Все публикацииПолитика

Сто дней без приговора

На фоне пышных празднеств ста дней президентства Януковича, правительства Азарова, практически незамеченной остается другая дата. Надвигающаяся стодневка отсидки Диденко, Макаренко. Чуть «скромнее» тюремный стаж Иващенко и Шепитько. Для «полноты картины»: открывшийся сезон охоты СБУ за мэрами небольших городов. Только за последний месяц были задержаны мэры: Новомосковска, Немирова, Каменец-Подольского. И бывшим чиновникам Тимошенко, и опальным градоначальникам, вменяют одно и то же: экономические злодеяния. Первым – расхищения в особо крупных. Вторым – взяточничество.

Соня КошкинаСоня Кошкина, Шеф-редактор LB.ua
Сто дней без приговора

Вероятно, подобную активность силовиков по противлению коррупции стоило бы даже поприветствовать. Если б не одно «но». Аресты происходят:

а) на фоне избирательной кампании;

б) «под аккомпанемент» заявлений Премьера Азарова о том, что культивация в согражданах страха – лучший способ наведения порядка, а количество арестов – лучший показатель борьбы с коррупцией.

И по каждой «жертве» есть еще политический аспект. То ли случайно, то ли – нет, не/совпадающий с экономическим.

Так, мэра Каменец-Подольского, претендовавшего, по сведению правоохранителей, на незаконное «вознаграждение» в 300 тысяч гривен, не спас даже выход из рядов «Батьківщини», где он активничал не один год. Силовики «приняли» его ровно через неделю после написания заявления. Мэр Новомосковска в Днепропетровской области был «белой вороной» - одним из немногих градоначальников, не вступивших в ПР при новой власти. Однозначным все кажется только с мэром Немирова: его «гоняли» еще с конца июня, когда он попался на взятке почти в два миллиона гривен.

Анатолия Макаренко, как известно, задержали вообще первым – в конце июня. Через две недели – в начале июля – Диденко. По странному стечению обстоятельств взятие под стражу (силами бойцов спецподразделения, причем прямо в кабинете стоматолога, где Диденко, в ту минуту, восседал в докторском кресле с открытым ртом) экс первого зам-главы Нефтегаза случилось аккурат в день юбилея Виктора Януковича, 9-го июля. Что у многих наблюдателей породило грустную аналогию: журналистку Анну Политковскую убили 7-го октября 2006-го – в день рождения Премьера Путина. Как говаривала небезызвестная Масяня: случайно получилось. Может, конечно, и случайно, но общая тенденция очевидна. Как на региональном уровне, так и на общестрановом. Тенденция, характеризующая новую власть и новые порядки ничуть не менее красочно, чем «подъем экономики», о котором бодро рапортуют чины всех уровней.

Рассмотрим на конкретных примерах.

***

Итак, стодневка. Если совсем точно, «круглая дата» приходится на конец октября – минимальный, судом установленный, срок, до которого Диденко с Макаренко предписано «куковать» на Лукьяновке. Теоретически, происходящее, как говорилось, можно списать на «восстановление справедливости», борьбу – в рамках «наведения порядка» - с экономическими преступлениями.

Практически, сделать это довольно сложно. По ряду причин:

- очевидности «политической» подоплеки дела;

- наказания стрелочников, а не истинных «вдохновителей» отбора газа у РУЭ (хоть Тимошенко и предложила – в прямом эфире - сажать ее, делать это, почему-то, не торопятся. Как, в 2005-м, сцапав Колесникова, не торопились упечь Ахметова);

- четко прослеживающейся «российской кальки» разворачивающегося дела.

Почему «российской кальки»? Стремления во всем быть похожим на «большого брата» нынешнее руководство Украины не скрывает. Даже если пример, подаваемый Белокаменной, откровенно дурен.

Так, в России экономические преступления составляют 71% (!) всех заводимых дел. По этому показателю РФ лидирует во всем мире! На втором месте, прости Господи, Южная Африка (62%), на третьем – Кения (57%). Отчего так? Оттого, что в России экономические преступления – верный способ давления на неугодных бизнесменов, разборок между партнерами, прессинга «вольнодумцев».

