Все публикацииПолитика

Дмитрий Корчинский. Не поэт, не философ

«Когда тебе скажут "это философ", спроси, по какой статье он сидел? Когда скажут - "это поэт", спроси, где он воевал?». Это, пожалуй, самая известная цитата из книги Дмитрия Корчинского «Война в толпе». Войну в толпе мы увидели 1 декабря на Банковой. Первый результат этой войны мы знаем: 9 непричастных, случайных людей, которых сейчас судят без прав и правил, которым сейчас светит до 8 лет. Больше полусотни зверски избитых Беркутом – женщин, студентов и просто молодых людей, журналистов. И еще много людей – списки уточняются органами – над которыми висит дамоклов меч: за избиение внутренних войск. Кто уже в этих списках, кто еще в них попадет? Раз сидят невиновные, вероятность такого «попадания» есть у любого из нас, даже если он в этот момент не был на Банковой…

Илона ЗаецИлона Заец, обозреватель ТЭК

Фото: Макс Левин

Результат другой войны – 9 декабря 2001 года, начало акции «Украина без Кучмы» мы помним: 14 унсовцев, получивших и отсидевших срок до 5 лет за «жестокое избиение» милиции. Помните картинку с милиционером, которому «провокаторы и террористы» сломали палец? Тогда посадили всех участвовавших в акции. «Если б мы скрылись, власть нашла бы кого посадить», - говорят ребята, отсидевшие от двух до пяти.

Дмитрий Корчинский срок не получил. Ни тогда, ни сейчас. Не философ.

Где воевал Корчинский, тоже мало кто знает. Пишу эту статью сразу после пресс-конференции жены Корчинского в офисе УНА-УНСО, уточняю у ребят. Мнения расходятся: кто-то вспоминает, что видел в Приднестровье, кто-то – в Грузии, кто-то - в Абхазии. Уточняю: на передовой? Мнения сходятся: нет, он на войну приезжал… То есть, не поэт.

Зачем Оксана давала сегодня пресс-конференцию, толком мало кто понял. Рефреном звучали три вопроса: “Оксана, зачем Вы здесь?”, “Причастно ли «Братство»?” и “Где, собственно, сам Корчинский, почему прячется за спины, в том числе и Вашу?”.

Периодически выходя в богословский астрал и рассказывая о необычайном повседневном героизме группы «Братство» на волонтерском фронте, Оксана мучительно уходила от этих вопросов, выдавая весьма противоречивую информацию.

Во-первых, по ее словам, Дмитрий Корчинский не является провокатором, провокаторов во время известных событий 1 декабря на Банковой не было вообще. Была патриотичная, радикальная молодежь, которая не хотела танцевать. Которая хотела дать решительный отпор людям, которые обидели Родину, обидели свой народ, «а по православным понятиям, если ты обидел Родину – ты обидел Бога». И вообще искать в этих событиях (били милицию одни, ответку от “Беркута” получили другие - прим.) провокацию, по словам пани Оксаны, - паранойя. Это если вкратце. Впрочем, это и раньше писал в своем фейсбуке Дмитрий Корчинский. То есть, собрали нас не для этого.

Фото: Олекса Балюра/crime.in.ua

Во-вторых, Оксана Корчинская, по ее словам, вышла на пресс-конференцию вместо мужа, и, несмотря на его уговоры «не ходить – не поймут-с», чтобы «обратиться к добровольным помощникам силовым органам» – ГПУ, МВД, СБУ, которые предоставляют им видео и фото событий: «Не делайте этого, вы же знаете, как можно сделать завтра эти материалы будут использованы против вас». «Запугивает?» - перебрасывались между собой операторы, пожимая плечами.

Да, действительно – риск того, что против тех, кто предоставит данные будут заведены дела, есть, и он большой в нашем нынешнем неправовом государстве. И те журналисты, которые в не самых комфортных условиях делали свою работу – как сирийские, как греческие, как грузинские - дискомфортны сегодня для власти. Но, видимо, в системе координат Оксаны Корчинской нет таких раскладов, когда приходится идти на риск для спасения невиновных. Девяти невиновных человек, которые уже получают максимальную меру пресечения – 2 месяца. Пока только девяти.

