Все публикацииПолитика

Закат Компартии

Этот год может стать последним в истории Компартии Украины, но – не в истории левых в нашей стране. Ведь если даже эту одну партию и запретят, то идеология, которую она использовала, все равно останется. Депутаты, которые экстренно бегут из рядов парламентской фракции КПУ, как раз этим и хотят воспользоваться. Они говорят прямо: мол, собираются создавать некий новый левый проект. А есть ли будущее у такого проекта?

Дмитрий ЛитвинДмитрий Литвин, журналист

После победы Майдана офисы КПУ по всей Украине массово захватывали ультраправые
Фото: Макс Левин
После победы Майдана офисы КПУ по всей Украине массово захватывали ультраправые

Пока в Украине левые партии и движения – все, кроме коммунистической – не имели продолжительного успеха. Например, Соцпартию Александра Мороза в 2006 году похоронило сотрудничество с регионалами. Тогда, напомню, Мороз согласился на создание коалиции с Партией регионов и КПУ в обмен на пост спикера Верховной Рады, и это решение избиратели ему так и не простили. А вот так называемые прогрессивные социалисты Натальи Витренко несколько раз эффектно появлялись на политической арене, но не смогли там закрепиться надолго. Другие же левые проекты возникали перед выборами – и исчезали сразу после них, не сумев преодолеть необходимый барьер или просто отыгрывая роль технических партий. Только КПУ удалось в течение двух десятилетий получать поддержку у избирателей достаточную, чтобы стабильно оказывать влияние на политический процесс. 

Впрочем, успех Компартии зависел не столько от того, что она действительно предлагала избирателям левую политику, сколько от того, что эксплуатировала ностальгию по советскому прошлому, все еще сильную в наших восточных регионах и в Крыму. Наиболее ясно это было видно на парламентских выборах в 2012 году, когда коммунисты смогли собрать аж 13% голосов избирателей в основном за счет эффектной агитации, отсылающей к эстетике и риторике советского прошлого. А вот с левой политикой у КПУ всегда были большие проблемы, и именно поэтому эта партия становилась с каждым новым приходом к власти регионалов комфортным союзником для них – политиков асоциальных.

Собственно, новые левые проекты в Украине – да еще и с теми же действующими лицами, что и старые – наверняка будут основываться ровно на такой же стратегии. Мол, традиционный электорат восточных регионов остается без удобной для себя партии после краха Партии регионов и грядущего краха Компартии. А потому – нужна новая площадка для политической торговли ностальгией по советскому прошлому, по тому варианту коммунизма, который еще помнит часть избирателей, вот только в упаковке лишь формально левой политики, которая позволит реально приблизиться к власти.

И, на первый взгляд, может показаться, что это – неплохой замысел. Пусть и влюбленный в советский коммунизм Крым пока потерян для украинской политики, а вот восточные регионы все-таки будут участвовать, например, в досрочных парламентских выборах, и местный электорат, очевидно, дезориентирован. Значит, можно делать этому электорату некие новые предложения. 

Однако нельзя не замечать также и перемену в самой ностальгии по советскому прошлому – она теперь связана не столько с коммунистической упаковкой, как раньше, сколько с российской политикой, с идеей так называемого русского мира. Ведь характерной чертой советской политической культуры является восприятие Москвы и кремлевской политической повестки как безусловного центра событий, как источника смысла.

И если раньше избиратель еще мог поверить, что, например, коммунист Симоненко выражает в том числе и московское, и кремлевское, то теперь – после русской террористической весны – у таких избирателей точно появятся новые политические герои. Те, кто не связан с украинской политикой предыдущих десятилетий, но нашел себе место в борьбе за кремлевское влияние в Украине, которая обострилась этой весной вплоть до военных действий.

Еще раз: после того как сам Владимир Путин стал настолько советским лидером, что теперь его совершенно серьезно уравнивают едва ли не с Андроповым, олицетворять собой советское прошлое в украинской политике получится вовсе не у тех, кто будет формально коммунистом, а у тех, кто будет напрямую ассоциироваться с Путиным. И, в этом контексте, у новых строго пророссийских политических проектов шансы соблазнить традиционный электорат восточных регионов, наверное, больше, чем, например, у осколков некогда влиятельной на Востоке Компартии. 

Причем следует помнить и о той власти над умами жителей наших восточных регионов, которой обладают российские федеральные телеканалы и которую украинское телевидение преодолеть пока не может. Российская пропаганда очень много сил тратит на то, чтобы окончательно закрепить это совмещение образов советского и путинского, а значит, и развод образов советского и формально левого, коммунистического.

Еще один вариант будущего для левых в Украине – интеграция в систему европейских левых партий и организаций. На этом пути у бывших соратников Петра Симоненко, да и у него самого вряд ли есть хорошие перспективы – все-таки сотрудничество с властью Януковича даром не пройдет. А вот у новых левых такой потенциал есть.

Следует помнить, что в Европейском союзе влияние социалистов очень велико, да и сам проект большой европейской интеграции по сути своей – левый. Причем это проявляется и в экономике – например, часто избыточным государственным регулированием, и в политике – ограничением национальных властей, национальных интересов, которое достигается работой общеевропейских институтов. Поэтому в долгосрочной перспективе создание такой левой партии в Украине, которая ориентировалась бы на опыт европейских левых, а не на советское прошлое, – может оказаться успешной политической затеей, ведь для многих в нашей стране общеевропейский соблазн – гораздо сильнее, чем советский. Вот только это проект – точно не для следующих выборов, а для следующего десятилетия, когда люди сумеют поближе познакомиться с политической жизнью в Европе.

***

Итак, есть ли будущее у левых в Украине? Определенно – да. Но не у Компартии. Вообще не у тех, кто приравнивает левое к советскому. 

И, возможно, ближайшие годы в Украине станут временем открытия заново европейского социализма, европейского коммунизма. А на практике – тех политических сил, с которыми придётся нашим представителям реально взаимодействовать в общеевропейских структурах и на национальном уровне в Евросоюзе.

Дмитрий ЛитвинДмитрий Литвин, журналист