Все публикацииПолитика

Работа на местах

29 июня многострадальный законопроект «О выборах депутатов Верховной Рады АР, местных советов и сельских, поселковых, городских голов» наконец-то внесли в парламент. Дата выборов, которую называет власть, – 31 октября. Новаций в законопроекте, который размещен на сайте парламента, много.

Вячеслав ПиховшекВячеслав Пиховшек, публицист, постоянный автор Lb.ua
Работа на местах

Согласно законопроекту, избирательная кампания будет сокращена до 60 дней вместо 90, ее активная фаза составит 50 дней. Хорошо это или плохо? Никак. Ибо практика украинских избирательных кампаний свидетельствует: тот, кто хочет, их начинает сразу же после осознания даты выборов; при этом вопли конкурентов, мол, агитировать нельзя, звучат в вакууме, ЦИК нарушений «не замечает». Собственно, это уже происходит; весь Харьков, к примеру, пестрит ситилайтами с портретом олигарха Ярославского и словами о нем: «директор Харькова». За неделю до начала активной фазы избирательной кампании ее, как правило, прекращают, а потом продолжают с утроенной силой.

Проводить выборы в местные органы власти предполагается по смешанной системе: половина списка формируется по пропорциональной системе, половина – по мажоритарной. Но изменения 50/50 не касаются сельских советов; видимо, законодатель не предполагает, что в селах Западной Украины есть ячейки «Свободы», а Восточной – Партии регионов. Во-вторых, выдвигать немажоритарную половину можно только от политических партий. Поразительное молчание, которое к моменту написания этой статьи хранят Блок Тимошенко и Блок Литвина, может означать одно из двух: либо они надеются снять этот пункт торгами перед первым или вторым чтением, либо готовятся физически блокировать трибуну.

Избирательный барьер, который ныне называется «избирательная квота», также сохранился – это 3%. Это хорошо или плохо? Никак. Если взять средний областной центр, то выборы в горсовет 90 человек при системе 50/50 – это 45 округов. Соответственно 3% – это полтора мандата. Что хорошо. Если местная партячейка любой из пятидесяти украинских партий наберет 3%, то проходит ее руководитель. Если он выиграет в мажоритарном округе, то пройдет его зам. Партия, таким образом, все же получит одно свое представительство.

Можно долго и нудно спорить, какая система более «коррупционноемка»: мажоритарка или пропорциональная. Партийная система, как рассказал в интервью львовской газете «Экспресс» 21 июня 2010 года депутат от БЮТ Иван Денькович, порочна коррупцией лидеров: «В Киевский горсовет цена на уровне Верховной Рады – $3–4 млн., в Киевский областной – $100–200 тыс., в Львовский – $50–70 тыс.». Ваш автор помнит времена 100%-й мажоритарки, когда депутатами становились богатые люди, которые проводили на округа газ и строили там за свои деньги детские садики. Проблемы с этой системой выборов: далеко не везде, где олигархи строили, за них голосовали; это особенности национального менталитета с «дулей в кармане». Собрать больших и маленьких олигархов в большинство любого уровня часто оказывалось невозможно, отозвать их депутатство – тоже.

Фото: Макс Левин

Конечно, наше законодательство пытается ограничить трату денег на выборы возможностями избирательного фонда. Но это бессмысленно, так как большие и маленькие олигархи всегда найдут пути, как показать, за что они проводят газ, а доказать подкуп избирателей их конкуренты в нашей судебной системе не смогут. Ради справедливости скажу, что это проблема не только Украины. Скажем, в США, где избирают обязательно мажоритарных депутатов, традиционно примыкающих к одной из двух политических партий, есть труднодоказуемый вариант коррупции, состоящий в том, что член Палаты представителей «выбивает» для своего избирательного округа деньги на ремонт федеральной дороги или музея. Вокруг этого – скандалы, иногда – ФБР, иногда – тюрьма. Вывод, увы, не оригинален: идеальной системы выборов нет.

