Все публикацииПолитика

Украино-польская Голгофа

Из проекта НЦГПИ "Борисфен Интел" "Украино-польские отношения: правда и мифы".

Виктор ГвоздьВиктор Гвоздь, Независимый центр геополитических исследований «Борисфен Интел»

Фото: zn.ua

Распад в конце 80-х - в начале 90-х годов ХХ ст. Советского Союза имел важные политические последствия для стран Центральной Европы. В частности, возникли благоприятные предпосылки для выхода членов бывшего так называемого соцлагеря из-под влияния Москвы и установления, как между ними, так и с их соседями новых отношений на принципах западной либеральной демократии. Однако, исходя из опыта последних двух десятилетий, "демонтаж" в Центральной Европе коммунистических порядков, как и вступление некоторых стран в европейские и евроатлантические структуры, оказались мероприятиями, скорее всего, поверхностного, нежели глубинного характера. Они не смогли кардинально изменить у населения этих стран самого важного - выработанного в процессе долговременного сосуществования с россиянами тоталитарного общественного сознания. Их политические элиты, вместе со значительной частью общества, по привычке и сегодня еще оглядываются на столицу своего недавнего грозного «старшего брата» - официальную Москву. И в то же время, как это часто наблюдалось в истории человечества, не упускают случая, чтобы не поспорить и не поругаться с соседями, почему-то пренебрегая историческими уроками именно таких поступков.

К сожалению, это часто проявляется в Польше и вызывает, из-за соседства и исторических отношений обоих, украинского и польского, народов, естественную обеспокоенность у украинского политикума. Кстати, характеризуя эти отношения, ученые порой употребляют "дипломатическое" прилагательное "непростые". Почему они были именно непростыми - объяснить нетрудно, если вспомнить, например, слова Фридриха Энгельса о польских политиках, которые "никогда не делали в истории ничего другого, кроме смелых разбойничьих глупостей". Можно было бы это воспринять как шутку, если бы… Если бы, к примеру, не современные официальные документы властных структур, общественных и религиозных объединений и публикации в средствах массовой информации Польши по польско-украинскому вооруженному конфликту на Волыни во времена Второй мировой войны.

Признаем, что эта тема не является какой-то сенсацией. Она была одной из рабочих тем спецпропаганды еще во времена Польской Народной Республики (ПНР). Хотя тогда и исповедовалась "для отвода глаз" политика интернационализма, дружбы и мира между народами. Но не была ли она выборочной и касалась ли, в частности, украинцев? То есть, не продолжалась ли неофициально "политика" исторических предшественников - "ендеков" и "пилсудчиков" – в отношении украинцев, заключавшаяся в принудительной ассимиляции коренного населения тех этнических украинских земель, которые Москва "щедро подарила" официальной Варшаве за ее согласие разместиться в фарватере СССР по окончанию в 1945 году Второй мировой? К практикуемым и ранее уничтожению украинской культуры и образования, полицейскому террору польская власть присовокупила безумную депортацию украинцев вглубь Польши, распыляя их между этническими поляками, конфискуя их недвижимость и земли, впоследствии перешедшие в руки польских переселенцев. А как назвать поступок тогдашнего руководства ПНР по ликвидации на ее территории Украинской греко-католической церкви и "узаконенное" изъятие и присвоение ее имущества?

Следовательно, в 1945 - 1949 годах украинцы репрессировались в Польше по национальным, политическим и религиозным мотивам, то есть испытали геноцид, дефиницию состава преступления которого дает "Конвенция о предотвращении и наказании преступления геноцида", принятая и предложенная к ратификации и подписанию Генеральной Ассамблеей ООН, (резолюция 260 А (III) от 9 декабря в 1948 г.), вступившая в силу 12 января 1951 года.