О чем свидетельствует простой факт: из трех миллионов (!) дел, ежегодно возбуждаемых по экономическим статьям (данные издания «Деловая Россия»), в половине случаев подозреваемых – на время расследования – сажают за решетку. И хотя две трети дел в суде потом рассыпаются, «сидельцам» от этого не легче. Еще и потому, что за период «отсидки», их бизнес либо несет колоссальные убытки (в лучшем случае), либо полностью присваивается конкурентами (в худшем). Обогащаются не только инициаторы посадки. Те, кто сажает, тоже. Сперва «закрыть», потом – вымогать деньги за выход на волю – схема весьма распространенная. С того, кто на подписке о невыезде, что возьмешь? Потому в СИЗО массово и «упаковывают».

Фото: www.rian.ru

В той же России билет на «свободу» «стоит» от 50 тысяч долларов – до миллиона. Зависит от серьезности обвинений. Впрочем, если есть «заказ» на посадку – деньги не помогут. Знают ли о беспределе силовиков, об этом их специфическом, с позволения сказать, «бизнесе», власть имущие? Конечно, знают. И молчаливо поощряют. Ибо любой режим, любая империя, коей является современная Россия, держится на штыках.

Посему силовики должны себя хорошо чувствовать. Поскольку обеспечить высокие бюджетные выплаты опричникам бояре не могут – позволяют им промышлять узаконенным разбоем. Главное слово «узаконенным» - юридически претензии жертвам предъявляются безупречно – комар носа не подточит.

Хотя всем вокруг очевидно: очередной предприниматель попал «под раздачу». Закон суров, но он – закон. О том, что отдельные статьи УК РФ будто специально написаны для прессинга предпринимателей, лучше помалкивать. Украина медленно, но верно продвигается по аналогичному пути. И если Диденко с Макаренко таки дадут срок (к чему все уверенно идет), первый этап «эксперимента» можно будет считать успешно завершенным.

Успешно, ибо далее аналогичную схему можно будет применять абсолютно ко всем. От Турчинова, до владельца сигаретного киоска. Усиление полномочий Налоговой (на глазах превращающейся в едва ль не карательный орган), выписанное в новом тематическом законодательстве с подачи Премьера Азарова – первый тревожный звоночек.

Фото: obozrevatel.com

Пример параллельный (плоскость иная, но схема та же) – закон о местных выборах, принятый так, что вся кампания сводится, де-факто, к написанию «нужного» протокола «нужными» людьми. Впрочем, раз уж речь зашла о России – еще один штрих – показательный для отношений в тандеме Путин-Медведев (для сомневающихся).

В тандеме, где, как не единожды уже писал Lb.ua, роли распределяются следующим образом: Медведев что-либо инициирует, Путин – почти все (по крайней мере то, что не считает нужным) блокирует. Так, в частности, получилось с поправками к Уголовному кодексу, внесенными Президентом Медведевым в Думу в конце зимы – начале весны. Внесенными в унисон призыву Дмитрия Анатольевича «перестать кошмарить бизнес».

Фото: www.npr.org

«Сажают сначала в зиндан по наводке конкурента, а потом выкупают оттуда за бабки», - констатировал он на одной из встреч с предпринимателями. Изначально медведевские правки были достаточно прогрессивными, однако – в процессе обсуждения, между первым и вторым чтениями – большая часть их позитивов как-то незаметно стерлась. Не без активного участия представителей правительства РФ (напомнить, кто его возглавляет?). «Содержание документа не соответствует указанным целям», - говорилось, в частности, в документе, подписанном главой аппарата (!) правительства Сергеем Собяниным.

***

Ужас ситуации в Украине не в том, что пришли одни чиновники – посадили других. В том, что все это происходит в 21-м веке в стране, движущейся – по крайней мере, декларативно – в Европу. В том, что создается прецедент. За годы независимости поколения высшего руководства страны менялось не раз, но никто никого не сажал. По крайней мере, надолго и всерьез. За Криворожсталь – не сажали, за Северодонецк – не сажали, а вот за РУЭ – сажают. Порождая, опять таки, прецедент. Ибо тех, кто сажает сегодня, вполне могут посадить завтра. Повод найдется. Повод – вопрос имиджевый.

Так, сегодня атаки на подчиненных ЮВТ (не забудьте о розыске Татьяны Слюс и Богдана Данилишина) – ни что иное, как «имиджевый» элемент кампании по дерибану газа Фирташа. Ибо просто разделить экспроприированный газ – не столь эффектно, как разделить его под аккомпанемент судебного приговора тем, кто его делить не давал. Имиджевые войны могут быть разные, но живые люди заложниками разборок становиться априори не должны. Заложниками в прямом смысле, поскольку дни коротают не где-нибудь, в Лукьяновке. В СИЗО, входящем в пятерку темниц (по стране) с самыми худшими условиями содержания.

