Все публикацииПолитика

Нигилизм международного права в условиях российско-украинской войны

В этом исследовании автор доказывает игнорирование, недееспособность и неэффективность международного права на примере российско-украинской войны и деятельности ООН и пытается предложить свои рекомендации относительно усовершенствования системы мировой безопасности и механизмов привлечения к ответственности государств-нарушителей международного права.

Статья впервые вышла на VoxUkraine

Емельян Тарнавский, политолог, Черновцы

Громким фактом, подтверждающим недееспособность и неэффективность международного права, является статистика войн, которая свидетельствует о том, что лишь в 1945-2003 годы в мире было зафиксировано более 470 военных конфликтов, в результате которых погибло более 30 млн людей.

Фото: EPA/UPG

Сегодняшнее международное право - это всемирная система норм и принципов, которая формировалась на протяжении многих веков, но, однако, не являющаяся полноценной с той точки зрения, что она не предусматривает ответственность государства за развязанный им региональный конфликт. То есть международное право декларативно обязует страну соблюдать определенные условия/требования, но не предусматривает действенных санкций за их нарушение. В частности, такие влиятельные международные институции как Международный суд и Совет безопасности ООН не имеют достаточных полномочий, чтобы обязать государства к действовать определенным образом или бездействовать.

Суд может рассматривать определенный межгосударственный спор лишь тогда, когда есть запрос государства, по отношению к которому осуществляется вооруженная агрессия другой страны. В других случаях он бессилен. Поэтому, если конфликт длится и ни одна из сторон не подает запрос в Международный суд, последний не в состоянии самостоятельно посодействовать его разрешению.

Что касается Совета безопасности, то согласно статье 24 Устава члены ООН соглашаются на то, чтобы Организация при осуществлении своих обязанностей действовала от их имени. Любые решения Совета безопасности должны рассматриваться как действия Организации в целом. В соответствии со статьей 25 члены ООН признают ответственность перед Советом безопасности и обязуются выполнять решения, принятые Советом.

Достаточно распространенным является взгляд (он следует из практики деятельности СБ), что данная статья не обязывает членов ООН признавать и выполнять рекомендации, принимаемые СБ в соответствии с главой VI Устава ООН (ст. 36 и 37). Такие рекомендации не имеют обязательной силы потому, что они лишь призывают стороны конфликта урегулировать его мирными средствами в соответствии со статьей 33 Устава данной организации. В то же время эти рекомендации могут повлиять на ситуацию, учитывая их моральное значение в мировом масштабе. Но надеяться на проявление совести разных стран в условиях жесткого политического реализма - бессмысленно.

Еще одной проблемой деятельности ООН является наличие права вето в пяти стран-постоянных членов Совета Безопасности, что позволяет им выступать против определенных решений, противоречащих их собственным интересам и т. д. Это свидетельствует о начальном неравенстве членов мирового сообщества и выборочности в реализации принципов международного права.

Так, во время "холодной войны" осуществление Советом безопасности своих полномочий было парализовано. США и СССР широко использовали право вето, блокируя принятие Советом обязывающих решений по отношению к нарушителям мира и безопасности. Поэтому, по причине отсутствия в международном праве реальной ответственности государств за нарушение установленных норм, существует также проблема сознательного использования ими этого пробела. Для примера, в 2008 году РФ вмешалась во внутренний грузинский конфликт, начав войну и нарушив тем самым международное право касательно "невмешательства стран во внутренние дела отдельного государства". Реакцией мирового сообщества на такие действия РФ была "взволнованность" и призывы к мирному разрешению конфликта. Однако это не остановило российскую интервенцию, что привело, в результате, к оккупации части территории Грузии, ее расколу и незаконному самопровозглашению т. н. республик "Южная Осетия" и "Абхазия". Это также касается Приднестровского конфликта (с 1990 г. до сегодняшнего дня), и вторжения США и Великобритании на территорию Ирака вопреки запрету ООН в 2003 году, и аннексии Россией украинской Автономной республики Крым (в 2014 г.) и т. д.

Фото: EPA/UPG

Хочу обратить особенное внимание на последнюю проблему, которая непосредственно касается каждого из нас: мир высказал свое категорическое "нет" признанию аннексированного РФ Крымского полуострову как части территории России. Но это никак не повлияло на "присваивание" Кремлем украинского Крыма. Здесь также стоит отметить, что это мировое "нет" уже было апробировано во время российско-грузинской войны и показало абсолютную бессодержательность. Эта же ситуация повторяется теперь и с российско-украинской войной.