Фото: www.przeglad-tygodnik.pl

Для того, чтобы как-то оправдать перед согражданами и мировым содружеством притеснения той части украинского народа, которая польско-советским сговором была оторвана от Матери-Украины и оказалась в пределах Речи Посполитой, власть ПНР вела перманентную информационную кампанию. Образ украинца всячески демонизировался в прессе, школе и на телевидении. Поколения польских граждан воспитывались на украинофобских книгах Эдуарда Пруса и ему подобных авторов. Чтобы такой откровенной антиукраинской пропагандой не слишком мозолить глаза руководству соседней УССР, официально объяснялось, что ведется идеологическая борьба не со всем украинским народом, а лишь с украинскими националистами. Поляки, мол, ничего не имеют против украинского народа, лишь выступают против украинских националистов - "жестокого врага как польского, так и украинского народов", и еще многих других народов. То есть, применялся хрестоматийный пропагандистский трюк "разграничения".

Поскольку в УССР украинские националисты тоже были объектом атак официальной пропаганды, то понятно, что трюк с "разграничением" удачен.

Однако в своем более узком кругу польские "борцы с украинским национализмом" называли настоящую причину своей ненависти. Как утверждал профессор Влодзимеж Павлючук: "Не было бы однако независимой Украины, не было бы истории украинского народа как политического народа, борющегося за полную независимость, если бы не национализм, если бы не УПА, если бы не фанатичная любовь к своему народу ее членов, охваченных неугомонной идеей создания из аморфной "руськой" массы достойного, действенно значимого народа. Судьба Украины была бы подобна судьбе Беларуси.

Если вычеркнуть из истории Украины идейную стоимость и деятельность националистов, прежде всего УПА, то в содержании культуры и истории Украины не найдется ничего такого, что бы давало шанс на легитимность полной независимости этой страны. В ХІХ ст. патриоты Украины ничего не говорили о независимой Украине и боле того - и не думали об этом. Не думали об этом даже Грушевский, Винниченко, руководители Украинского Центрального Совета в 1917 году, выступая только за автономию Украины в рамках России".

Иначе говоря, если бы не было украинских националистов - не было бы украинского народа и не было бы Украины. Украинскими землями и их обезличенным, считай - восприимчивым к ассимиляции населением (трудовыми ресурсами), поделились бы между собой Польша и Россия.

Фото: bandera.lviv.ua

Однако эти захватнические планы не удалось реализовать. В 1991 году украинцы добились независимости Украины. Поэтому любая атака "только против них" со стороны разного пошиба шовинистов в действительности является атакой на независимость Украины, посягательством на свободу украинского народа, всех граждан украинского государства, независимо от их национальности и вероисповедания.

После распада мировой системы социализма в конце 80-х - 90-х годов ХХ ст. Польша без колебаний признала независимость Украины. Очевидно, из чисто прагматичных мотивов. Ведь сейчас часто слышим, что "в международной политике нет чувств, есть лишь национальные интересы". Польша была заинтересована в своей євро- и евроатлантической интеграции. И официально продемонстрировала обязательное для достижения этого отсутствие территориальных претензий к соседям (что не означает такого же отсутствия у определенной, не исключено и большей части польского политикума). Польша также испытывает потребность (хотя бы временную, до момента вступлению в НАТО) в буфере между собой и Россией, активность коей ее пугала постоянно. И не зря. Как цитируют польские СМИ экспертов, Польша сможет противостоять России в войне с применением обычного (неядерного) оружия не более двух недель. А что такое помощь западных союзников - Польша знает по своему горькому историческому опыту (например, сентябрь 1939 года).

Есть и другие интересы Польши, реализовать которые помогает украинский народ. Поэтому вполне логичным выглядит налаживание поляками крепких дружеских отношений с украинцами, которые польская сторона использовала неоднократно (в 1410 году - под Грюнвальдом или в 1618 году - под Москвой). Но можно ли считать логичной восточную политику Польши в отношении украинского народа, если допустить, что она, восточная политика Польши, вообще имеется?

Интересно было бы услышать ответ на этот вопрос от украинцев-граждан Польши. И может ли он быть позитивным, если посткоммунистическая Польша не вернула лемков и всех других депортированных украинцев-граждан Польши на их этнические земли и не компенсировала им материальный и моральный ущерб? Речь об этом не ведется. То есть, последствия послевоенного этнического очищения западных украинских земель от украинцев до сих пор не исправлены.

