ГлавнаяПолитика

И возвращается ветер

Именно так называется книга одного из основателей диссидентского движения в СССР Владимира Буковского. В тюрьмах и лагерях он провел, в общей сложности, 12 лет. В 1976-м его обменяли на лидера чилийских коммунистов Луиса Корвалана. В интеллигентских кругах тогда родилась шутка: «обменяли хулигана на Луиса Корвалана, где б найти такую б..ть чтоб на Брежнева сменять».

В 1978-м Буковский издал воспоминания. «И возвращается ветер» - удивительно беспристрастная, вместе с тем – насквозь пронизывающая книга, летопись сопротивления тоталитарному режиму.

Вне сомнений, рано или поздно, Надежда Савченко тоже напишет книгу. Вполне возможно, первой ее страницей станет 25-е мая 2016-го года – день, когда после почти двухлетнего провала, легендарная летчица ступила на родную землю.

Фото: Макс Требухов

Соня Кошкина Соня Кошкина , Шеф-редактор LB.ua

О том, что освобождение Савченко – реальность (а не просто давно муссировавшиеся слухи), стало известно накануне вечером, 24-го числа. В АП уже готовились отправлять за ней самолет, однако официально сие не анонсировали – опасались форс-мажора. Символично, дата совпала с второй годовщиной избрания Петра Порошенко на пост главы государства. Можно даже сказать, это – своеобразный подарок Петру Алексеевичу. Подарок, который он обеспечил себе сам. Кто бы как к главе государства не относился, невозможно оспорить: титанические международные усилия, филигранные договоренности с Путиным (указы о помиловании Савченко и российских ГРУшников были подписаны в один день, а сами они синхронно покинули территории России и Украины соответственно) – его, Петра Порошенко, заслуга.

Фото: EPA/UPG

Операция «эвакуация» проводилась под грифом строжайшей секретности. Президентский самолет с Ириной Геращенко и Святославом Цеголко на борту уже покинул Украину, но ни мама, ни сестра Надежды об этом еще не знали. Марии Ивановне позвонили, когда та готовила борщ – полушутя сетовала потом, что не успела закончить стряпню. Определенности, однако, в звонке не было. Посему Мария Ивановна и Вера отправились на Туровскую – там, вместе с депутатами от «Батькивщины», ожидали главных новостей. Волнение усилилось после полудня. Изначально, возвращение Савченко анонсировали на час дня, потом – на два, наконец «сдвинули» на три. Конкретики с аэропортом тоже не было. «Готовность номер один» организовали в Борисполе, Жулянах, а также на военном аэродроме в Гостомеле. «Для Банковой важна пиар-составляющая процесса. Так что «предъявлять» Савченко прессе сразу по прилету невыгодно, логичнее тихо «запарковать» самолет где-нибудь на «отшибе», а саму Надю впервые «выпустить под камеры» уже на Банковой», - рассуждали некоторые встречающие. Но вышло иначе.

Уже в начале третьего на подходах к так называемому ЗОДу – залу официальных делегаций – Борисполя яблоку негде было упасть. Операторы и фотографы в буквальном смысле «висели» на заборе, заграждающем «взлетку» (внутрь их не пускали). Более «благоприятные» условия работы СМИ были только в Печерском суде, во время процесса над Тимошенко.

Фото: Макс Требухов

- Что вы чувствуете? – допытывались журналисты у Марии Ивановны, приехавшей в Борисполь в одной машине с Тимошенко.

- Розплакатися боюсь, - отвечала искренне.

И вот тут возникало чувство абсолютного дежавю. Пугающего дежавю.

Я очень хорошо помню 22 февраля 2014-го года. Ветреный перрон «Жулян», нас – человек 15-20 встречающих (Женя, депутаты, соратники, из журналистов – мы с Максом Левиным), плачущие сотрудницы аэропорта… Политика начнется совсем скоро – на сцене Майдана, буквально через час. Но тогда, в Жулянах, ее не было ни капли, одни лишь оголенные нервы эмоций, сугубо человеческих эмоций.

