Славянский крест

Печать
Славянский крест

В причинах российско-украинского энергетического конфликта 2009 года будут разбираться еще очень долго – причем отнюдь не только сами россияне и украинцы.

 Кризис привел к энергетическому голоданию европейских стран – причем на фоне холодной зимы и усиливающегося экономического спада. Кризис напомнил, насколько шаткой является энергетическая безопасность, связанная с поставками с Востока, и насколько важна прозрачность и в поставках, и в транзите газа. Именно ее, прозрачности, все эти годы в договоренностях и не хватало. Именно ее отсутствие и привело к одному из самых серьезных кризисов не только в европейской энергетике, но и в российско-украинских отношениях. Вдумаемся – впервые в контактах между Москвой и Киевом стороны настолько не доверяют друг другу, что требуют международного мониторинга. С одной стороны, это хорошо, так как позволяет в будущем избежать привычного шулерства в решении таких щекотливых вопросов, как поставки и транзит газа. С другой – более чем опасно, поскольку демонстрирует, как далеко разошлись интересы российского и украинского руководства: политики, весьма похожие друг на друга по методологии действий, готовы сдать противоположную сторону малахольным честным европейцам. C чего бы это?

Транзит и поставки газа – это целый клубок интересов, связей, интриг, разобраться в котором непросто. Тем более что никаких документов на руках нет, все защищено статьями о конфиденциальности, даже европейским наблюдателям трудно получить от российских и украинских собеседников контракты вместо эмоций. Словом, не стоит рассчитывать на целостную картину. Однако можно попытаться ответить на вопрос «Кому это выгодно?»

Вспомним, что нынешний конфликт произошел на фоне исторической договоренности между премьер-министрами России и Украины, Владимиром Путиным и Юлией Тимошенко, об отказе от услуг посредника – фирмы «РосУкрЭнерго». Монополистом по поставкам газа в Украину фирма стала в президентство Путина. Но утверждать, что предложенная схема устраивала лично тогдашнего российского президента, я бы не стал – иначе вряд ли Путин с таким раздражением говорил бы о Дмитрии Фирташе. Для Путина гораздо удобнее было бы получение денег за поставляемый газ непосредственно «Газпромом» – монополистом руководит ставленник российского премьера Алексей Миллер, другой соратник Путина, первый вице-премьер Виктор Зубков возглавляет газпромовский совет директоров.

А вот у бывшего главы совета директоров «Газпрома», а теперь президента России Дмитрия Медведева к «РосУкрЭнерго» куда более снисходительное отношение. Став президентом, он назначил главой контрольного управления президентской администрации бывшего генерального директора этой фирмы, своего однокашника Константина Чуйченко. Примечательно, что и до этого назначения Чуйченко считался одним из самых близких к Медведеву людей. Ну, разве не прелестно – премьер-министр России, всесильный Путин, говорит о «РосУкрЭнерго» чуть ли не как о непонятном криминальном сообществе, а в это время руководитель фирмы борется с коррупцией в президентской администрации, находясь на посту, который, между прочим, занимал сам Владимир Владимирович в начале своей кремлевской карьеры…

Теперь взглянем с тем же увеличительным стеклом на украинскую сторону. И увидим, что Дмитрий Фирташ раздражает Юлию Тимошенко не меньше, чем Владимира Путина. Но в украинских условиях можно выражаться откровеннее, чем в российских, так что премьер давно уже публично обвинила президента Виктора Ющенко и его окружение чуть ли не в коррупционных связях с одним из владельцев «РосУкрЭнерго». Для главы правительства гораздо выгоднее, чтобы деньгами распоряжался непосредственно «Нафтогаз», возглавляемый ее и Виктора Гайдука ставленником Олегом Дубиной. Таким образом, интересы «Газпрома» и «Нафтогаза», интересы Путина и Тимошенко логически совпадают – они стараются торпедировать и уничтожить старую схему.

А схема и те, кто получает от ее использования дивиденды, сопротивляются. И к Новому году достичь согласия не удается. При этом любопытно, что Тимошенко и слова плохого не говорит о Путине, как и он об украинском премьере, а Ющенко – за исключением неожиданного телефонного разговора с Путиным, после которого конфликт, собственно, и вошел в острую фазу, – контактирует со своим коллегой Медведевым. Стороны ругаются как бы крест-накрест: когда Путин говорит о криминализации украинского руководства – после упоминаний о Фирташе – мало у кого остаются сомнения, что он имеет в виду именно Ющенко. А Медведев торпедирует уже согласованный и подписанный протокол о направлении наблюдателей после появления некоей дополнительной декларации, предложенной Тимошенко. Кстати, с российской стороны протокол подписал ближайший соратник Путина, вице-премьер Игорь Сечин – человек, считавшийся в кулуарах главным противником объявления Медведева преемником…

Таким образом, якобы межгосударственный конфликт имеет ярко выраженную клановую подоплеку. Вспомним неожиданный ночной визит Олега Дубины к Алексею Миллеру в Москву накануне поездки глав «Нафтогаза» и «Газпрома» в Брюссель, а также то, что они в бельгийскую столицу прилетели одним самолетом. Главы монопольных компаний ни о чем не договорились, да и не могли договориться. Но вели себя отнюдь не как враги. А они и не враги. Они союзники, единомышленники, у них одна цель. И вместе они провели ночь, дабы сверить часы перед встречей с европейцами. Чтобы не дай бог об этой цели не проговориться…

Печать
Читайте в разделе
Анонс
Выбор читателей