И, в-третьих, Оксана Корчинская озвучила весьма «оригинальную мысль» о виновной в крови на Банковой бездеятельной, марионеточной оппозиции, которая использовала Майдан в собственных целях и разочаровала радикальную молодежь: «Оппозиции был нужен Майдан, а Порошенко – кресло премьера». И, по словам пани Оксаны, именно по вине оппозиции сегодня сидят люди: «На Банковой действовала радикально настроенная молодежь, и если бы оппозиция не сдала эту молодежь, никто не сидел бы». Слова Корчинской напомнили чьи-то выступления с трибуны на Михайловской, предшествовавшие трагедии на Банковой: «Кровь студентов на руках Русланы, но здесь сейчас собрались не студенты, а вполне взрослые люди, которые могут постоять за себя, и готовы уже завтра пойти и свергнуть власть, которая так жестоко обошлась с нашими детьми».

Прервав ее типичный для последнего времени поток обвинений в адрес оппозиционных партий, кто-то из журналистов спросил, почему Дмитрий Корчинский в своем фейсбуке 1 декабря резко изменил свое отношение к оппозиции, написав, что «немного погорячился, сказав, что в действительности она хорошая, только не все понимает сразу. Мы должны ее поддерживать, потому что лучшей у нас покамест нет». Не связано ли это личной встречей Корчинского с Виталием Кличко, которая могла закончиться не просто словами. Вопрос - уже традиционно для этой пресс-конференции - остался без ответа. «Кличко зря доверился Петру Порошенко», - сказала Оксана Корчинская, чем укрепила в присутствовавших мысль, что лидер «УДАРа», видимо, поработал с Корчинским не словом, а делом.

Та же участь – уход от ответа – постигла и наиболее часто задаваемые вопросы: причастно ли «Братство» к событиям на Банковой, откуда взялся экскаватор и руководил ли событиями Корчинский. Диалог Оксаны с журналистами по всем трем направлениям происходил по схеме фрагмента из «Трех мушкетеров»: «- Я не сказала «да», милорд. – Вы не сказали “нет”». Свое нежелание прямо ответить на четко поставленный вопрос она обосновывала тем, что за всеми следят, включая ее детей. По ее словам, Корчинский не появляется, потому что параллельно несколько органов на него готовят большое дело. Это позволит им обвинить его в событиях, которые происходили при захвате Дома профсоюзов и КГГА.

«Если я отвечу, я тем самым надену наручники на многих людей, вы хотите этого»? – спрашивала Оксана Корчинская. На уточняющий вопрос LB.ua, дескать, ничего, что сейчас наручники надеты на невиновных и непричастных, пани Оксана заверила, что они – “Братство” – помогают. Чем? Стоят на Майдане. И вообще, это их, Братства, волонтеры с красным крестом спасали пострадавших от кийков и сапог “Беркута”. К слову, машина с красным крестом стояла у Банковой задолго до сбора там толпы и начала боевых действий.

Резюмировала Оксана Корчинская свое выступление неожиданным выводом. Так и не ответив на много раз прямо поставленный вопрос: «Где, собственно, сам Корчинский – в Украине, в России, в более дальнем зарубежье?», она заявила: «Меня удивляет, что тут (в зале для пресс-конференций УНИАН - прим.) так много людей, которые работают на силовые органы».

У всех, кто выходил с сегодняшней пресс-конференции жены Корчинского, а журналистов было – файеру негде упасть, на лице было написано удивление: что это было, зачем, и где, собственно, информация. Все, что нам сказали, уже написано в Фейсбуке главы “Братства”. Кроме, разумеется, просьб не делиться информацией, непрямых угроз и обвинений.

Ответ на вопрос «зачем выступала Оксана Корчинская» появился через несколько часов после пресс-конференции, когда от зампрокурора Киева стало известно, что Корчинский объявлен в розыск как подозреваемый в организации массовых беспорядков на улице Банковой 1 декабря. Синхронно с этой новостью было озвучено обещание УНА-УНСО наградить знаком отличия партии того, кто задержит и сдаст властям Дмитрия Корчинского.

«Воин должен сражаться и побеждать, а в случае проигрыша – нести ответственность за поражение», - скупое резюме людей, которые прошли не одну войну – не в окопах, а на передовой, сражаясь при этом за независимость Украины. Ведь, по словам того же Корчинского, воевать за независимость своей страны лучше все-таки на чужой территории. Не рискуя жизнями простых украинцев.

Илона ЗаецИлона Заец, обозреватель ТЭК