Фото: thekievtimes.ua

Зато в 1991 г. редактор "Газеты Выборчей" Адам Михник заявил, что поляки считают западно-украинские земли "восточными провинциями Польши", потому что "польское государство существовало на этих землях в течение 500 лет", а "польскую культуру трудно представить без Львова".

В Польше активизировались многочисленные антиукраинские общественные организации. Так, в Общество почитателей Львова и "юго-восточных кресов" входит свыше 100 отделов и клубов. А есть еще немало других организаций, объединенных в общепольскую федерацию.

Общество "кресовьяков" с центром в Варшаве с 1992-го по 1995 год собирало заявления бывших поляков-переселенцев с Украины в Польшу (1948 - 1950 годы) о "компенсации" за имущество и земельные участки, оставшиеся в Украине (только в Воеводский Совет Замостского воеводства в 1993 г. поступило свыше 7 тысяч просьб именно такого содержания). В проектах разрабатываемых межгосударственных соглашений предусматривалось «возвращение гражданам Республики Польша земель и зданий с правом проживать в Украине и распоряжаться жилищем по своему личному усмотрению». Тогда же обсуждались вопросы, согласно которых граждане, выразившие свою готовность переехать в Украину, могли бы сохранить за собой гражданство Республики Польша.

"Любовь" к украинской земле демонстрируют не только общественные объединения Польши, но и государственные структуры. В частности, имеется в виду так называемая "карта поляка". По этому поводу в белорусской газете "Звезда" как-то писалось, что Варшава хочет присоединить Западную Беларусь и Западную Украину к Польше, и одним из средств реализации этой цели должна стать "карта поляка". "В польском обществе достаточно широко представлены силы, мечтающие о Великой Польше в границах, если не "от моря к морю", то хоть бы в пределах 1939 года. Естественно, об изменении границ в сегодняшней Европе при помощи вооруженной силы говорить нельзя, но, как показывает пример с Косово, можно безнаказанно отхватить кусок территории суверенного государства путем псевдолегитимизации. Например, проведя референдум".

Фото: brest.maminforum.com

Появление в польском Сейме законопроектов, авторы которых обвиняют украинцев в геноциде по отношению к польскому населению Волыни в 1943 году, вынуждает соглашаться с предположениями газеты "Звезда". Ибо как же по-другому объяснить поведение польских политиков, которые, не дав честного и однозначного ответа на вопрос: как, когда и по чьей воле появились мазуры из Мазовша и познаньчики из-под Познани в 1943 году на вековечной украинской этнической территории - Волыни, - чем они там занимались, и что стало определяющим фактором в их отношениях с коренным украинским населением, - с умным видом пережевывают мифы "волынской резни", как будто непосредственно списанные с исторических романов о хмельнитчине польского беллетриста Генриха Сенкевича.

Меткую оценку таким действиям дал в 1885 году выдающийся историк Украины польского происхождения и по-настоящему благородный человек Владимир Антонович. Он, в частности, писал: "Генрих Сенкевич и его почитатели стоят пока еще на тот низкой степени развития патриотического чувства, на которой люди полагают, что все свое непременно хорошее, потому только, что оное свое. В силу этого ложного патриотического чувства они считают долгом отрицать всякую попытку критического отношения к своему прошлому и стремятся, путем отрицания или извращения несомненных фактов, путем всевозможных натяжек оправдать и восхвалить всякое безобразное явление в исторической жизни своего народа. Писатель, руководствующийся таким чувством, особенно если он писатель талантливый и влиятельный в своем обществе, оказывает этому обществу плохую услугу. Он способствует затмению народного самопознания, стремится к увековечению ошибок прошлого, способствует застою и косности и затрудняет прогресс своего народа.

Не думаем, чтобы все указанные стороны тенденции Сенкевича, как бы они ни льстили национальному чувству, как бы обаятельно ни воздействовали на его публику, были бы полезны для дальнейшего развития этой публики или для удовлетворения насущных ее интересов. Самомнение, упорное отстаивание своих ошибок, ненависть и отрицание примирения, на основах более широкого и всестороннего человеческого развития, вряд ли могут служить основаниями для лучшей умственной, нравственной и практической жизни, как отдельных людей, так и целых групп человечества. (Владимир Антонович. Польско-(мало) русские отношения ХVII ст. в современной польской призме. (По поводу повести Генриха Сенкевича "Огнем и мечом").