На самом деле меня всегда поражало, что спор о местных выборах крутится вокруг их даты (что понятно, например, когда об этом спорят политтехнологи) и системы. Но никак не вокруг возможностей местного самоуправления.

А его в Украине по сути дела нет. Ибо возможности местного самоуправления, в переводе на русский язык, – это ресурсы, деньги, которых там нет. Нет ресурсов, денег именно там, где живет большинство граждан Украины.

С точки зрения построения демократии нынешняя Украина – это Советский Союз в миниатюре, за тем исключением, что «москвоцентризм» заменен «киевоцентризмом». Это удобно для любой власти, что деньги из зарабатывающих их регионов – а это в Украине Харьковская, Днепропетровская, Донецкая и Запорожская области, а также столица Киев, – собирает Кабинет министров Украины, а потом распределяет по всей стране. На самом деле должно быть наоборот – области должны финансировать функций шесть исполнительной власти: оборону, национальную безопасность, правопорядок, финансовую систему, пограничный контроль, центральный аппарат; остальные деньги должны оставаться на местах. Конечно, это уместно делать в государстве с федеративным устройством; впрочем, это вызывает традиционную истерику у националистов. Да, конечно, важно, чтобы грядущая бюджетная реформа не привела в свою очередь к тому, что «киевоцентризм» будет заменен «тернопольцентризмом» или «днепроцентризмом»; деньги должны оставаться на уровне Бережан и Теребовли, Бердянска и Энергодара.

Все отечественные политические партии обещали такую бюджетную реформу, пребывая в оппозиции. Из выступления председателя Партии регионов Виктора Януковича на XII съезде: «Нужно восстановить и модернизировать систему государственного управления, разрушенную «оранжевыми». Один из приоритетов в этом – передача власти и ресурсов в регионы местному самоуправлению. В каждый город и в каждое село».

Я не могу сказать, что ничего из обещанного не делается. В июне 2010 года новый Бюджетный кодекс прошел первое чтение. Там есть важные изменения.

Представляя его, министр финансов Федор Ярошенко назвал, среди прочего, следующее. Местному самоуправлению передается половина сбора за специальное использование лесных ресурсов государственного значения. Половина сбора за специальное водопользование. Половина платежей за пользование недрами общегосударственного значения. Передается ряд плат за лицензии, в том числе такая существенная, как плата за лицензии на производство всех видов спиртов. Передается плата за госрегистрацию. Отнесены в полном объеме к доходам местных бюджетов фиксированный налог на доходы от предпринимательской деятельности, единый налог для субъектов малого предпринимательства и плата за землю, поступления административных штрафов. Местному самоуправлению передается часть налога с доходов физических лиц. Но какая это часть, мы узнаем только после принятия Бюджетного кодекса в целом.

Впрочем, существует и другая точка зрения. Депутат от БЮТ Юрий Кармазин считает, что права центральных органов госвласти забирать деньги в некоторых случаях из местных бюджетов – это фактически подмена постановлений суда. Как решать подобные проблемы – в рамках Бюджетного кодекса или судебной реформы в целом – нужно думать законодателю.

Ряд руководителей городов, председателей и секретарей горсоветов, с которыми я говорил сегодня, положительно воспринимают само направление работы разработчиков Бюджетного кодекса. Считают его правильным. Но с определением своего мнения относительно того, сколько дополнительно денег они получат в результате изменений, пока не спешат. Во-первых, ждут второго чтения Бюджетного кодекса. Во-вторых, ждут Налогового кодекса, чтобы понять, а сколько же налогов они смогут собрать.

Все это говорит мне о том, что дата и система проведения местных выборов – не проблема в Украине. Гораздо важнее, чтобы местное самоуправление, кто бы им ни руководил, получило реальные финансы. А для этого Бюджетный и Налоговый кодексы должны быть тщательнейшим образом доработаны. И вот тогда мы поймем не только то, кто в результате выборов руководит местным самоуправлением, но и какие у него возможности, права и ответственность.

Вячеслав ПиховшекВячеслав Пиховшек, публицист, постоянный автор Lb.ua