Все публикацииПолитика

Украинское феодальное право. Введение в курс

Общение власти и оппозиции на тему репрессий свидетельствует: в Украине утвердилось феодальное представление о праве и правосудии, с чем практически согласилось и общество.

Артём ГорячкинАртём Горячкин, журналист
Украинское феодальное право. Введение в курс

Если обобщить этот заочный диалог, все сводится к следующему:

Оппозиция: «Почему вы наказываете провинившихся только из нашего табора? Это преследования!» (слово «табор» некорректный перевод слова «табір», зато удачно характеризует политические лагеря в широком смысле – А.Г.)

Власть: «Это не преследования!»

Оппозиция: «Докажите!»

Власть: «Доказываем: мы наказываем также людей из нашего табора».

То есть, доказательством справедливости служит не справедливый суд, а равноценное наказание по квотному принципу. «Ведь этой власти нужно будет доказать, что она борется с коррупцией».

В Украине ...произошло восстановление централизованной феодальной структуры. На ее вершине – Президент. Все остальные – явные и косвенные, нынешние и потенциальные вассалы Президента-сюзерена, либо те, кто сопротивляется его власти и установлению нового политического режима.— Королевский пасьянс. Игроки украинской политики во второй половине 2010 года

Обратите внимание, что нигде не наблюдалось возмущения действиями властей по поводу арестов людей из «табора» Виктора Януковича. Оппозиция не требует справедливого суда над ними. Она требует прекратить наказывать людей из «своего табора» и/или начать «со своего табора».

Требование начать наказывать «с себя» прекрасно иллюстрирует то, что в представлении власти и оппозиции является нормой отношений.

По закону президент страны обладает большим объемом прав и полномочий, чем лидер партии. Тем не менее, Юлия Тимошенко пытается игнорировать этот факт (обосновывая свои права тезисами: «выборы были сфальсифицированы», «за меня проголосовало полстраны») и старается держаться с Виктором Януковичем на равных. А потому очень болезненно воспринимаем любое применение власти по отношению к себе. Ведь в феодальном праве – равный не может судить равного. Тем более, не может наказывать и преследовать. Не потому, что незаконно. Этого просто не может быть. Иначе - война.

В судебной процедуре обходились без адвокатов, и всякий, кто имел власть, был судьей— Марк Блок, "Феодальное общество"

Но это не прихоть Юлии Тимошенко. Власть мыслит точно так же. Именно поэтому звучит оправдание: «Своих мы тоже сажаем». Именно поэтому власть болезненно реагирует на обращения «табора» оппозиции в европейские структуры. Ведь для нее - ЕС такая же равная власть. А значит для украинской власти унизительно терпеть нравоучения от равного (как она предполагает) себе по статусу субъекта.

Если бы обвинение политическому беженцу Богдану Данилишину зачитывала лично Юлия Тимошенко с балкона дома напротив Софийского собора, то это было бы воспринято ее соратниками, оппонентами и обществом как должное. Точно так же, как общество благостно воспринимает слухи о том, что глава государства якобы ударил «своего» губернатора за плохие экономические показатели.

Но только заходит речь о драке между представителями разных «таборов» и – украинские Монтекки готовы броситься на украинских Капулетти со шпагами наголо.

Повсюду судьба юридического наследия предыдущего периода зависела от одного авторитета — обычая, единственного в то время живого источника права, и государи, издавая законы, старались только по-своему его толковать— Марк Блок, "Феодальное общество"

То есть, существует представление о делении людей на «своих» и «чужих», на «ее» и «его», которых чужой сюзерен не может наказывать.

О феодальном характере сложившихся правовых обычаев свидетельствует также неоправданная жестокость правоохранителей при применении норм права. (Кстати, все жалеют экс-замминистра юстиции Евгения Корнийчука, которого арестовали едва не в роддоме, но никто не жалеет Руслана Кухаренко, который увидел свою дочь только выйдя из СИЗО).

Это ненормально в государстве, где действует закон. Но это вполне нормально для феодального государства.

Мой двоюродный брат скончался в 24 года от туберкулеза, подхваченного в колонии, куда его посадили за велосипед, украденный пьяной компанией «по малолетке». Фактически, в стране, гордящейся первой в мире конституцией, его приговорили к смертной казни за кражу рамы и двух колес с погнутыми спицами. Покойного автора Lb.ua Владимира Ткача свели в могилу проблемы со здоровьем, которые начались у него после отсидки в СИЗО.

Это большое горе для родных и близких. Это просто не укладывается в голове. Но это нормально для феодального общества, где депутат охотится на крестьян, а крупу для столичного гастронома фасуют рабы.

Одним из следствий признания силы обычая слишком часто было узаконение насилия и расширение сферы его действия— Марк Блок, "Феодальное общество"

Это не черта правления Виктора Януковича (оба случая имели место при Ющенко/Тимошенко). Это - система. Черта правления Януковича в том, что как никогда четко проявляется итог двадцатилетней трансформации украинского общества – со всем его упрощением социальных стандартов и отказом от той их части, которые требуют значительных ресурсов для поддержания.

Что делать?

Бороться? С этим сложно бороться в обществе, где возмущаются не избиением человека, а тем, что его побили сильнее, чем можно.

Лучше поищите себе достойного сюзерена. Или уходите в Город.

Артём ГорячкинАртём Горячкин, журналист