К сожалению, современная польская политическая элита демонстрирует большую благосклонность к Сенкевичу, нежели к Антоновичу. В польском информационном пространстве не утихает антиукраинская пропаганда с ее участием, печатаются многочисленные антиукраинские статьи. Также снимаются псевдодокументальные фильмы украинофобского содержания: широко разрекламирован известной газетой "Жечпосполита" ("Rzeczpospolita") фильм "Забытые преступления на Волыни" краковского режиссера Мацэя Войцеховского, "Забудь о Кресах", соавтор которого П. Шеляговский заявил в польских СМИ о своем намерении распространять этот продукт в польских школах, гимназиях и лицеях.

Кадр из фильма <<Забытые преступления на Волыни>>
Кадр из фильма <<Забытые преступления на Волыни>>

Следствием такого украинофобского зомбирования с помощью СМИ населения Польши является укрепление в их массовом сознании укорененных ранее стойких антиукраинских стереотипов. Так, в 2009 году одно из ведущих польских изданий "Газета Выборча" обнародовала результаты социологического опроса, проведенного в Польше агентством "Пентор Рисорч Интернешнл" для заново создаваемого музея Второй мировой войны. Отмечалось, что большинство (49%) респондентов контактировало с немецкими оккупантами и россиянами, и только небольшая часть (15%) - с украинцами. Вместе с тем отмечалось, что наихудшие воспоминания поляков о войне связаны именно с украинцами (у 57% поляков). Приводился комментарий социолога Петра Квятковского о том, что под воздействием рассказов о событиях на Волыни летом 1943 года в сознании польских граждан сложился стереотип украинца, как патологического убийцы, врага намного хуже немцев и россиян. Притом, что не украинцы бомбардировали Варшаву в 1941 году, не украинцы лишили тогда же поляков свободы и независимости, не украинцы создавали на польской земле концентрационные лагеря смерти и бросали туда польских патриотов, не украинцы навязали после 1945 года польскому народу чуждый ему коммунистический режим ("освободили" от национальной власти). Но благодаря спецпропаганде именно украинцы в сознании поляков являются наихудшими из всех соседей. И это не может не вызывать обеспокоенность у тех украинских и польских политиков, которые понимают губительность прежде всего для самой Польши именно такого положения вещей.

Что касается роли России, то она постоянно, открыто и тайно раздувает польско-украинские страсти, имея для этого широкие возможности. В Польше, например, есть мощное пророссийское бизнес- лобби и, как с тревогой отмечают отдельные польские СМИ, многочисленная российская спецагентура.

Так, 4 февраля 2009 года в Польше был задержан российский шпион. Информацию обнародовал тогда "Дзенник Газета Правна" ("Dziennik Gazeta Prawna") и подтвердило Агентство Внутренней Безопасности (Agencja Bezpieczeństwa Wewnętrznego). Как сообщалось, арестованный действовал в интересах Главного Разведывательного Управления ГШ ВС РФ. И этот случай - не единичный.

Активность россиян на территории Польши не утихает. Она предопределена рядом причин. Одну из них назвал Виктор Калашников в статье "Варшавский заговор" (Журнал "Коммерсантъ. Власть", №10 (262), 24.03.1998). В ней высказывалась тревога по поводу того, что при поддержке США "скоро на политической карте Европы не останется ни Польши с Литвой, ни Украины с Белоруссией. На их территории появится новое мощное государство. Настолько мощное, что зона его влияния будет распространяться на восток, к самому Подмосковью". Отмечалось, что таким образом будет реализован давнишний стратегический замысел Збигнева Бжезинского и Генри Киссинджера относительно окончательного решения вопроса безопасности восточных границ НАТО.

Краеугольным камнем этой геополитической конструкции, по мнению Калашникова, должна стать связка "Варшава - Киев". То есть восточной опорой "оси европейской геополитики" - "Париж - Берлин - Варшава" - станет не Москва, а Киев.