Минуло два с половиной года. И вот теперь в «Борисполе» одна узница встречала другую. Ставить между ними знак равенства - или даже приблизительного равенства - не приходится, конечно, совершенно не приходится. Но, знаете, была в этом некая горька ирония. Какая-то дьявольская закольцованность истории нашей страны. Истории, которую очень скоро затмит политика. Затмит и, скорее всего, затрет.

***

Итак, около трех дня на дальнюю стоянку «Борисполя» приземлился президентский борт. Марию Ивановну и Веру подвезли к нему на микроавтобусе. Там, на перроне – подальше от чужих глаз – они и встретили Надежду. Дочь, сестру, а уже потом – человека, волею судьбы ставшего символом нации.

Ожидалось, в этом же микроавтобусе все они поедут напрямую на Банковую – на встречу с Президентом, однако Савченко все же вышла к СМИ непосредственно в аэропорту. 

Из главных мэссиджей: благодарность за поддержку, обещания сделать все, чтобы другие украинцы-заложники РФ вышли на волю, также – «чтобы в Верховной Раде работали настоящие патриоты». «Я не знаю как этого достичь, но это будет», - уверенно говорила Надежда сотням камер.

- Я бы не хотела, чтоб она стала Президентом, - тихо качала головой стоявшая поодаль Мария Ивановна.

- Главное, чтоб она была здоровой и счастливой, - поддержал седоусый гражданин, вручавший Марии Ивановне цветы. 

«Это вам за дочь. Спасибо, спасибо!» - этих слов она в среду слышала много. Очень много – со всех концов города обычные люди ехали в аэропорт просто чтобы сказать ей краткое, но такое важное «спасибо».

- Но тогда Надя (став Президентом, - С.К.) сможет сделать счастливыми всех нас, - робко возразили две юные девушки, также принесшие Марии Ивановне цветы.

- Я бы не хотела, - тихо, одними губами, повторила она.

Фото: EPA/UPG

***

Разговоры о президентстве, премьерстве, о лидерстве в той или иной политсиле и и т.д. для Надежды Савченко, безусловно, еще впереди.

- Весь вопрос в том, что она собирается делать дальше? – спросила у одного из высокопоставленных конфидентов. Сидя в высоком кабинете, мы как раз читали новости LB.ua, сообщавшие: сразу после Банковой Надя поехала на Туровскую, где у них с Тимошенко состоялся несколькочасовой приватный разговор.

- О, поверь, мы бы и сами хотели это знать, - рассмеялся собеседник нервным смехом.

Прекрасно понимая, что – в политическом смысле – Савченко равно мина замедленного действия, взрыв которой больно срикошетит по Банковой, по «Батькивщине», многим другим. Упредить детонацию вряд ли возможно, соломку подстелить – тоже.

Но есть еще один аспект. В общественном сознании с фигурой Савченко сопряжены колоссальные чаяния. Колоссальные. 

«Возвращение Надежды» - не просто констатация физического факта, нечто большее. Камбэк летчицы дал людям надежду. Ту самую, которой лишает их всякая власть, едва перестает быть «новой». Надежды на лучшую жизнь, социальную справедливость, благополучие и светлое будущее. Надежды, в общем-то, инфантильной, безответственной – большинству таких граждан совершенно все равно на кого перекладывать ответственность за свою судьбу: на условного ли «крепкого хозяйственника» а-ля Янукович, на дипломата ли Порошенко, на новомученицу ли Савченко. Главное – вовремя переложить, а потом сетовать: «о народе никто не думает», «нас снова обманули», «пусть бы они уже там все сдохли» и т.д. 

Аксиома статична: чем крепче народная любовь, тем отчаяннее потом ненависть. К этому просто нужно быть готовым. И иметь ввиду. Всем сторонам процесса.

Фото: LB.ua

Послесловие

«Говорят, если внезапно поднять водолаза с большой глубины на поверхность, он может умереть или, во всяком случае, заболеть такой болезнью, когда кровь кипит в жилах, а всего точно разрывает изнутри. Нечто подобное случилось со мной темным декабрьским утром во Владимире (известной Владимирской тюрьме, - С.К.)»

Отрывок из книги Владимира Буковского «И возвращается ветер».

Соня Кошкина Соня Кошкина , Шеф-редактор LB.ua