Все публикацииПолитика

«Вся избирательная кампания в Украине сводится к двум действиям – рекламе кандидатов и подготовке к искажению результатов»

В начале декабря «Левый берег» пообщался с одним из ведущих политических консультантов страны, любезно согласившимся рассказать об особенностях рекламы кандидатов в президенты, о смыслах, о целях претендентов на престол. Сегодня мы поговорим с нашим собеседником о самой темной стороне избирательного процесса – о фальсификациях.

Наталья ПриходькоНаталья Приходько, независимый журналист Института Горшенина
«Вся избирательная кампания в Украине сводится к двум действиям – рекламе кандидатов и подготовке к искажению результатов»
Фото: www.volynnews.com

Насколько можно исказить результат выборов манипуляциями в день голосования?

Сразу хочу сказать, что есть определенный миф о том, что фальсификации могут значительно повлиять на исход голосования. Практика показывает, что обычно фальсификации могут достигать 15%. В нашем варианте это действительно может быть значимо.

Мы регулярно общаемся с профессиональными членами избирательных комиссий – людьми, которые каждые выборы работают на участках, иногда и по 15 лет. Они досконально знают, как заниматься манипуляциями и, собственно, занимаются ими на каждых выборах по заказу тех или иных политических сил. Так вот, в частных беседах они оценивают возможные искажения результата на этих выборах в 10%.

Фото: photopolygon.com

Это много.

Учитывая, что ни один из участников гонки не вырвался радикально вперед, 10% – это значимо. Тут сразу нужно сделать уточнение: если мы говорим о фальсификациях, то это касается, прежде всего, первого тура. Потому что во втором туре мониторинг будет гораздо жестче, мотивация кандидатов больше.

Зачем фальсифицировать в первом туре? Ведь расстановка лидеров гонки понятна, а никакие ухищрения не помогут кандидатам второго эшелона занять второе место.

У двух лидеров гонки есть свои искушения насчет результатов первого тура. У одного – уйти в максимальный отрыв, который будет уже неоспорим, у его соперника есть искушение сблизить результаты, чтобы получить преимущество во втором туре.

То есть фальсификации в первом туре нужны, чтобы обеспечить психологический комфорт участников второго тура?

Именно так.

Давайте поговорим о методах фальсификации. Юлия Тимошенко говорит, что голосование на дому позволит сфальсифицировать до 30%.

История этого вопроса начинается в 2002 году. Тогда мы вели избирательную кампанию в мажоритарном округе в крупной области на Востоке Украины. Получив информацию, что штаб конкурента собирается фальсифицировать результаты выборов, мы провели трехдневный мозговой штурм, во время которого попытались представить себя на месте наших конкурентов – каким именно образом они будут искажать результат. Проанализировав известные на тот момент методы – так называемое «кольцо Островского», «платочек», голосование по дополнительным спискам, мы попытались понять, какие еще механизмы они могут задействовать. И один из наших сотрудников обратил внимание на законодательную норму, позволяющую голосовать на дому. Подтвердить необходимость голосовать, не выходя из дома, просто – письменным заявлением человека о том, что он не может по состоянию здоровья прийти на участок.

Кстати, жаль, что Юлия Тимошенко и ее команда, выступая против голосования на дому, просто говорят о фальсификациях, но не объясняют их суть. Ведь многие избиратели просто не понимают, в чем же дело.

Фото: obozrevatel.com

Так давайте объясним.

Модель такова. Есть некие люди, которые якобы написали заявление с просьбой проголосовать на дому. И им должны привезти бюллетени и урну. Это значит, что три члена комиссии должны выдвинуться, как правило, на автотранспорте, с урной по указанным адресам. Конечно, их могут сопровождать наблюдатели, но это только в теории. Для наблюдателя банально могут не найти места в автомобиле. А предоставить автомобили всем своим наблюдателям для «погони» за урной не в состоянии ни одна политическая сила.

Так вот, три члена комиссии берут бюллетени, урну и едут проводить голосование на дому. И далее возможны два варианта.

Вариант мягкий: они действительно едут к избирателю и на месте получают необходимый результат. Ведь зачастую на дому голосует пожилой, дезориентированный человек, которого можно убедить. Который может просто попросить поставить вместо него галочку, потому что руки трясутся, зрение плохое. И ставят галочку. Где надо. И проконтролировать это нереально.

Но это мягкий вариант. Есть и другой. Машина с членами комиссии едет, возвращается с урной, в которую брошены бюллетени. И никто не будет проверять при подсчете голосов – действительно голосовал человек, который писал заявление, или нет. Ездили к нему или нет.

Еще в 2002 году, проанализировав этот метод, мы пришли к выводу, что он позволяет добавить тому или иному кандидату до 30%.

Как вы противодействовали тогда?

Почти никак. Потому что данный способ фальсификации предусматривает очень большие затраты, очень высокую степень организации. Один из наших коллег тогда сказал: «Не стоит волноваться. Мы живем на постсоветском пространстве. И какую хорошую машину у нас бы ни собрали, она потом все равно не едет». Здесь аналогично: казалось бы, простой и эффективный способ фальсификации, но почему-то сполна не работает.

Но противодействовать достаточно просто: с урной едут члены комиссии, представляющие разных кандидатов. И никакой манипуляции!

Вы говорите о некоей идеальной модели. Но в действительности мы имеем дело с ситуацией, когда один из кандидатов имеет контроль над подавляющим большинством избирательных комиссий – за счет своих представителей и представителей своих технических кандидатов. Таким образом, штаб этого кандидата может проводить любые действия в подконтрольных комиссиях. Любые!