В этом случае институт международного права опять оказывается бессильным, а Совет безопасности ООН, например, как главная международная структура в сфере безопасности, проявляет свою неэффективность, демонстрируя неспособность повлиять на прекращение военной агрессии Российской Федерации на территории Украины. Свидетельством этого является то, что на протяжении 2014-15 годов состоялось более двадцати заседаний РБ ООН по вопросу аннексии Россией украинского полуострова Крым и присутствию ее армии на территории Донбасса. Однако, кроме осуждения действий России и требований к официальной Москве вывести свои войска с полуострова и Востока Украины, никаких действенных результатов заседаний Совбеза ООН, которые бы остановили агрессию России, по состоянию на конец 2015 года не было и нет. Почти все страны-члены СБ признают наличие русских регулярных войск на территории Украины и финансирование Кремлем террористов, однако, пользуясь своим правом вето, Россия блокирует любые обязывающие решения Совета безопасности о выведения войск РФ за пределы суверенного государства. Такое право в данном случае является негативным, поскольку страна, которая должна была бы стоять на страже мира и безопасности, сама стала провокатором и военным агрессором, пользуясь своим ресурсным и военным преимуществом. При этом - уже не впервые. И все это происходит в ХХІ веке в центре "демократической" Европы, вопреки международному праву как институту.

Таким образом, современная геополитическая ситуация демонстрирует нам абсолютное отсутствие влиятельных институтов и действенных механизмов тщательного выполнения норм и принципов международного права (договоренностей, соглашений) и привлечения конкретного государства-агрессора к ответственности за, например, свои агрессивные действия. Именно поэтому международное право нарушали сотни раз на протяжении всего ХХ века и десятки раз в начале ХХІ века. Такая критическая ситуация в вопросах выполнения международных договоренностей всеми странами-субъектами вынуждает рассуждать о формировании действительно влиятельных и эффективных инструментов и механизмов надлежащего соблюдения международного законодательства всеми государствами.

Самым актуальным для нынешнего времени и близким как территориально, так и душевно, в данном случае, по моему мнению, является противозаконный военный захват украинского полуострова Крыма и части восточной территории Украины Российской Федерацией путем отправления туда диверсионных групп, а в дальнейшем непосредственного военного вторжения ее регулярной армии под прикрытием местных "повстанцев". В таком ракурсе следует вспомнить, что Российское государство нарушило не только международные договоренности и буквально растоптало их важность, но и пренебрегла всеми соглашениями с соседней Украиной, загодя скрыто, сознательно и целеустремленно готовя план интервенции в наше государство. Однако, главной проблемой является то, что мировое сообщество в пределах действующего международного права не способно эффективно влиять на РФ, а единственным способом остановить военную агрессию Кремля, по мнению мирового сообщества, являются лишь экономические и политические санкции, эффект от которых, как показывает практика, проявляется лишь некоторое время спустя и не дает быстрого результата. Да и санкции как таковые, в случае российской-украинской войны, осуществляются другими государствами по отношению к РФ, прежде всего, по моему убеждению, ради собственной безопасности и демонстрации агрессору уровня своего влияния на происходящие процессы, а Украина, как жертва интервенции, остается на заднем плане.

Таким образом, исходя из этой сложной ситуации, предопределенной неэффективностью международного права в разрешении геополитических проблем и конфликтов, возникает необходимость усовершенствования международной системы безопасности, которая позволяла бы успешно привлекать к ответственности государство, если оно совершает действия, противоречащие нормам международного права.

По моему мнению, чтобы не создавать новую организацию, которая занималась бы вопросами мира и мировой безопасности, следует усилить влияние Совета Безопасности ООН и усовершенствовать его механизм принятия решений, в первую очередь, исключая наличие привилегированных членов, имеющих право вето.

Новая система должна включать максимальное количество стран и не делать ни одну из них привилегированной, независимо от размера территории и количества населения. В ней должен господствовать запрет посягать на территорию другого государства. В противном случае должна действовать система коллективной безопасности. Такой принцип существует в системе безопасности НАТО, однако, это военно-политический блок, а в случае Совета безопасности мы исключаем наличие общих вооруженных сил. Страны-участницы загодя коллективно устанавливают количество солдат и техники, которое они будут предоставлять в случае возникновения такой ситуации (в том числе государство, которое стало жертвой агрессии). Такие изменения, по моему мнению, позволили бы избежать вооруженных конфликтов тем государствам, которые не являются членами НАТО, но являются членами Совета безопасности ООН.

Данные рекомендации однозначно не являются исключительными, но могли бы, по моему мнению, стать первым шагом мирового сообщества на пути к возобновлению (или конструированию) эффективной системы международного права, отношений и безопасности.

Емельян Тарнавский, политолог, Черновцы