Фото: EPA/UPG

Москве не по нраву даже теоретизация на эту тему, не говоря уже о возможных попытках ее реализации. И она не избирательна в средствах по нейтрализации Польши. Об этом свидетельствует и Смоленская авиакатастрофа. Этим можно объяснить и возобновившуюся "шелковую" русификацию Польши, в которой задействованы как правительства, так и неправительственные структуры обеих стран.

В частности, в Варшаве в мае 1989 года была зарегистрирована организация российских соотечественников в Польше - "Российская община", ставшая в декабре 2008 года членом Международного совета российских соотечественников. В этом же году Сенат Педагогической Академии в Кракове постановил наладить сотрудничество с известным своими действиями на постсоветском пространстве фондом "Русский мир". Подписано и соглашение о создании в университете Центра культуры и русского языка.

Внедрение "русскоязычия" в соседних странах служит интересам России. Она пытается использовать общественные объединения для разжигания межнациональной вражды и дестабилизации внутриполитической обстановки в местах их пребывания, в частности - в Украине. Отмечаются и попытки наладить сотрудничество подрывных "русскоязычных" общественно-политических структур с антиукраинскими силами разных стран Центрально-Восточной Европы с использованием российской агентуры в правом, как ни странно, крыле польского политического спектра.

Примером таких действий является совместная акция общественной организации "Правозащитное общественное движение "Русскоязычная Украина" (Украина) и Общества Увековечивания Памяти Жертв Преступлений Украинских Националистов (Польша) - открытие в 2010 году в помещении Национального выставочного центра "Украинский дом" (Киев) фотовыставки "Волынская резня - польские и еврейские жертвы ОУН-УПА". Акция должна была убедить украинскую и мировую общественность в том, что якобы украинцы в лице ОУН-УПА виноваты в геноциде польского, еврейского, украинского, русского и ромского народов (?!).

Фото: abimperio.net

В польских изданиях не единожды обсуждались понятия "геноцид" и его проявления в новейшей истории. В частности, в свое время "Газета Выборча" опубликовала материал депутата Европарламента от Литвы Л. Донскиса "Геноцид, убийство Бога", в котором навязывалась тенденциозная мысль: "Единственным в истории человечества случаем геноцида был Голокост евреев в годы Второй мировой войны". Л. Донскис утверждал, что Голодомор в Украине 1933 года можно признать лишь массовым убийством "с чертами геноцида".

Не признает геноцидом украинского народа Голодомор 1933 года и Россия. Она оправдывает свою позицию всяческими, порою просто чудаковатыми "фактами". Не исключено, что нынешняя активизация шовинистических сил Польши и их давление на польский Сейм с целью официального признания польско-украинского вооруженного конфликта на Волыни 1943 года геноцидом поляков срежиссированы Москвой, стремящейся усилить свою ненаучную и антигуманную аргументацию против признания Голодомора в Украине 1933 года геноцидом украинского народа. Якобы, как украинцы могут жаловаться на геноцид по отношению к себе со стороны большевистской власти, когда они сами осуществляли геноцид в отношении других народов? (!) То есть, таким образом, жертва - украинский народ - посредством подрывной пропаганды превращается в палача.

Украинской стороне трудно эффективно противостоять организаторам такого "превращения". Ведь она не контролирует своего информационного пространства, не имеет никакого влияния на информационное пространство России и Польши. Граждане Украины, не информированные должным образом о подоплеке исторических украинско-польских отношений, становятся легкой добычей заграничных политтехнологов.

Что же касается польских политиков, то им следует напомнить следующее: ведь, как свидетельствует история, каждая попытка их предков найти общий язык с Россией за счет Украины заканчивалась очередным разделом Польши. Поэтому трансформация Польши из "адвоката Украины в Европе" в "прокурора-обвинителя" на организованном украинофобами "образцово-показательном судебном процессе" над украинским народом бьет, прежде всего, по самой Польше. И какому поколению поляков, попавшему между немецким молотом и российской наковальней, выпадет в очередной раз заплатить кровью за недальновидные поступки своей политической элиты, - время обязательно покажет.

Виктор ГвоздьВиктор Гвоздь, Независимый центр геополитических исследований «Борисфен Интел»