Фото: liga.net

В СИЗО, в котором наиболее часты прецеденты самоубийств, также – попыток самоубийств «сидельцев» (внутренняя статистика Департамента по исполнению наказаний).

Известно: «дело РУЭ» инициировало СБУ, следовательно, все подозреваемые – даже если им и следует выбирать нормой пресечения не подписку, а заключение – содержаться, должны, по логике, в следственном изоляторе СБУ. Специально предназначенном для высокопоставленных узников. Где не только более комфортные условия содержания, но и выше степень безопасности.

Так что факт перевода подозреваемых по делу РУЭ в СИЗО №13 – форма прессинга, не иначе. Направленная на то, чтоб их морально надломить. Всех остальных – запугать. С запуганными оппонентами проще, знаете ли, разговоры разговаривать. Запуганным народом – проще манипулировать. Это еще не 37-ой, но все к тому идет. Точнее – к 41-му. Когда в начале войны Советская армия оказалась обескровленной – лучшие полководцы были либо сосланы, либо – расстреляны.

«На дворе модернизация, а «умную» экономику строить некому. Все строители сидят в СИЗО», - мрачно шутят российские бизнесмены. Они, как никто, понимают: нынешние сановные узники – нечто вроде подопытных кроликов для украинской власти. «Прокатит» с чинами высшими и «служивыми» помельче – «прокатит» со всеми остальными. Думаете, случайно, сообразно новому Налоговому Кодексу (привет славной ГНАУ времен Азарова!), налоговые инспекторы наделяются небывалыми рычагами административного воздействия на бизнес? Проще говоря: шантажа. За что не несут, разумеется, никакой ответственности. То-то же!

Хотя – возвращаясь к «кроликам» - понятно: ни Макаренко, ни Диденко, ни даже Шепитько с Иващенко – центром целеполагания не являются. Ни Данилишин со Слюс. О мэрах и говорить не стоит. Они – обычные «стрелочники». Никто из них, даже гипотетически, не может стать «украинским Ходорковским». Хотя б потому, что Ходорковского российские власти «раскулачивали», не в последнюю очередь, из-за подозрений в излишних симпатиях оппозиции. У отечественных «узников» масштаб, все ж, не тот. Это если уж о политической составляющей.

Фото: Макс Левин

Вот, Тимошенко с Турчиновым – иное дело. Но их пока только кошмарят. Турчинова – больше, Тимошенко – меньше. Ключевое слово – пока.

***

Взывать к христианским добродетелям властей (столь, зачастую демонстративным), благородству, гуманизму, Lb.ua кажется не слишком уместным. Куда более действенным может оказаться осознание властями двух банальных фактов. Одного – внутриполитического. Второго – внешнеполитического. Начнем с менее значимого – внутриполитического. Можно, конечно, тешить себя мыслью о том, что не столь много украинцев понимают: кто такие были Диденко, Макаренко при «прежней власти», какие решения принимали и т.д. Но, вот простая ремарка: в прошлом году «Бутырка–блог» – он-лайн дневник бизнесмена, упрятанного за решетку за некое «экономическое преступление», стал одним из самых читаемых (!) блогов рунета. Конечно, самый читаемый блог – еще не показатель для многомиллионной России. Если не уточнять, что вдумчивые потребители интернета – так называемые «лидеры мнений», самая продвинутая часть общества, непосредственно формирующая запрос на ту или иную власть. Если не сию секунду – в перспективе ближайших выборов. Параллели с Украиной растолковывать?

Фактор внешнеполитический более «сложносочиненный». В Европе - прошлою зимой буквально «замерзавшей» во время газового кризиса, прекрасно помнят: кто именно от Украины активничал на переговорах в Москве, чьими подписями завизированы основные документы, позволившие вновь открутить вентиль. Проще говоря: кто дал газ. Тот, кто сегодня греет нары шконку. В Европе также блюдут права человека. Двести тысяч узников, почти две сотни тюрем – слишком, даже для столь немаленькой страны, как Украина. Не говоря о том, в каких условиях эти узники содержатся. И во сколько обходятся налогоплательщикам. Так что, если завтра в Лукьяновку нагрянет международная проверка – кому-то на Банковой вновь придется научиться краснеть.

Соня КошкинаСоня Кошкина, Шеф-редактор LB.ua