для него Черкасской области.

Но почему партия „Батькiвщина”, имеющая, несмотря на ряд проблемных регионов, вполне сильных кандидатов, еще до выборов обьявила о заведомой фальсификации голосования? С одной стороны, „Батькiвщина” призывает „не мерять среднюю температуру по палате” посредством обобщения результатов по Украине, с другой – обьявляет волеизъявление граждан 31 октября „полностью искаженным”. Неискушенному избирателю ведь не до особенностей регионального „клонирования” Батькiвщины - ему важно знать, что предлагает кандидат для решения проблем его города или села.

И здесь украинские оппозиционеры рискуют попасть в одну из ловушек, которые свели на маргинес и российскую, и белорусскую оппозицию: если выборы уже сфальсифицированы, зачем принимать в них участие? Если власть настолько всесильна, если она не остановится ни перед чем, если все уже решено – зачем тогда недовольному властью избирателю утруждаться и ходить на участок?

Фальсифицирование выборов, разумеется, преступно. Но не менее преступно, по крайней мере, для гражданского сознания – заведомо ложное (или скажем так – непроверенное) сообщение о готовящихся фальсификациях. Ведь неверие в возможность изменить власть посредством голосования как раз и побуждает апатию граждан. На которую так любят сетовать отечественные политики.

И вполне возможно, что тот же Арсен Аваков, достигший, вопреки мрачным прогнозам, хорошего результата на выборах мэра Харькова, чувствовал бы себя во время подсчета голосов намного более уверенно, если бы ему удалось еще лучше мобилизовать свой электорат. Но достичь этого можно было бы явно не рассказами о „терроре и страхе в глазах” и, конечно же, традиционным обьявлением выборов 31 октября „наиболее грязными за всю историю независимости” и происками нечистой силы. Это, конечно, очень просто, всеобъемлюще и многое обьясняет. Может, именно поэтому от иллюзии собственного страха нашим оппозиционерам избавиться намного сложнее.