Выборы вообще становятся очень циничными, методы фальсификации становятся изощреннее. Вот раньше, скажем, на выборах часто применяли так называемое «кольцо Островского»…

Если можно, поподробнее об этом методе.

Авторство метода приписывают российскому технологу Ефиму Островскому. В свое время он работал с командой Петра Щедровицкого, выходцы из которой сейчас трудятся в нескольких штабах в Украине, в том числе в штабе Арсения Яценюка. Суть метода состояла в том, чтобы не просто обеспечить фальсификацию, но и контролировать результат. Как это работало? С избирательного участка человек выносил чистый бюллетень, а взамен получал уже заполненный – который он должен вбросить в урну. В чистом бюллетене ставилась отметка возле нужного кандидата и его получал следующий участник кольца – в обмен на свой чистый.

Этот метод широко использовался раньше, особенно в России. Но о нем хорошо знают в избирательных штабах и умеют пресекать его использование. Ведь все манипуляции происходят на территории возле избирательного участка, это легко проследить и прекратить.

Но последние выборы показали нам более изощренные методы фальсификации. Например: идут выборы, члены избирательных комиссий что-то делают, возможно, даже пытаются как-то влиять на результат. Но самое интересное начинается после закрытия участков. Голоса подсчитывают, составляются протоколы. Но с избирательного участка уезжает протокол с одними цифрами, а в территориальную комиссию приезжает с совсем другими.

Дальше схема может повторяться на высшем уровне – может быть сфальсифицирован протокол окружной комиссии.

Фото: obozrevatel.com

Но наблюдатели и члены комиссий от разных кандидатов получают копии протокола с «мокрыми» печатями на участке, в окружной комиссии и, заметив несовпадение цифр, могут апеллировать к суду.

Могут. Но ничего из этого не получается. Опыт выборов 2006 года, когда массово проходили подобные фальсификации, это показал: на десятки жалоб различных штабов суды отвечали немотивированным отказом. Были случаи, когда на отдельных участках, вскрыв мешки, где должны были находиться использованные бюллетени, вместо них находили пачки резаной бумаги. Но даже после этого результаты выборов не пересматривались! Ибо такой была договоренность больших игроков, каждый из которых фальсифицировал их на своей территории – одни на Востоке страны, другие – на Западе. «Отжимали» у маленьких.

Сейчас тоже будут отбирать голоса у игроков второго эшелона.

Да. Помните наш предыдущий разговор? Мы говорили, что вряд ли узнаем настоящие результаты Тигипко, Яценюка и нескольких других. Потому что они станут донорами для повышения результатов крупных игроков.

Но существуют как минимум два кандидата, чьих ресурсов – человеческих, организационных, финансовых – хватает на то, чтобы накрыть наблюдателями все участки страны, не позволив конкуренту фальсифицировать. А взаимный контроль должен обеспечить относительно честные выборы.

Есть железное правило: максимальное искажение результатов происходит на территориях, на тех участках, где одна политическая сила имеет полный контроль. Где комиссии на 100% лояльны одному кандидату, где суды – подконтрольны, а значит, возможность обжалования практически нулевая.

Таким образом, мы видим, что вся избирательная кампания в Украине сводится к двум действиям – рекламе кандидатов, которая обеспечивает некий информационный фон, и подготовке к искажению результатов. Или защите результатов. Может быть и такой вариант, что кому-то надо просто защитить свои результаты. Вот, например, на этой неделе Гриценко заявил, что он договорился с Тигипко и Яценюком о совместных действиях в день выборов на случай фальсификаций.

Рисунок: Дубовский Александр

Это может им помочь?

В какой-то степени да. На самом деле нельзя недооценивать подобные действия. Как нельзя недооценивать профилактическую работу. Мы всегда это делали. Например, развешивали на домах и квартирах членов избирательных комиссий литовки, в которых перечислялись статьи уголовного кодекса, предусматривающие наказание за фальсификацию результатов выборов. Это точно работает.

Еще есть методы фальсификации, о которых мы не сказали?

Их много. Одна модная в последнее время технология такова: члены комиссии, лояльные одному из кандидатов, ходят по квартирам избирателей. Якобы затем, чтобы узнать, придет человек на выборы или нет. В ходе беседы член избирательной комиссии задает вопрос: «А вы вообще за кого голосовать будете? Вообще-то, это не мое дело, но просто интересно…» Многие отвечают, и если их политические предпочтения не совпадают с интересом члена избирательной комиссии, они рискуют не найти своих фамилий в списках в день голосования. Таким нехитрым образом уменьшается количество голосов за оппонента.

Сколько денег получает член избирательной комиссии, соглашаясь принимать участие в фальсификациях?

Достаточно немного. Бюджет на одну комиссию может составлять от 1,5 до 5 тыс. грн. То есть люди рискуют сеть в тюрьму за 300–500 грн.

К сожалению, «оранжевая» власть, которая обещала карать за фальсификации на выборах, не сделала этого. И даже люди, которые буквально были пойманы на этом, ответственности не понесли.

Мы знаем, что в Киеве был задокументирован факт фальсификации с применением усовершенствованного «кольца Островского» – с мобильными телефонами. То есть уже не надо ничего выносить, достаточно сфотографировать бюллетень с нужной отметкой. И получить на выходе свои 50 грн за голос. Но никто из организаторов и исполнителей ответственности не понес.

То есть пока в Украине не будет создан прецедент – когда вина людей, совершавших фальсификации, будет доказана в суде и они получат приговор, – результатами выборов будут манипулировать.

Наталья ПриходькоНаталья Приходько, независимый журналист Института Горшенина