Все публикацииПолитика

Янукович хочет, чтобы те, кто его когда-то презирал, выстроились в очередь

Президент Виктор Янукович стремится к трем вещам: международному реваншу, личному комфорту и гарантиям - чтобы «мне за все это ничего не было».

Об этом в интервью ЛІГАБізнесІнформ заявил народный депутат Тарас Чорновил.

Реванш, по словам Чорновила, уже состоялся - Янукович стал президентом и получил полномочия, которые «даже Кучме не снились».

«Сейчас воплощается вторая стадия реванша Януковича - международная. Он очень болезненно переживал, когда в Украину приехали польские сенаторы, а мы смотрим - у одного за лацканом оранжевый бантик торчит. Он решил его с внешней стороны перецепить на внутреннюю, а бантик все равно выглядывал. Янукович воспринял это как страшную обиду. Ему так хотелось, чтобы те люди, которые тогда его презирали, бандитом называли, сегодня стояли в очереди пожать ему руку, чтобы он мог встретиться с президентом Америки», - отметил он.

«Это детский реванш. «Я с Ангелой Меркель встретился...». Да, визит в Германию был пустым, но он состоялся. «Я первый, кто провел мощные переговоры в Китае...». В результате, как мы увидели через несколько месяцев, все надежды (на этот визит. - Ред.) нулевыми оказались. Но: «Я был с президентом Поднебесной, я везде езжу...», - добавил народный депутат.

Чорновил уверен, что чем больше Януковичу будут надоедать нюансы внешнего реванша, тем больше он будет возвращаться в зону комфорта: «Вот сейчас строят вертолетную площадку, чтобы ему было удобнее добираться в Администрацию. Вероятно, с лифтом, который по касательной будет подвозить его прямо к дверям кабинета. В «Межигорье» у него есть все! Ну, говорил кто-то из оппозиционеров, что кенгуру сбежал. Может, клевещут, гады, на нашего президента, хотя кенгуру у него, вроде, и правда был. Кто-то в Новых Петривцах съест кенгуриного мяса, попробуют аборигены... То есть у него действительно есть то, о чем он мечтал. Это как комплекс блокадного Ленинграда».

Напомним, легитимность президентства Виктора Януковича, ввиду расширения его полномочий, вызывает сомнения у Венецианской комиссии.